— Еще раз услышу что-то подобное — лишу карманных денег.
— Нам отец их даст, — препирается напоследок Олег.
— Прости, — шепчу Роме, когда дети скрываются за дверью своей комнаты.
— Это я виноват, — произносит он в ответ. — Мы с тобой давно вместе, а я с ребятами не нашел общий язык.
— У вас все было в порядке, — замечаю. — Пока Слава не вернулся.
— Он их отец, Сонь, я проигрываю заведомо с большим отрывом, но это ведь не означает, что не нужно пытаться. Я буду внимательней.
Пока я думаю, что ответить, Рома скрывается за дверью ванной и просит принести полотенце и халат, что я незамедлительно делаю. Пока я понятия не имею, как Рома собирается завоевывать внимание мальчиков, но знаю, что стоит ему приложить усилия, у него обязательно получится.
***
Рома утверждает контракт, который я предоставляю ему для изучения. Убеждает меня, что предложение действительно хорошее. Стоящее. Радуюсь, как маленькая девочка, потому что сильно хотела подписать контракт. До невозможного. Мне понравилась Ира, ее предложение и гонорар, а еще свобода выбора. Мне ведь даже дали возможность самостоятельно выбрать время, в которое мне удобно прибыть на съемку.
Я подписываю договор и звоню Ирине. Мы договариваемся о новой встрече, но так как моя очередная съемка затягивается, я ее отменяю. Извиняюсь, потому что не могу бросить работу. Привыкла доводить дело до конца, даже если на горизонте маячит перспектива интереснее.
Ирина перезванивает мне около десяти. Спрашивает адрес и говорит, что сама только что освободилась и может заехать за контрактом. Я быстро диктую ей свой адрес и одеваюсь, потому что уже готовилась ко сну. Устала до жути, хорошо хоть Слава сегодня не приезжал, избавив меня от своего раздражающего присутствия.
Я понимаю, что моя на него реакция, наверное, не является нормой, но ничего не могу с собой поделать. После появления бывшего мужа моя жизнь разделилась на до и после. Я была спокойной, размеренной и успешной уверенной в себе женщиной, а с его появлением у меня зародилось куча никому ненужных комплексов и неуверенность в собственных действиях. А еще он рассорил моих ребят. Из адекватных подростков, прекрасно ладящих между собой, он превратил их в озлобленных друг на друга братьев.
Звонок в дверь заставляет меня отвлечься от собственных мыслей. Я хватаю контракт и несусь открывать. Пропускаю Иру внутрь, предлагаю сделать чай или кофе, но она лишь мотает головой и устало улыбается:
— Вымоталась, — признается. — Мне бы в кровать и уснуть.
Я протягиваю ей контракт, говорю, что хорошо подумала и меня все устраивает.
— Ты не представляешь, как я рада, — на ее усталом лице появляется искренняя улыбка. — Кстати, у меня инстаграм есть. Если будут вопросы, можешь писать прямо туда, я там почти сутками зависаю, поэтому быстро отвечаю.
Она называет свой никнейм, и я обещаю обязательно подписаться. Надеюсь, что не забуду это сделать.
Когда Ира уходит, я выпиваю последнюю на сегодня порцию воды и укладываюсь отдыхать. Перед сном отыскиваю ее страницу в сети, подписываюсь, просматриваю несколько фото. Ира молодец, даже инстаграм завела, активно его ведет и уже имеет десять тысяч подписчиков. Кто-то из знакомых девчонок-моделей говорил мне, что стоит завести инстаграм и продвигать себя там, но я, как обычно, мимо темы. Даже изучать социальную сеть не пробовала.
Рома звонит, когда часы показывают одиннадцать. Сегодня я уже не ждала его звонка, потому что мы попрощались по телефону еще в восемь. У него была назначена встреча, а я заканчивала работу. В итоге вернулась домой в девять, успела накормить ребят и принять душ.
— Алло.
— Как чувствовал, что ты еще не спишь, — говорит в трубку.
Я улыбаюсь, чувствуя, как жар расползается по всему телу. Обычно, когда Рома не может приехать, он звонит мне и мы долго разговариваем, иногда в ущерб сну. После просыпаемся, как сонные мухи, невыспавшиеся, но довольные и сближенные. Я до сих пор вспоминаю, как думала, что между нами только секс. Разве это возможно?
