Три года назад
Опять сбросил мой звонок. Он должен был заехать за мной ещё десять минут назад, но я всё ещё стою у подъезда и слушаю раздражающие короткие гудки в трубке. С тех пор, как моего мужа повысили, он почти перестал появляться дома вовремя, а дозвониться до него было практически нереально.
Посмотрела на часы и поняла, что нужно выезжать сейчас, иначе опоздаю. В приложении вызвала такси и присела на скамейку в ожидании. День выдался на удивление жарким для начала июня, солнце начало печь уже с самого утра, поэтому я, не выдержав пекла, снова спряталась под козырёк подъезда.
На час дня Лёша назначил встречу с дизайнером, чтобы обсудить детали будущего ремонта. После двух лет, прожитых с мамой мужа, мы, наконец-то, переедем в свое жильё. Осталось только привести наше гнездышко в надлежащий вид.
— Да, Лёш, — муж позвонил, когда я уже открывала дверь подъезда, в котором находится наша квартира.
— Прости, киса, был очень занят. Ты где?
— Я уже на месте, — обиженно пробурчала в трубку, поднимаясь по ступенькам к лифту.
— Прости, ну, никак не смог вырваться. Встреча с заказчиком затянулась, даже ответить не было времени. Ты справишься там сама, да? У меня не получится поприсутствовать, — оправдывался муж, не давая и слова вставить в свою тираду.
— Да, Лёш, хорошо, — по-моему, так по-моему. Как покрашу стены спальни в цвет фуксии или бирюзовый, от этих мыслей на лице расползлась ехидная улыбка, но тут же исчезла, стоило мне представить, как это всё будет выглядеть.
Убрала телефон в сумку и вызвала лифт. Можно было бы, конечно, пешочком подняться на третий этаж, но в такую жару было лень лишний раз двигаться.
Дизайнер написал, что уже подъезжает, поэтому я положила сумку на подоконник и обошла квартиру, любуясь хоть и голыми, но приятными сердцу стенами. Две комнаты и просторная кухня, небольшая прихожая и совмещённый санузел. И здесь мы скоро будем жить. Вдохнула полной грудью раскаленный на летнем солнце воздух, открыв нараспашку окно в нашей будущей спальне, и засмотрелась на открывавшийся взору пейзаж.
За домом на несколько километров раскинулась лесопарковая зона с уютными дорожками, подсвечивающимися в тёмное время суток. Нужно было всё-таки настоять на покупке квартиры на этажей так пять повыше, тогда вид был бы впечатлительней, нежели сейчас с третьего этажа.
Раздался звонок домофона, и я пошла открывать. С дизайнером, приятным парнем немногим старше меня, мы провозились более четырёх часов, обсуждая каждую мелочь, касающуюся будущего ремонта, и уже ближе к шести мы попрощались. Он обещал набросать предварительный проект к концу следующей недели.
Я закрыла все окна, ещё раз прошлась по всем комнатам и покинула квартиру следом за Владимиром, предварительно вызвав такси. Лёша на мою смс с просьбой забрать меня так и не ответил, поэтому не стала его ждать. Машину обещали подать через полчаса в связи с загруженностью, и я решила подождать её у подъезда. К вечеру жара спала и подул лёгкий ветерок, поэтому на улице было комфортно находиться. Я озиралась по сторонам, отмечая про себя незначительные детали окружающей наш дом территории, и мне безумно нравилось то, что я видела вокруг. Или, может, мне нравилось чувство свободы и привкус начинающейся самостоятельной жизни, вдали от родителей, моих и мужа.
Взгляд наткнулся на молодого мужчину, вышедшего из соседнего подъезда, нетрезвым шагом направляющегося, судя по всему, к парковке. Он шёл, едва ли не сгорбившись и совершенно не глядя по сторонам, даже переходя через узкую дорогу, по которой периодически проезжали машины. Но не его состояние привлекло моё внимание, он подошёл, шатаясь, к черному внедорожнику и, нажав кнопку на брелоке, потянул водительскую дверь на себя.
