Семья Олисовых очутилась в конце семнадцатого века. Сергей, Алина и Матвей стояли прямо перед самым порогом дома купца Олисова – белокаменного трёхэтажного строения, которое было построено по проекту архитектора Святослава Агафонова. Серёжа заметил свет в окне справа от себя. Он, чуть поразмыслив, решил постучаться в дверь. Тишина. Никто не отвечает. Затем Сергей ещё раз постучал в дверь, но чуть сильнее. Послышались чьи-то шаги за дверью. Потом Сергей постучал ещё раз и на этот раз кто-то подошёл к двери изнутри и спросил: «Кто?». Это был голос купца Афанасия Фирсовича. Серёжа немного замешкался, засмущался и замер, но Алина толкнула его, тогда он оживился и ответил: «Олисовы». На это купец ему сказал: «Все у нас дома. Мы никого не ждём. Уходите».
Сергей, Алина и Матвей полчаса стояли без особых движений, будто живые статуи. Решение должен принять, безусловно, главный член семьи, коим является Сергей. Но он не знал, что делать. Он чувствовал в себя не в своей тарелке. Всё кругом было ему чуждо, но он узнавал родные просторы Нижнего Новгорода.
По прошествии времени Сергей всё-таки принял решение постучать ещё раз. В этот раз Афанасий сразу услышал стук.
-Мы ищем дом. Пожалуйста, проявите своё сочувствие и помогите нам. Впустите хотя бы на одну ночь. Завтра же утром мы от вас отправимся дальше. Глухая ночь нынче, тёмная, опасно в лес сейчас идти. Волки воют, совы ухают, лисы так и норовят оттяпать что-то. Поймите и примите нас такими, какие мы есть.
Афанасий на минуту застыл в размышлениях. И вот, чуть подумав, он сказал:
-В нашем доме порядки свои имеются. Если вы нарушите какой порядок или инакомыслием своим что сотворите, то сразу будете выставлены со всеми своими почестями в самую чащу леса. Но если вы будете жить в мире и порядке, так чтоб и разладов не было, царили гармония и процветание, и чтоб каждый ценил друг друга, учился слышать и понимать слова чужие, яко свои слушая. Будите вы вознаграждены. У нас один закон, божий. Под Богом все ходим и добро дела делаем.
И впустил Афанасий Фирсович семью Сергея, и угостил он едой своей, и легли они спать, чтоб завтра дела новые начинать. Но только было всё далеко не в гармонии, царил у них непоколебимый хаос, который немедленно требовалось прекратить. И наступили дни суровой брани.