— А это что такое? — Ирина Алексеевна подняла со стола глянцевый каталог с отмеченными страницами. — Опять новые вещи заказываешь?
Аня глубоко вздохнула, не поворачиваясь от плиты. Она досчитала до трех про себя, прежде чем ответить.
— Да, Ирина Алексеевна. Девочкам нужна одежда на весну.
— У них полный шкаф! — свекровь демонстративно пролистала каталог. — Боже мой, ты посмотри на эти цены! Это же просто грабеж среди белого дня!
В кухню вошел Семен, муж Ани, потирая сонные глаза. Суббота, восемь утра, а в доме уже начинался привычный "концерт". Он налил себе воды из фильтра.
— Мам, ты опять? — спросил он без особого энтузиазма.
— А что «опять»? — возмутилась Ирина Алексеевна. — Я о вашем благополучии беспокоюсь! Вы в ипотеку влезли по уши, двое детей, а она все каталоги изучает!
Аня повернулась к ним лицом, вытирая руки о полотенце:
— У нас все под контролем, Ирина Алексеевна. Мы платим ипотеку вовремя, дети одеты, накормлены. Я имею право покупать новые вещи, если считаю нужным.
— «Имею право, имею право»! — передразнила свекровь. — А об экономии ты подумала? О том, что деньги нужно откладывать? Вон, Мариночка, жена Коли, соседа нашего, никогда лишней копейки не потратит. Все с мужем советуется.
Аня поджала губы. Семен поспешно отхлебнул воды, старательно делая вид, что не слышит этого разговора.
— Сеня, — Аня обратилась к мужу, — объясни, пожалуйста, своей маме, что это мои личные деньги, которые я заработала сама.
Семен неловко переминался с ноги на ногу.
— Ну, мам, Аня права... Она много работает...
— Ой, все с вами ясно! — Ирина Алексеевна встала из-за стола. — Я лучше к девочкам пойду, с ними хоть поговорить по-человечески можно!
Когда свекровь вышла из кухни, Аня со вздохом повернулась к мужу:
— Сеня, это уже невыносимо. Каждый раз одно и то же.
— Ну что ты хочешь, — пожал плечами Семен, — она старой закалки. Ей тяжело понять, что времена изменились.
— А тебе не тяжело понять, что меня это задевает? — тихо спросила Аня, глядя ему прямо в глаза.
Из детской комнаты донесся восторженный визг — бабушка явно затеяла с внучками какую-то игру.
— Давай не будем сейчас, а? — Семен приобнял жену за плечи. — Все равно ничего не изменится. Ты ее знаешь.
Аня отстранилась, возвращаясь к готовке. Да, она знала свою свекровь. Уже восемь лет знала. И с каждым годом становилось только хуже.
***
В понедельник утром в офисе компании «ТрансЛогика» Аня сидела за своим рабочим столом, просматривая отчеты. Ее телефон завибрировал — новое сообщение от свекрови.
«Сеня сказал, ты новую стиральную машину выбираешь. А что со старой случилось? Ей всего пять лет!»
Аня отложила телефон, не ответив. Ей нужно было сосредоточиться на работе. Как руководитель отдела логистики, она отвечала за важные поставки, и сейчас на кону стоял крупный контракт.
— Тебя опять что-то расстроило? — спросила коллега Ольга, заметив выражение лица Ани.
— Свекровь, — коротко ответила Аня. — Опять считает мои деньги.
— Как обычно, — хмыкнула Ольга. — Слушай, может вам с Семеном отдельные счета завести? Чтобы у каждого была своя часть денег, на которую никто не претендует?
— Да мы вроде и так нормально разделяем, — вздохнула Аня. — Проблема в том, что для его мамы сам факт покупки чего-то нового — уже преступление. «А зачем новое? Старое еще можно починить!»
— Тебе нужно с Семеном серьезно поговорить. Это его мама, ему и решать проблему.
— Если бы! — горько усмехнулась Аня. — Он вообще старается не влезать. Считает, что мы как-нибудь сами разберемся.
Вечером, забирая дочерей из школы и детского сада, Аня решила не заезжать в магазин, хотя планировала купить продукты. Не хотелось давать свекрови еще один повод для критики. «Опять накупила всякой ерунды».
Дома ее ждал сюрприз — Ирина Алексеевна. Она сидела с Семеном на кухне и что-то увлеченно ему рассказывала.
