Книга «Я исповедуюсь» каталонского автора Жауме Кабре по толщине и качеству хитросплетений почти не уступает самым сложным литературным конструкциям, выстроенным изощрёнными умами, подобными Умберто Эко. Послевоенная Барселона, немолодой коллекционер и эрудит по имени Адриа, угасающий от болезни Альцгеймера, начинает писать историю своей жизни — отрывочно и вроде бы беспорядочно, перемежая личные воспоминания легендами о средневековых монахах, размышлениями на тему «отцы и дети» и обращениями к возлюбленной. Поток воспоминаний напоминает дом со множеством дверей, которые то открываются, то закрываются в неожиданное время — «дверей» много. Но главной линией, скрепляющей разрозненные эпизоды, будет судьба скрипки работы кремонского мастера Лоренцо Сториони, который реально существовал.
«Если бы у меня не было Сториони, я бы не подружился со своим лучшим другом. И не познакомился бы с тобой на концерте в Париже. Я был бы другим», — исповедуется Адриа, обращаясь в мыслях к своей любимой. Короче говоря, без этого предмета не было всей истории. Тем более, что скрипка, чудесная на ощупь, великолепной формы, отличается прекрасным звучанием и пропорциями… «Storioni Cremonensis me fecit (я творение Сториони)», — гласит историческая надпись. В романе регулярно звучат то сонаты Леклера, то скрипичная партита Баха, то Второй концерт Прокофьева… Только вот какая беда. На раритете лежит тень давнего преступления и звуки его, кажется, способны влиять на людские судьбы. Поэтому лабиринт заполняют мистические загадки, да и просто детективные коллизии (длиною в семьсот страниц), в которые оказываются вовлечены и авантюристы 18-го века, и нацисты из Освенцима, конфискующие скрипки у евреев, и нынешние проходимцы, которые устраивают охоту за наследством.
«Если я что-то смыслю, этот инструмент принесет много радости», — надеется очередной владелец. Увы, «Виал» (таково имя скрипки) была украдена почти у каждого из хозяев и всякий раз, ускользая, приносила несчастья. Словно это то совершенство, которое является синонимом зла. Одним словом, каждый такой эпизод вписывается новой главой в зловещую многослойную историю, в которой прощения не будет никому.
Я исповедуюсь, Жауме Кабре, 2003–2011 гг