Рома ведь звонит мне постоянно, не спит по ночам, не отдыхает, не проводит вечера с другой. Он рядом со мной. Всегда. Даже когда его нет, он рядом по телефону, говорит таким голосом, что внутри все замирает, а сердце пускается вскачь. Я понятия не имею, когда успела так подсесть. Впасть в дикую зависимость от мужчины, с которым у них все начиналось со страстных поцелуев.
“— У тебя кто-то есть? — прошептал Рома, оторвавшись от моих губ.
— Нет… а… а у тебя?
— Никого.
Мы снова ринулись друг к другу. Он прижал меня к себе сильнее, сжал в объятиях, продолжая неистово целовать.
— Поедешь ко мне?
Разве я могла тогда отказать?”
Рома отвлекает меня от воспоминаний своим до безумия сексуальным голосом. Спрашивает, слышу ли я его.
— Нет, — признаюсь честно, улыбаясь во все тридцать два. — Вспоминала нашу первую встречу.
Рома смеется, потом замолкает, видимо тоже окунаясь в прошлое.
— Помнишь, что я сказал тебе после нашей первой ночи?
— Конечно, помню.
Я правда помнила всё почти дословно. Мы тогда сошлись на том, что нам было слишком хорошо, чтобы прекращать. Но и серьезных отношений никто из нас не хотел. Мы обменялись телефонами, и я тем же вечером покинула его квартиру. Созвонились где-то через неделю. Рома набрал первым, предложил поужинать. Я почему-то жутко волновалась. Казалось, с чего бы? Все самое главное между нами уже произошло, смущение и стыд неуместны, однако я шла на встречу с недоумением и непониманием, как себя вести.
Это потом оказалось, что зря, потому что наше общение завязалось с первых секунд. Неловкость отошла на второй план, мы общались, смеялись, ужинали. К собственному стыду, к его квартире так и не доехали. Остановились у обочины, перебрались на заднее сидение и занялись сексом. Наши отношения были свободными, легкими и понятными. Я его не ревновала, он не звонил ей каждый час и не спрашивал, где и как я провожу свое время. Нас всё устраивало. До определенного момента.
— Я был дураком, — совершенно серьезно произносит в трубку. — Выйдешь за меня замуж?
Повисает неловкая пауза, во время которой я фокусирую взгляд на едва заметной паутинке на люстре. Это ведь правда только что произошло? Рома позвал меня замуж по телефону? Или он шутит?
— Со-о-о-нь, — тянет. — Ты слышишь?
— Пытаюсь понять, не слуховые ли у меня галлюцинации.
— Я серьезно, — продолжает. — Вышел из ювелирного с кольцом в коробочке. Увидел его и…
Он замолкает. Я не знаю, что сказать. Еще месяц назад я думала, что между нами только секс, а сегодня он говорит, что зашел в ювелирный и купил кольцо. Рома зовет меня замуж.
Я даже сажусь на кровати, чтобы попытаться осознать это, но получается все равно плохо. Замуж. Замуж это ведь серьезно?
— Ром, я…
— Ладно, Сонь, не бери в голову, — он будто вздыхает. Или же мне это только кажется. — Завтра привезу тебе то, что купил на самом деле. Спокойно ночи.
Он отключается, а я убираю телефон от уха и смотрю на экран. Мне не приснилось — Рома действительно звонил. Мы поговорили. Он позвал меня замуж, а я... даже ответить ничего внятно не смогла, настолько растерялась. Впрочем... это ведь была шутка. И совсем ничего, что мое сердце колотится, как бешеное. Я вовсе не уверена, что он шутил. Или все же...
***
Мой сегодняшний день проходит, на удивление, спокойно. Слава уехал с ребятами за город, поэтому меня никто не донимает звонками, сообщениями и собственным присутствием. Съемки мы заканчиваем в пять, хотя обычно справляемся не раньше восьми. У меня хорошее настроение, потому что я подписала контракт и получила свой первый аванс. Это при том, что кроме подписи на белом листе бумаги еще ничего не сделала. Даже не верится.
Андрею о заключении контракта пока не говорю. Не хочу омрачать радость его недовольным урчанием и причитаниями о том, что же он будет без меня делать. В ближайшее время уходить я не собираюсь, но вряд ли его возможно в этом убедить.