— А вот и вы! — воскликнула свекровь при виде Ани с детьми. — Я тут пришла узнать, как вы решили с машинкой стиральной.
— Мы еще не решили, — сухо ответила Аня, помогая младшей дочери снять куртку.
— Мама считает, что лучше вызвать мастера, — произнес Семен. — Может, он починит.
— Я уже вызывала мастера, — напомнила Аня. — Дважды. Он сказал, что скоро совсем накроется двигатель, и ремонт обойдется почти в половину стоимости новой.
— Это он специально так говорит! — махнула рукой Ирина Алексеевна. — Им же выгодно, чтобы ты новую купила. А ты и рада стараться — деньги-то не твои зарабатывать!
Аня замерла.
— Что вы сказали?
— Ну, Сенечка же на основной работе вкалывает, а ты так, на своих бумажках сидишь целый день, — продолжила свекровь.
— На бумажках? — переспросила Аня, чувствуя, как внутри все закипает. — Я руководитель отдела в международной компании. И если вам интересно, моя зарплата на тридцать процентов выше, чем у Семена.
— Аня... — предупреждающе начал муж.
— Что «Аня»? — она повернулась к нему. — Ты собираешься и дальше слушать, как твоя мама принижает мою работу? Мою роль в семье?
Девочки замерли в прихожей, испуганно наблюдая за взрослыми.
— Так, — Аня глубоко вздохнула, — девочки, идите в свою комнату. Мы тут поговорим и к вам придем.
Когда дети ушли, она повернулась к свекрови:
— Ирина Алексеевна, я очень уважаю вас, но мне надоело постоянно выслушивать замечания о том, как я трачу деньги, которые сама же и зарабатываю.
— Как ты разговариваешь со старшими! — возмутилась Ирина Алексеевна. — Семен, ты слышишь?
Семен неловко почесал затылок.
— Мам, Аня правда много работает...
— Да при чем тут работает! — отрезала свекровь. — Речь о том, что она деньги транжирит направо и налево! То машинку ей новую подавай, то шубу зимой купила, хотя старая еще вполне...
— Старой шубе десять лет, — вставила Аня. — И это была скидка 50%. Я полгода откладывала на нее.
— Вот! — свекровь воздела палец к потолку. — Именно об этом я и говорю. Лучше бы эти деньги на образование детям отложила! Или на ремонт. У вас в ванной кафель уже трескается!
Аня сжала кулаки, пытаясь сдержаться.
— Мама, — осторожно начал Семен, — может, не надо сейчас?
— Нет, надо! — отрезала Ирина Алексеевна. — Я молчать не буду, когда вижу, что в семье моего сына творится непотребство! Сеня, ты хоть в курсе, сколько она на эту одежду тратит? — она кивнула на каталог, все еще лежавший на столе. — Я вчера специально посчитала. Там на пятнадцать тысяч набрала!
— Я ничего еще не заказывала, — процедила Аня. — Я только выбирала.
— Ну так выберешь, и закажешь! А потом удивляетесь, почему денег не хватает!
— У нас хватает денег, — Аня повысила голос. — Мы нормально живем и ни в чем себе не отказываем. И это моя заслуга тоже!
— Чего это ты кричишь на мою маму? — неожиданно вступился Семен.
Аня посмотрела на мужа с изумлением:
— Серьезно? Она меня отчитывает как маленькую девочку за каждую копейку, а виновата я?
— Я просто говорю, что не надо повышать голос, — буркнул Семен.
— Прекрасно, — Аня всплеснула руками. — Просто прекрасно. Знаешь что, Семен? Раз уж ты такой заботливый сын, может, объяснишь своей маме, что я тоже взрослый человек и имею право распоряжаться своими деньгами?
Ирина Алексеевна поджала губы:
— Вот так всегда! Как только начинаешь говорить правду — сразу крик, шум... У нас в семье такого не было никогда! Мы с отцом Сени...
— Мы — не вы, — оборвала ее Аня. — И времена сейчас другие. И отношение к деньгам другое.
— Да уж, — фыркнула свекровь. — Разбрасываться ими направо и налево — это по-современному, конечно!
Аня перевела взгляд на Семена:
— И что ты молчишь? Тебя устраивает, что твоя мать постоянно лезет в наши финансы?
