Продолжаю свою красочную исповедь. Итак, с масляными красками я подружилась в Питере. Затем была зима в заваленной до неба снегом Кандалакше с ее белыми ночами, то есть черными днями и прочим северным сиянием, которое иногда раскрашивало сумеречное тяжелое небо. В Кандалакше мне больше фотографировалось и писалось, нежели рисовалось. Городок маленький, магазинов мало, художественные средства в магазинах представлены ограничено. Я ограничилась мелками. Пастельными. Не очень люблю этот материал, если честно. Из Кандалакши вынесла пару-тройку горячих, спорящих с ледяными снегами-ветрами работ. Затем моя биография разнообразилась кружением по Подмосковью, житием в Зеленогорске и слегка в Москве, чтоб ее. А потом рраз, и я в Чемальском районе республики Алтай. В деревне мастеров Аскат. В июне приехала, в апреле следующего года уехала. Пока не уехала, рисовала всем, что с собой из Москвы привезла. Маслом. Пастелью. И даже акрилом. Акрил тогда вошел в мой художественный лексикон впервые. В