Найти в Дзене
Obscure Music

Loudblast "Sublime Dementia" 1993 (Semetery)

Если задаться целью определить самый лучший альбом, записанный когда-либо группой из Франции, лично у меня был бы один несомненный фаворит, которого вряд ли кто-либо смог обойти. Да, на своём третьем полноформатнике данная команда из Лилля смогла совершить нечто из ряда вон выходящее. Она тут не просто прыгнула выше головы, а, по сути дела, открыла для себя совершенно новое измерение, приблизившись к самым признанным эталонам жанра техно-дэза, этот самый техно-дэз по большому счёту и не исполняя. По крайней мере, если сравнивать сей релиз с альбомами Atheist, Death, Cynic и иже с ними примерно тех же лет, станет отчётливо ясно, что французы играют несколько иную музыку. По крайней мере, тут нет зубодробительных технических наворотов, мощных и скоростных гитарных риффов и сольных партий, нет сложнейших ритмических рисунков и размеров, нет прямых обращений к джазу и авангарду. Всего этого тут просто нет, и при всём при том тот материал, который играли здесь парни с севера Франции, идейно

Если задаться целью определить самый лучший альбом, записанный когда-либо группой из Франции, лично у меня был бы один несомненный фаворит, которого вряд ли кто-либо смог обойти. Да, на своём третьем полноформатнике данная команда из Лилля смогла совершить нечто из ряда вон выходящее. Она тут не просто прыгнула выше головы, а, по сути дела, открыла для себя совершенно новое измерение, приблизившись к самым признанным эталонам жанра техно-дэза, этот самый техно-дэз по большому счёту и не исполняя. По крайней мере, если сравнивать сей релиз с альбомами Atheist, Death, Cynic и иже с ними примерно тех же лет, станет отчётливо ясно, что французы играют несколько иную музыку. По крайней мере, тут нет зубодробительных технических наворотов, мощных и скоростных гитарных риффов и сольных партий, нет сложнейших ритмических рисунков и размеров, нет прямых обращений к джазу и авангарду. Всего этого тут просто нет, и при всём при том тот материал, который играли здесь парни с севера Франции, идейно и стилистически всё таки ближе всего к тому, что проповедовали все указанные выше иконы техно-дэза. Хотя нет, я всё же скорее воспользовался бы в этом случае несколько иным определением. По-моему, правильнее всего стоит называть эту музыку прогрессивным дэзом - при том, что такой термин тогда ещё практически никем не использовался. Самое же удивительное тут то, что ещё пару лет назад коллектив поигрывал довольно привычную для многих в те времена смесь трэша и дэза, не претендуя ни на лавры первооткрывателей чего-то нового, ни на звание лучшего дэзового состава Франции как минимум. Однако одним-единственным альбомом ребята смогли превратить тыкву в карету, мышей в лошадей и так далее. Жаль только, что сказка продолжалась всего один альбом, и ещё чуточку - на следующем за ним мини. Собственно, чудеса начинаются с самого первого трека, а сам материал не провисает вплоть до самого заключительного звука. Гитары эффектны и невероятно точны, соло, которые исполняют оба гитариста, не стремятся поразить слушателей суперскоростью и убойной техникой, зато предельно выверены, интересны и мелодичны, рефрены захватывают воображение, игра на грани изящества и брутальности не может не захватывать внимание, пение Стефана Бурье в разных стилистиках выдвинуло его в число лидеров в своей области, а такие приятные небольшие фишки, как акустическая гитара, чистый вокал, вкрапления клавишных, женское сопрано, только добавляют этому альбому харизмы и очарования. Ну и приятным бонусом стала запись изумительного качества на легендарной флоридской студии Моррисаунд, выполненная великим и ужасным Скоттом Бёрнсом. Таким образом никому практически неизвестные французы сумели в год, когда вышло великое множество судьбоносных для тяжёлой музыки записей, не просто не затеряться среди них, но и выдвинуться в авангард данного движения. Увы, но как и в той самой старой сказке карета вскоре опять превратилась в тыкву, лошади стали мышами и разбежались, кто куда, и весь этот момент сказочного очарования скоро просто растаял без следа... Остался только этот альбом, как один из документов той великой эпохи. К счастью, он уж точно ни во что не превратится)