— Ань, ну зачем так... — попытался примирительно сказать Семен. — Мама просто беспокоится.
— Ага, беспокоится, — горько усмехнулась Аня. — Так сильно беспокоится, что скоро ее имя в чеке будет требовать, прежде чем я что-то куплю!
***
Следующие несколько дней в семье Вышегорских было напряженно тихо. Аня старалась пораньше уходить на работу и попозже возвращаться. Семен делал вид, что ничего не произошло. Ирина Алексеевна временно не приходила, обиженная на невестку.
В субботу Аня повезла дочерей в торговый центр — нужно было купить Алевтине новые кроссовки для физкультуры. У выхода из обувного магазина она столкнулась с соседкой свекрови, Верой Павловной, и ее невесткой Мариной.
— Анечка, какая встреча! — воскликнула Вера Павловна. — С девочками гуляете?
— Да, за обувью приехали, — улыбнулась Аня. — Здравствуйте, Марина.
Марина слабо улыбнулась в ответ. Она выглядела уставшей и какой-то поблекшей. В руках у нее было несколько пакетов.
— Коля знает, что ты столько накупила? — строго спросила Вера Павловна у невестки.
— Я... я позвонила ему, — тихо ответила Марина. — Он разрешил.
Аня невольно поморщилась. «Разрешил?» Марина была взрослой женщиной, матерью двоих детей и главным бухгалтером в строительной компании, но говорила как провинившаяся школьница.
— Вот это правильно, — одобрительно кивнула Вера Павловна. — Не то что некоторые... — она многозначительно посмотрела на пакеты в руках Ани.
— Простите? — не поняла Аня.
— Да ничего-ничего, — Вера Павловна сделала невинное лицо. — Просто Ирина рассказывала, что у вас с Сеней финансовые разногласия. Так что я рада, что Мариночка с Колей живут душа в душу — всегда все обсуждают, советуются...
Краем глаза Аня заметила, как дернулась щека у Марины.
— Я не думаю, что наши с Семеном отношения — подходящая тема для обсуждения, — холодно ответила Аня.
— Ой, да ладно тебе, — махнула рукой соседка. — Мы же все почти родственники! Кстати, Ира говорила, ты новую стиральную машину хочешь? Так у нас Коля мастера хорошего знает, он за копейки починит!
— Спасибо, я уже заказала новую, — отрезала Аня и, взяв дочерей за руки, направилась к выходу.
За спиной она услышала приглушенное: «Вот видишь, Мариночка, я же говорила — швыряется деньгами, а потом плачется, что не хватает...»
Дома Аня рассказала Семену о встрече.
— Так теперь все соседки твоей мамы в курсе нашего семейного бюджета? — спросила она, нервно расхаживая по комнате. — Прекрасно просто!
Семен неуверенно пожал плечами:
— Мама, наверное, просто поделилась...
— Поделилась? — Аня остановилась. — Сеня, ты понимаешь, что эта женщина прилюдно отчитывала свою невестку за покупки? Совершеннолетнюю женщину! И твоя мама считает это нормальным!
— Ну, Вера Павловна всегда была строгой...
— Не в этом дело! — возразила Аня. — А в том, что твоя мама хочет для нас такого же — чтобы я перед ней отчитывалась за каждый потраченный рубль! Ты этого хочешь?
Семен молчал, и это молчание было красноречивее любого ответа.
— Понятно, — вздохнула Аня. — Значит, так и будет продолжаться. Твоя мама будет лезть в наши финансы, ты будешь стоять в стороне, а я — чувствовать себя виноватой за каждую покупку.
***
В понедельник вечером Аня вернулась домой и обнаружила Семена и Ирину Алексеевну, склонившихся над какими-то бумагами.
— Что вы делаете? — спросила она, проходя на кухню.
— Да вот, бюджет семейный планируем, — как ни в чем не бывало ответила свекровь. — Столько нужно всего оплатить, а денег лишних нет...
Аня заметила на столе свою зарплатную выписку.
— Откуда это у вас? — она подняла документ.
— Из ящика твоего взяла, — Ирина Алексеевна пожала плечами. — Семен разрешил. Надо же понимать, сколько у вас денег, чтобы планировать расходы.
Аня перевела взгляд на мужа:
— Ты разрешил своей маме копаться в моих бумагах?