После работы я еду в одну из любимых кафешек. Здесь тихо, играет спокойная музыка. Все присутствующие в зале пришли сюда, чтобы отдохнуть от трудовых будней, расслабиться и поговорить. Мне нравится это место своей аурой и тусклым светом, не режущим глаза. Дмитрий — официант, тут же проводит меня к дальнему столику, подает меню, спрашивает, не хочу ли я заказать напитки.
— Мокко и круассан с лососем, — делаю заказ, даже не открывая меню. Я знаю его наизусть.
— Будет сделано.
Дмитрий уходит, а я смотрю на вечернюю столицу через окно. Снующие люди, машины, велосипеды и подростки со смешными прическами даже не подозревают, что сегодня у них есть наблюдатель. Я редко могу позволить себе посидеть в кафе без необходимости встречаться по работе. Одна, в тишине, наблюдая за вечерним городом, медленно поглощаемым сумерками.
— Ваш мокко и круассан, — Дмитрий появляется будто ниоткуда, кладет на столик мой заказ и ретируется, улыбнувшись.
Я знаю, как его зовут, потому что каждый раз, как прихожу, меня обслуживает только он. Имя я прочитала еще при первом посещении, глянув на бейджик.
Перекусываю быстро, после чего решаю заглянуть в инстаграм на страницу к Ирине, пролистать пару ее фотографий, а заодно изучить тексты, что она пишет к постам. На днях я думала о том, что пора бы приобщиться к социальной сети и попробовать продвигать свой бренд. Даже с Ромой об этом говорила. Он меня поддержал, сказал, что за инстой будущее и посоветовал отходить от Андрея и его контрактов.
Я провожу в социальной сети около получаса, не успевая заметить, как допиваю мокко. После заказываю свой любимый фирменный чай со вкусом малины и листаю фотографии в телефоне еще полчаса. Перехожу со страницы на страницу, интересуюсь конкурсами, флешмобами, нахожу других моделей и простых девчонок, которые ведут страницы, рассказывая о своей жизни.
В какой-то момент натыкаюсь на незнакомую мне девушку. Блондинку. Смотрю несколько ее сторис, постов. Она привлекла меня своей искренней улыбкой, мягким голосом и умением говорить. Мне захотелось на нее подписаться и отслеживать, настолько живой она мне показалась. Проматываю несколько фотографий вниз, наблюдаю за сменой цветовой гаммы в профиле, а потом натыкаюсь на один-единственный снимок, выбивающийся из общих.
Рука дрожитт, когда я нажимаю на него, хотя заведомо знаю, что ошибки быть не может. Там Рома. Мой Рома. Он нежно целует ее в щеку с закрытыми глазами, а девушка при этом широко улыбается. Фотография говорит сама за себя, но я, словно мазохистка, иду дальше. Читаю идеальную подпись:
“My love”
С тремя сердечками дальше.
Я обжигаю губы и язык слишком горячим чаем, не понимая, что делаю. Нахожусь в состоянии аффекта. Пью, чтобы заглушить боль в груди. По лицу скатываются слезы. На меня наверняка смотрят и не понимают, что происходит. Правда, думаю я об этом в самую последнюю очередь. Одно дело думать, что у него кто-то может быть, сомневаться и убеждать себя, что я воспринимаю это нормально, а другое — увидеть его счастливого с другой.
У нас, кажется, нет ни одной совместной фотографии. Чтобы такой, как тут. Я не фанат фотографий, а Рома сам никогда не делал. Может, этого ему и не хватает?
Я откладываю телефон на стол. Фокусируюсь на чашке с чаем. Вдруг чувствую жжение языка и губ. К телефону возвращаюсь не сразу, но не выхожу из сети, а продолжаю мотать ниже, искать всё новые и новые фотографии. Подтверждение тому, что там — мой Рома. Фотографий много. Они все датированы разными периодами: осень, весна, лето, зима. Эта девушка явно ближе меня и знает он ее куда дольше.
“Мой самый-самый”
“Единственный родной”
Я читаю эти подписи, одна за одной. Понимаю, что это конец. Всему. Я чувствую себя обманутой и преданной, поэтому когда Дмитрий приходит в очередной раз, улыбается так искренне, что я не выдерживаю и спрашиваю, есть ли у них что покрепче чая.
— Конечно. Вино, шампанское, глинтвейны, коктейли.