Надеюсь, он не собирается куда-то ехать в таком состоянии или собирается? Пока я наблюдала за ним, он забрался на водительское сидение, а большего я не могла увидеть с того места, где стояла. Его нужно остановить, в ушах стучало от волнения, я осмотрелась вокруг, чтобы найти хоть кого-то, кто сможет помочь. Но мимо шла лишь бабулечка с тележкой, а чуть поодаль мамочка, склонившись над детской коляской, убаюкивала ребёнка. Они мне точно не помощники. Посмотрела на часы. До приезда такси оставалось ещё минут двадцать, а за это время мой будущий сосед в неадекватном состоянии умчит куда-нибудь. Я сделала неуверенный шаг в его сторону, сомневаясь, стоит ли мне вмешиваться.
Толчком стали крики, доносившиеся с детской площадки. Для того, чтобы выбраться из нашего двора на дорогу, нужно будет проехать мимо парочки таких площадок, которые сейчас были заполнены детворой. А если кто-нибудь выбежит перед машиной? Сосед в таком состоянии может не среагировать вовремя, и тогда быть беде. Я ускорила шаг и через минуту оказалась рядом с железным монстром, который в беспечных руках может стать безжалостным убийцей. Меня передернуло от сравнения, и я поморщилась, глядя на то, как нетрезвый мужчина, склонившись вправо, пытается вставить ключ в замок зажигания. Сделала шаг ближе к открытой дверце.
— Эй! — окликнула его, совершенно не представляя, что говорить дальше. Плана действий по предотвращению катастрофы у меня не было. Сосед выпрямился и повернул голову. Он моложе, чем мне показалось на первый взгляд, красные воспаленные глаза равнодушно всматривались в моё лицо, потрескавшиеся губы были сжаты в тонкую линию, но несмотря на впалые щеки, прилично отросшую щетину и потрепанный вид в целом, я могла бы назвать его привлекательным.
— М? — промычал, не раскрывая рта.
— Эмм… — замялась, — не могли бы вы мне помочь? — ляпнула первое, что пришло в голову.
— Хмм, — усмехнулся, потеряв ко мне интерес, — извини, кукла, не по адресу, — и продолжил заниматься своим делом.
А я сникла, не зная, что делать дальше. Обвела беспомощным взглядом парковку, но поблизости по-прежнему никого подходящего не было. И я решилась, набрала воздух в лёгкие и как можно строже рявкнула:
— Выйди из машины! — он на мгновение замер, медленно повернулся и непонимающе уставился на меня.
— Ты это мне? — ткнул указательным пальцем себе в грудь.
— Тебе! — я видела, как в его глазах просыпается интерес.
— Зачем?
— Ты не можешь ехать за рулём в таком состоянии, — немного успокоилась, обратив его внимание на себя.
— И что ты мне сделаешь? — меня начинал бесить его высокомерный тон, и я медленно закипала.
— Вызову полицию, — и почему эта идея не пришла мне раньше? Потому что они не успеют доехать, вздохнула, а мой сосед снова отвернулся от меня.
И я не выдержала, вскочила на подножку машины и потянулась к его правой руке, в которой он держал ключ и вцепилась в запястье, пальцами пробираясь по его кисти к брелоку. Он, опешив на мгновение от моих действий, быстро пришёл в себя и поднял руку вверх, вырвав её из моего захвата, потеряв равновесие от его резкого движения, я начала заваливаться назад.
Ещё секунда, и я бы вывалилась из салона, оказавшись пятой точкой на асфальте, но сосед среагировал быстрее, обхватил меня левой рукой за талию и вернул в прежнее положение. Мы застыли, растерявшись от случившегося, и в тишине было слышно лишь наше участившееся дыхание. Пауза затянулась, но никто из нас не сделал ни одной попытки, чтобы что-то изменить. Я поймала себя на мысли, что мне нравится ощущать эту близость. Оголенная из-за задравшейся футболки кожа горела под его касанием. И только когда я почувствовала, что его рука немного сдвинулась, и он начал, перебирая пальцами, поглаживать поясницу, меня словно током ударило.
Прогнувшись слегка, я потянулась вперёд и, схватив брелок, выдернула ключ из его руки. Не медля ни секунды, выскочила из машины и отошла на безопасное, по моему мнению, расстояние. Сосед же вместо того, чтобы кинуться за мной, положив руки на руль, устало опустил на них голову.
— Верни ключ, — услышала его приглушенный голос.
— Выйди из машины, я её закрою, — сделала шаг ближе к нему.