— Аня, да какая разница? — устало ответил Семен. — Это просто выписка. Мама хочет помочь нам с планированием...
— С планированием? — Аня почувствовала, как закипает. — Или с контролем? У тебя есть своя копия выписки, почему нельзя было использовать ее?
— Да что ты как ребенок! — вмешалась Ирина Алексеевна. — Подумаешь, бумажку посмотрели!
— Эта «бумажка» — мои личные финансовые данные, — отчеканила Аня. — И я не давала разрешения их смотреть. Более того, я не просила никого планировать мои расходы!
— Наши расходы, — поправил ее Семен.
— Прекрасно, — Аня скрестила руки на груди. — Значит, ты считаешь нормальным, что твоя мама лезет в наши личные финансы?
— Я просто хочу, чтобы вы перестали ссориться из-за денег, — вздохнул Семен. — Мама права в том, что нужно лучше планировать траты...
— А-а-а, — протянула Аня, — теперь понятно. Значит, проблема во мне? В том, что я «неправильно» трачу деньги?
— Я этого не говорил!
— Но подумал, — Аня забрала выписку со стола. — Знаешь, Семен, я устала. Правда устала. Я работаю не меньше тебя, зарабатываю больше, тащу на себе большую часть домашних дел, а теперь еще должна отчитываться перед твоей мамой за каждую покупку?
— Аня, успокойся...
— Нет уж! — она повысила голос. — Я не собираюсь отчитываться перед твоей мамой за трату своих денег! И перед тобой тоже, если на то пошло!
Ирина Алексеевна поджала губы:
— Семен, ты слышишь, как она с нами разговаривает?
Аня резко повернулась к свекрови:
— Ирина Алексеевна, я очень вас уважаю, но есть границы. Наши деньги — это наши деньги. Не ваши.
— Да как ты смеешь... — начала было Ирина Алексеевна.
— Мама, пожалуйста, — вмешался Семен. — Давай не будем обострять.
— Нет, я хочу знать! — Ирина Алексеевна ударила ладонью по столу. — Она считает, что может разбрасываться деньгами, а мы должны молчать? А если завтра у вас не хватит на ипотеку? Или на лекарства детям?
— У нас всегда хватает на ипотеку, — отрезала Аня. — И на лекарства. И на еду. И на одежду. Потому что мы оба работаем. И я имею право потратить часть заработанных мной денег так, как считаю нужным!
***
После этой ссоры Аня собрала детей и уехала к подруге Ольге на несколько дней. Ей нужно было пространство, чтобы подумать, и передышка от этой бесконечной войны со свекровью.
— А может, действительно стоит быть экономнее? — спросила Ольга, когда они сидели на кухне после того, как дети уснули. — Не то чтобы я защищала твою свекровь, но...
— Дело не в экономии, — покачала головой Аня. — Я не хожу по бутикам каждый день, не покупаю брендовые вещи. Я просто хочу иногда купить что-то новое без чувства вины. Без необходимости объясняться.
— А Семен что?
— А что Семен? — горько усмехнулась Аня. — Он между двух огней. И всегда выбирает маму.
— Это плохо, — нахмурилась Ольга. — Очень плохо.
— Я не знаю, что делать, — призналась Аня. — Иногда мне кажется, что проще развестись, чем постоянно воевать.
— Нет, стой, — Ольга подняла руку. — Не принимай решений сгоряча. Вы же любите друг друга?
Аня задумалась.
— Да. Любим. Но сейчас я его немного... не уважаю, понимаешь? Он не может встать на мою сторону даже тогда, когда его мать откровенно перегибает.
В этот момент зазвонил телефон. Это был Семен.
— Аня, пожалуйста, давай поговорим, — в его голосе слышалась тревога. — Я весь день не могу до тебя дозвониться.
— Я не хотела говорить, — честно призналась Аня. — Мне нужно было время подумать.
— Я понимаю. Но нам нужно все обсудить. Я кое-что понял за эти дни.
— Что именно? — скептически спросила Аня.
— Это не телефонный разговор. Можно, я приеду?
Ольга, услышав это, энергично закивала.
— Хорошо, — согласилась Аня. — Приезжай.
Через полчаса Семен был у них. Ольга тактично ушла в другую комнату, оставив супругов наедине.
— Я встретил Николая, — начал Семен без предисловий. — Мужа Марины. Он... неприятный человек.