— Принесите коктейль. Любой, на ваш выбор.
Мне на самом деле наплевать, что пить. Лишь бы забыться. Дмитрий приносит какой-то коктейль, я опрокидываю его в себя залпом, а после прошу счет и вызываю такси. Хорошо, что сюда я приехала так же, а не на своем автомобиле.
Расплатившись за еду и напитки, оставляю щедрые чаевые и покидаю заведение. Алкоголь здорово ударил в голову, особенно учитывая, что обычно я практически не пью, да и ем при этом мало. Автомобиль подъезжает через несколько минут, я забираюсь на заднее сиденье и пытаюсь взять себя в руки. Однако вместо этого лезу на ее страницу, смотрю сторис, любуюсь ее свежим лицом и яркой улыбкой, большими искренними глазами. Я больше не хочу на нее смотреть, но упорно листаю стори. До последнего, где вижу его.
Кажется, я даже всхлипываю. Прикладываю руку к губам и пытаюсь не заскулить. Это все дома. Потом.
Рома стоит на кухне, спиной к экрану, что-то нарезает, а девушка пытается его снять. Он уворачивается, не смотрит в камеру.
— Прекрати, мне не нравится, ты же знаешь.
И смотрит прямо в объектив. Сторис заканчивается, и я блокирую телефон, вздыхаю. Жду, когда меня довезут домой, чтобы я могла, наконец, проявить хоть какие-то эмоции.
***
Квартира встречает меня темнотой и сбитым запахом. Я уехала еще утром, наглухо закрыв все окна и теперь мне становится дурно от духоты, царящей в помещении. Алкоголь давно выветрился и ему на смену пришло чувство тяжести в голове и желание уснуть. Мозг отчаянно отказывается воспринимать полученную информацию.
Я прохожу внутрь, открываю окна, иду в ванную, чтобы расслабиться, но в итоге принимаю душ и вылезаю из душевой кабинки совсем другим человеком. В отражении зеркала встречаю совсем чужую женщину: глаза уставшие, уголки губ опущены, а взгляд выражает такую тоску, что самой от себя тошно.
Когда я успела скатиться в это?
Еще два часа назад я была преуспевающей женщиной, сидела в своем любимом кафе и радовалась жизни.
Меня накрывает в постели, когда я ложусь на кровать и укрываюсь одеялом. Забираюсь, как есть: с мокрыми волосами и без одежды в надежде, что удастся быстро уснуть и ни о чем не думать. Увы, не получается. Минут пять я лежу, глядя в потолок, а затем по моим щекам самопроизвольно стекают слезы. Я беззвучно мычу, чтобы не рыдать в голос, хотя меня никто не может слышать.
Выплакаться получается через час. Тогда уже не остается ни слез, ни обиды. Последнюю сменяет злость на себя. Разве измена повод рыдать и изводить себя? Почему я должна страдать только потому что любимый мною человек оказался предателем.
С кровати встаю с твердым решением прекратить истерику, умыться, выпить чая, седативных и лечь спать. Обо всем буду думать завтра, когда на это будут силы и нервы. Сейчас хочется уснуть и ни о чем не думать. Дать измученному организму такой необходимый отдых.
Из всего перечисленного успеваю только умыться и выпить чай, который немного меня успокоил. Немного, потому что стоит мне услышать звонок в дверь, как внутри все переворачивается от волнения. Я бросаюсь к телефону, чтобы убедиться, что это не Рома. Пропущенных от него нет, зато есть от Славы.
Когда я подхожу к двери, четко знаю, кто за ней. Бегло глянув в глазок, убеждаюсь, что по ту сторону стоит Слава. Смотрит прямо на меня, будто знает, что я стою и думаю, открывать или нет. Если бы дети были дома, я не задумываясь выкрикнула, что он может катиться на все четыре стороны, но мои ребята с ним. Должны быть с ним. Именно для того, чтобы узнать где они, я и открываю дверь.
— Где дети? — первое, что у него спрашиваю.
Я беспокоюсь, что с ними что-то произошло, волнуюсь. За его спиной ни Олега, ни Пашки нет. Он что, оставил их одних?
— С тобой все в порядке? — не обращая внимания на мой вопрос, спрашивает Слава.
Он шагает внутрь квартиры обхватывает мое лицо руками, внимательно всматривается.
Продолжение следует…