На удивление, он меня послушал, покинул салон спустя минуту и подошёл ко мне. Я, протянув руку, нажала на кнопку блокировки, не отводя от соседа глаз. Его взгляд заметно прояснился и стал более осмысленным. Он словно понял всю серьёзность ситуации, на миг мне показалось, что ему стыдно, но он быстро сморгнул с лица это выражение, вернув ему былое равнодушие.
— Спасибо, — произнёс он, когда я протянула ему ключ.
В сумке завибрировал телефон, и мне пришлось разорвать зрительный контакт с протрезвевшим соседом. Оглянулась на свой подъезд, там меня уже ждала машина такси, поэтому я быстро, не говоря ни слова, пошла прочь с парковки. Думаю, слова здесь были не нужны. Он итак понял, что был не прав, садясь за руль в таком состоянии.
Сейчас
Иду, медленно перебирая ногами и разглядывая узоры на асфальте. Домой возвращаться совершенно не хотелось, поэтому брожу по парку уже пару часов, а то и больше. Начинает накрапывать дождик, он хоть и тёплый, летний, но промокнуть под ним нет никакого желания, поэтому ускоряю шаг, и уже через десять минут подхожу к дому с лицевой его стороны.
Перепрыгивая лужи, внимательно смотрю под ноги и вижу сиротливо лежащий на тротуаре чёрный мужской бумажник. Оглядываюсь по сторонам в поисках владельца, но вокруг — никого, похоже, не я одна испугалась дождя. Нужно бежать под крышу, иначе вымокну насквозь, но рука сама потянулась к потерянному кем-то предмету. Жалко будет, если чье-то добро намокнет.
Открываю бумажник в надежде найти хоть какие-то координаты владельца, и мне везёт, натыкаюсь на паспорт, пролистываю его сразу на страничку с регистрацией. И, если растеряша живёт по месту прописки, то он — мой сосед. Вприпрыжку добежала до соседнего подъезда и стряхнула с себя капли, поежившись от неприятного касания к спине промокшего сарафана.
Набрала номер квартиры на панели домофона и принялась считать про себя. Если мне не откроют дверь, когда я досчитаю до двадцати, со спокойной совестью пойду домой. Но не успеваю произнести "девятнадцать", как динамик закряхтел, и из него раздался мужской голос:
— Слушаю, — резкий, недовольный, как будто я отвлекла его от чего-то очень важного.
— Я нашла ваш бумажник, — поспешила ответить, пока этот сухарь не бросил трубку, в динамике — шуршание, наверное, проверяет наличие обозначенной мной находки по своим карманам.
— Буду вам очень признателен, если подниметесь на двенадцатый этаж, — его голос немного смягчился.
— Хорошо, — согласилась я, и динамик щёлкнул, разрешая мне продолжить путь.
И только в лифте я догадалась посмотреть, кому же принадлежат найденные мной документы. Ковалевский Михаил Николаевич. Тот самый сосед, которого я когда-то отговорила садиться пьяным за руль.
Едва двери лифта разъехались в стороны, и я ступила на двенадцатый этаж, дверь в одну из квартир отворилась, и на пороге я увидела полуобнаженного парня, прикрытого лишь полотенцем, обвязанным вокруг бёдер. Узнала его сразу, даже несмотря на то, что ни одного признака алкогольного запоя, искажавшего его внешность тогда, три года назад, сейчас не было. Высокий, его рост я разглядела ещё в первую нашу встречу, широкоплечий и подтянутый, с прорисовывающимися кубиками пресса и развитыми мышцами груди и рук, он был похож на профессионального спортсмена. Не то, чтобы я была знакома хоть одним из них и видела их спортивные тела вблизи, но на ум пришло именно это сравнение. Внимательный, изучающий взгляд застыл на моем лице, небрежная щетина за эти годы превратилась в аккуратную ухоженную бороду, которая отлично гармонировала с чертами его лица и модной стрижкой. На вид ему не больше тридцати, а тогда он мне казался старше.
— Бумажник, — протянула руку, но он сделал шаг назад, открывая дверь шире.
— Проходи, — отступил в сторону, чтобы я могла пройти мимо него в квартиру.
Сомневалась всего пару секунд, опустив руку с бумужником вниз, и все это время сосед, прищурившись, наблюдал за мной. Интересно, узнал ли он меня?
— Иди пока на кухню, я надену что-нибудь поприличнее, — указал мне рукой направление, захлопнув дверь, взял из моих рук свой бумажник и скрылся в глубине квартиры.