— Да, — согласилась Аня. — Я заметила.
— Понимаешь, он хвастался тем, как держит жену «под каблуком». Как она ничего не может купить без его ведома, как отчитывается за каждую копейку... И я вдруг увидел со стороны то, к чему мы идем.
Аня внимательно смотрела на мужа, не перебивая.
— Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя так, как Марина, — продолжил Семен. — И я не хочу быть как Николай. Ты права — наши деньги это наши деньги, а не мамины. И ты имеешь право решать, на что их тратить.
— Я рада, что ты это понял, — тихо сказала Аня. — Но что дальше? Твоя мама не изменится в одночасье.
— Я поговорю с ней, — твердо сказал Семен. — И не так, как раньше. Я объясню, что ее вмешательство разрушает нашу семью. И если она не остановится, нам придется ограничить общение.
Аня покачала головой:
— Ты никогда не сможешь пойти против своей мамы. Я знаю тебя, Сеня.
— Раньше не мог, — признал Семен. — Но сейчас я понял, что важнее — ты и дети. Наша семья.
***
На следующий день Аня с детьми вернулась домой. Семен, как и обещал, поговорил с матерью. Разговор был непростым. Ирина Алексеевна кричала, обвиняла невестку во всех грехах, угрожала больше никогда не приходить. Но Семен был непреклонен.
— Мам, я люблю тебя, но Аня — моя жена, — сказал он твердо. — И если тебе придется выбирать между постоянным контролем нашей жизни и нормальными отношениями с нами — я надеюсь, ты выберешь второе.
Ирина Алексеевна ушла, хлопнув дверью. Несколько недель она не появлялась у них дома и не звонила. Семен переживал, но не отступал от своего решения.
Тем временем Аня и Семен пересмотрели свой подход к семейным финансам. Они открыли общий счет для основных трат и отдельные счета для личных расходов. Теперь каждый мог тратить определенную сумму по своему усмотрению, не отчитываясь перед другим.
— Как ты думаешь, твоя мама когда-нибудь простит нас? — спросила однажды Аня, когда они укладывали детей спать.
— Простит, — уверенно ответил Семен. — Она просто упрямая. И она скучает по девочкам.
Как будто в подтверждение его слов, на следующий день раздался звонок. Это была Вера Павловна.
— Анечка, ты слышала новость? Мариночка ушла от Николая! — затараторила соседка. — Представляешь? Собрала детей и уехала к своей маме! Говорит, устала от контроля и унижений. А ведь такая образцовая семья была!
Аня многозначительно посмотрела на Семена.
— Да, Вера Павловна, такое случается, — спокойно ответила она. — Когда человека постоянно контролируют и не уважают его право на самостоятельные решения.
— Подожди, ты что, ее поддерживаешь? — соседка была искренне возмущена. — После всего, что Коля для нее делал? Да он ей айфон на прошлый день рождения подарил!
— А еще проверял каждую ее покупку и заставлял звонить из магазина, чтобы отчитаться, — парировала Аня. — Не думаю, что это стоило нового телефона.
После этого разговора Аня задумалась: а ведь они с Семеном были на грани того же самого. Еще немного, и она бы тоже могла оказаться в положении Марины — только вместо контролирующего мужа у нее была бы властная свекровь, а муж, который не может защитить.
— О чем думаешь? — спросил Семен, заметив ее задумчивость.
— О том, как легко все может разрушиться, — Аня посмотрела на него. — И как важно вовремя остановиться.
Неделей позже, когда Аня возвращалась с работы, она заметила знакомую фигуру у подъезда. Ирина Алексеевна нервно переминалась с ноги на ногу, явно колеблясь: войти или нет.
— Здравствуйте, — Аня подошла к ней первой. — Вы к нам?
Свекровь вздрогнула:
— Да, я подумала, может, девочки соскучились.
— Они точно соскучились, — мягко сказала Аня. — Пойдемте, они будут рады вас видеть.
В квартире Ирина Алексеевна выглядела непривычно неуверенной. Внучки бросились к ней с радостными криками, а она прижимала их к себе, словно боялась, что больше никогда не увидит.
Когда дети убежали в свою комнату показывать бабушке новые игрушки, Аня предложила Ирине Алексеевне чаю.
— Спасибо, — свекровь села за стол. — Аня, я... хотела извиниться. Я перегнула палку.
