Он был тихим. Незаметным. Таким, кого не запоминают. Идеальный сотрудник для ночной смены — не болтает, не спорит, делает свою работу. А работа у него была простая — облегчать страдания. Вот только понимал он это по-своему. Чарльз Каллен не лечил. Он убивал. Десятки. Сотни. Возможно, до 400 человек. И система, призванная защищать больных, смотрела на это сквозь пальцы 16 долгих лет.
Детство, пропитанное смертью: с чего всё началось
Его жизнь с самого начала была похожа на плохой триллер. Чарльз родился в 1960 году, а через семь месяцев его отец умер. В девять лет — первая попытка самоубийства, когда он выпил химикаты из школьного набора. Потом он утверждал, что детство у него было «жалкое», а его постоянно травили одноклассники.
А в 17 лет его мать погибла в автокатастрофе, за рулем была его сестра. Это окончательно сломало его. Он бросил школу и подался во флот. Но и там он был белой вороной. Однажды сослуживцы нашли его за пультом управления ракетами на подлодке... в хирургическом халате, маске и перчатках, украденных из медпункта. За годы службы он семь раз пытался покончить с собой. Флот списал его по состоянию здоровья — но не отправил на принудительное лечение, а просто выкинул на гражданку.
Больницы как полигоны для убийств: схема «пришел, убил, уволился»
Его сестринская карьера началась в 1987 году. Первое убийство случилось 11 июня 1988-го в Медицинском центре Святого Барнабаса. Жертвой стал судья Джон Йенго, поступивший с аллергией. Каллен ввел ему смертельную дозу лекарства. Позже он признался, что на первой работе убил 11 человек.
Так родился его почерк. Он использовал дигоксин (препарат для сердца) или инсулин в летальных дозах. Он нападал на самых уязвимых — тяжелобольных, пожилых, тех, чья смерть не вызовет лишних вопросов. Когда подозрения начинали кружить вокруг него, он не дожидался развязки — просто увольнялся и находил новую работу. Потребность в медсестрах была высока, а единой базы, которая отслеживала бы таких «мигрирующих» сотрудников, не существовало.
Одна из его жертв в больнице Уоррена, 91-летняя женщина, перед смертью жаловалась родным, что «странная медсестра» делала ей укол, пока она спала. Ее не послушали. Больницы, опасаясь скандалов и судов, заминали расследования. Он был призраком, который растворялся в коридорах, оставляя за собой лишь след из тел.
Две стороны одной личности: тихий сосед и домашний тиран
Со стороны его жизнь могла казаться обычной. Он женился, родились две дочери. Но дома проявлялось другое его лицо. Жена, Эдриенн, позже рассказывала о его жестокости: он мог подлить легковоспламеняющуюся жидкость в напитки, сжечь книги дочери. Она утверждала, что он мучил домашних питомцев — запирал их в пакетах или мусорных баках. В 1993 году она подала на развод и получила запретительный ордер.
Его психическое состояние катилось в пропасть. Он ломался в дом коллеги, пока та спала с маленьким сыном. Он снова и снова пытался покончить с собой, попадал в психиатрические клиники. Но каждый раз его отпускали. И он возвращался к работе. К своим ночным сменам. К своим жертвам.
Конец игры: как поймали невидимку
Все рухнуло в 2003 году в Медицинском центре Сомерсет. Он убил как минимум 13 пациентов, используя дигоксин и инсулин. Бдительные сотрудники обратили внимание, что Каллен через электронную систему заказывает лекарства для пациентов, которые ему не назначены. Началось внутреннее расследование.
В декабре 2003 года его арестовали. На суде он предстал перед родственниками жертв. Он отказался от последнего слова, так и не объяснив, зачем он это делал. В 2006 году его приговорили к 11 пожизненным срокам, отбывать которые он сможет начать... через 397 лет. Он заключил сделку со следствием: признание в обмен на отмену смертной казни.
Эпилог: почему это стало возможным?
История Чарльза Каллена — это не только история маньяка-одиночки. Это колоссальный провал системы. Больницы, не желавшие огласки и судов, увольняли его «за плохую работу», но не сообщали в полицию. Не было механизма, чтобы помечать таких сотрудников. Он стал самым плодовитым серийным убийцей в американской истории в белом халате благодаря всеобщему равнодушию и бюрократической трусости.
Его дело заставило власти принять новые законы, ужесточающие проверки для медработников. Но поздно. Сотни жизней уже было не вернуть.
Эта история заставляет задуматься о самом страшном: мы доверяем свои жизни системе, которая иногда видит лишь цифры и отчеты. А монстры редко выглядят как монстры. Они выглядят как тихий, незаметный медбрат, выходящий на ночное дежурство.