На кухне сразу направилась в сторону окна и, опираясь ладонями о подоконник, уставилась на лесопарк, раскинувшийся за нашим домом. Все-таки, с третьим этажом мы с Лешей прогадали, нужно было покупать квартиру выше. С двенадцатого этажа открывался шикарный вид на город, и, если приглядеться, в ясную погоду можно, наверное, увидеть противоположную его окраину. Дождь продолжал поливать улицы, но с такой высоты почти не было видно залитых водой дорожек и тротуаров, зато было интересно наблюдать за колышащимися от ветра макушками деревьев.
— Спасибо за бумажник, — вздрогнула от неожиданности и повернулась. Сосед стоял, облокотившись о косяк, одетый в спортивные черные шорты и такого же цвета футболку. На лице — непроницаемая маска, непонятно, о чем он думает, так пристально меня разглядывая. — Давай, хоть чаем угощу, в знак благодарности? — я кивнула, и он, покачивая бёдрами и приковывая к себе моё внимание, зашёл на кухню.
Нужно отвернуться, думала про себя, но взгляд, словно приклеенный, следил за каждым его движением. И он, будто чувствуя это, периодически оборачивался и ловил меня за подглядыванием, и даже в такие моменты я продолжала на него пялиться. Только его самоуверенная ухмылка немного привела меня в чувства и заставила отвести глаза.
— Как тебя зовут? — его низкий голос прозвучал очень близко, заставив моё тело напрячься.
— Оля, — ответила, не оборачиваясь и продолжая чувствовать его присутствие позади себя.
— Оля, — произнёс моё имя приятным барритоном. — Красивый вид, правда?
— Да, мне нравится, — на одном дыхании выпалила, когда он подошёл ближе и упёрся руками в подоконник, заключив меня в плен.
— Скажи, Оля, зачем ты здесь? — полушепотом, щекоча дыханием ухо, спросил.
— Бумажник… твой.. — сбиваясь, пробормотала, не понимая, чего он хочет.
— Только из-за него? — повёл носом по затылку, сделав глубокий вдох. — Промокла? Хочешь, я сниму с тебя мокрую одежду?
Я задрожала, когда он прижался ко мне сзади, оставляя руки расставленными по сторонам.
— Что ты делаешь? — нашла в себе силы спросить, но оттолкнуть и освободиться из его своеобразных объятий не было желания.
— А ты как думаешь? — потерся об меня сзади, и я стала задыхаться от нахлынувших эмоций и ощущения горячего возбужденного мужского тела рядом.
Разум кричал: "Беги", а тело млело от прикосновений чужого мужчины. Он, склонившись, зарылся лицом в мои волосы, опаляя кожу горячим дыханием, от чего я перестала соображать что-либо вообще. По спине побежали мурашки от ощущения его горячего тела сквозь влажную ткань моего платья. Пальцами провел по голой коже рук, от плеча до пальцев, переплётая их со своими. У меня перехватило дыхание, и мне уже было плевать на то, что это неправильно, что я сейчас должна быть дома, что рядом со мной совершенно незнакомый мне человек, именно в этот момент мне было жизненно необходимо его присутствие рядом, его уверенные ласки, мне было нужно чувствовать себя желанной. И я готова была на все, только бы он продолжал так меня касаться.
— Позволишь? — его руки, пробежавшись по бёдрам, подхватили подол короткого сарафана и потянули вверх, я не стала сопротивляться, прикусила нижнюю губу в предвкушении и приподняла руки.
Секунда, и я стою перед ним в одном нижнем белье. Перекидывает мои волосы через плечо и оставляет на шее лёгкий поцелуй, меня начинает трясти. Я вцепилась пальцами в подоконник, чтобы удержать равновесие, когда почувствовала его пальцы, расстегивающие застежку лифчика.
— Ты же не против? — спускает лямки вниз по плечам и берет меня за руки, позволяя лифчику упасть на пол, поворачивает меня лицом к себе и впивается в губы.
Я цепляюсь за его плечи, прижатая ягодицами к подоконнику, а он, крепко сжимая мою талию, буквально впечатывается в меня, не оставляя никакого пространства между нами. Каждой клеточкой чувствую его желание, и тело отзывается на него сдавленным полустоном.
Продолжение следует…