Аня молча поставила перед ней чашку.
— Эта ситуация с Мариной и Николаем, — продолжила свекровь, — заставила меня многое переосмыслить. Вера Павловна теперь страдает, что потеряла невестку и внуков. Постоянно плачется, что всего лишь хотела как лучше...
Ирина Алексеевна подняла взгляд на Аню:
— Я не хочу оказаться на ее месте. И не хочу, чтобы мой сын стал вторым Николаем. Я действительно думала, что помогаю вам, но...
— Но вы просто хотели контролировать, — закончила за нее Аня.
Свекровь вздохнула:
— Наверное. Трудно признавать свои ошибки в моем возрасте. Мне казалось, что я лучше знаю, как распоряжаться деньгами. Я выросла в другое время, когда каждую копейку нужно было считать.
— Я понимаю, — кивнула Аня. — Но времена изменились. И наши отношения с Семеном тоже другие — мы партнеры, равные.
***
Вечером, когда пришел Семен, он был приятно удивлен, увидев мать у них дома. После ужина, когда дети уже спали, а Ирина Алексеевна собиралась уходить, она вдруг сказала:
— Я тут подумала... может, вам действительно стоит купить новую стиральную машину. У моей подруги Надежды хорошая, с функцией сушки. Очень удобно.
Аня и Семен переглянулись с удивлением.
— Спасибо, мам, — сказал Семен. — Мы как раз уже заказали. Послезавтра привезут.
— Вот и славно, — кивнула Ирина Алексеевна, и в ее голосе не было ни нотки осуждения.
Когда Семен пошел провожать мать, Аня начала убирать со стола. Она не слышала их разговора в прихожей, но когда муж вернулся, на его лице была легкая улыбка.
— Представляешь, она предложила помочь с оплатой, — сказал он, помогая Ане с посудой. — Говорит, откладывала деньги на черный день, а тратить их некуда. Хочет сделать нам подарок.
— И что ты ответил?
— Сказал, что мы справимся сами, но поблагодарил за предложение, — Семен обнял жену за плечи. — Кажется, она начинает понимать.
Прошло несколько месяцев. Отношения с Ириной Алексеевной постепенно налаживались. Она все еще иногда не могла удержаться от комментариев о ценах или необходимости той или иной покупки, но теперь эти замечания звучали скорее как мнение, а не как приказ или осуждение. А иногда она и вовсе прикусывала язык, вспоминая о своем обещании не вмешиваться.
Однажды, когда Аня собиралась в торговый центр за подарками к Новому году, Ирина Алексеевна неожиданно предложила:
— Может, я с тобой поеду? Поможешь мне выбрать подарок для девочек. А то я в современных игрушках не разбираюсь.
Аня на секунду замешкалась, но затем кивнула:
— Конечно, поехали. Потом можем вместе выбрать что-нибудь для Семена.
В торговом центре они ходили от магазина к магазину. Ирина Алексеевна все еще качала головой, глядя на цены, но теперь в этом было больше удивления, чем осуждения.
— А ты неплохо ориентируешься в магазинах, — заметила она, когда Аня нашла хорошую скидку на конструктор, который давно хотела купить Алевтине. — И правда умеешь экономить.
— Я стараюсь делать покупки с умом, — ответила Аня. — Просто иногда хочется купить что-то просто потому, что нравится, а не потому, что жизненно необходимо.
Ирина Алексеевна задумчиво кивнула:
— А у меня так никогда не получалось. Всегда только самое необходимое. Такое время было.
— Сейчас другое время, — мягко сказала Аня. — И вы тоже можете позволить себе иногда что-нибудь просто для удовольствия. Вот, например, — она указала на витрину с красивыми шарфами, — это бы вам очень пошло.
Свекровь смутилась, но Аня уже тянула ее в магазин. К их общему удивлению, процесс выбора шарфа оказался приятным для обеих. Ирина Алексеевна даже позволила себе купить не самый дешевый вариант, а тот, который ей действительно понравился.
***
В канун Нового года вся семья собралась в квартире Вышегорских. Ирина Алексеевна помогала с приготовлениями, девочки украшали елку, а Семен колдовал над праздничным столом — готовить он любил и умел.
— А помнишь, как мы поссорились из-за стиральной машинки? — вдруг спросила Аня у свекрови, когда они остались вдвоем на кухне.
— Еще бы, — вздохнула Ирина Алексеевна. — Стыдно вспоминать.
— А я благодарна той ссоре, — неожиданно сказала Аня. — Если бы не она, мы так и продолжали бы воевать. А теперь... теперь все иначе.
— Да, — согласилась свекровь. — Я многое поняла. Особенно после того, что случилось с Мариной и Николаем.
— А что с ними сейчас? — поинтересовалась Аня. — Вы с Верой Павловной еще общаетесь?
— Общаемся, но реже, — ответила Ирина Алексеевна. — Вера все не может смириться с тем, что невестка ушла. А я ей говорю — нельзя людей так контролировать! Нельзя указывать взрослому человеку, как ему жить и тратить свои деньги.
Аня не смогла сдержать улыбку. Услышать такое от свекрови, которая еще полгода назад делала то же самое, было странно, но приятно.
— А Марина как? — спросила она.
— Говорят, расцвела, — Ирина Алексеевна покачала головой. — Нашла новую работу, получает больше. Дети тоже повеселели. Коля, конечно, пытался вернуть ее, обещал, что изменится, но она твердо решила — нет.
— Иногда нужно твердо стоять на своем, — кивнула Аня.
— Как ты, — Ирина Алексеевна посмотрела на невестку с неожиданным уважением. — Если бы ты тогда не взбунтовалась, все могло бы пойти совсем по другому пути. Плохому пути.
В комнату заглянул Семен:
— О чем секретничаете?
— О том, какой у меня молодец жена, — неожиданно сказала Ирина Алексеевна, подмигнув Ане. — И какая настырная свекровь.
Все трое рассмеялись, и это был искренний, легкий смех людей, которые прошли через сложный период и вышли из него более мудрыми и понимающими.
Позже, когда часы пробили полночь и все поздравили друг друга с Новым годом, Ирина Алексеевна подняла бокал:
— За нашу семью. За то, чтобы мы всегда уважали друг друга и умели слушать.
— И за финансовую независимость, — с улыбкой добавила Аня.
— И за это тоже, — согласилась свекровь. — В разумных пределах, конечно.
Они снова рассмеялись, и Аня подумала, что иногда из конфликтов и ссор может родиться нечто хорошее — новое понимание, уважение и более крепкие отношения. Главное — не бояться отстаивать свои принципы и быть готовым выслушать другую сторону.
— Кстати, — сказал Семен, когда все сели за праздничный стол, — у меня есть новость. Мне предложили новую должность, с повышением. Теперь мы сможем быстрее закрыть ипотеку.
— Это замечательно, сынок! — воскликнула Ирина Алексеевна. — А на что потратите освободившиеся деньги?
Аня напряглась по привычке, но свекровь тут же добавила с улыбкой:
— Впрочем, это не мое дело. Решайте сами.
И в этой фразе было больше тепла и понимания, чем во всех предыдущих разговорах.
— Я думаю, — медленно произнесла Аня, глядя на мужа, — мы могли бы отложить на летнюю поездку к морю. Девочки давно мечтают.
— Прекрасная идея, — согласился Семен. — А ты бы поехала с нами, мама?
Ирина Алексеевна замялась:
— Не знаю... это же ваш семейный отдых...
— Теперь это наша общая семья, — твердо сказала Аня. — И мы бы хотели, чтобы вы поехали с нами.
В глазах свекрови блеснули слезы. Этот момент принятия, это приглашение значили для нее гораздо больше, чем она могла выразить словами. И Аня поняла: несмотря на все прошлые конфликты, они наконец-то стали настоящей семьей, где каждый имеет право на свое мнение, но в то же время готов услышать других. А это дороже любых денег.
***
История Ани и ее свекрови напоминает, как важно отстаивать личные границы даже с близкими. А что делать, когда границы нарушает не свекровь, а собственный ребенок? Мария никогда не думала, что ее 16-летняя дочь Полина превратится из милого ребенка в дерзкую незнакомку. "Это мои деньги, и я потрачу их как хочу!" — кричала Полина, хлопнув дверью после очередной ссоры о покупках. В тот сентябрьский вечер Мария решила, что пора действовать иначе. Она не знала, что простой разговор с учительницей раскроет семейную тайну, которую все пытались от нее скрыть..., читать новый рассказ...