Аркадий Борисович, одетый в шёлковую пижаму, стоял у комода в своей спальне. Его босые ноги утопали в густом ворсе ковра. Он только что принял душ, и смыл с себя, как казалось ему, все дневные заботы и тревоги, но, он чувствовал себя как-то странно. Он взял с комода свой телефон и повертел его в руках.
Глава 75
«Не звонят. Никто не звонит…, ни бывшие жёны…, ни дети…, ни партнёры…, никто. Как будто нет меня. А я есть! Я здесь! – посмотрел он сначала на экран телефона, а потом в глаза своему отражению в зеркале. – Всё восстанавливать надо…, буквально всё, - он вздохнул, опустил свой взгляд на экран и, посмотрев на часы, поймал мелькнувшую в его сознании мысль. – Да ладно, чего я? Я же отец»…, - начал водить он пальцем по экрану. Наконец, он отыскал то, что искал и приложил телефон к уху, слушая длинные гудки.
- Папка? – услышал он растерянный голос Марка. – Папка? Ты? – спрашивал, не веря своим глазам, Марк, увидев на экране своего телефона знакомый номер отца и его фотографию.
- Я, Марк! Я! Привет, сын! – произнёс чуть хрипловатым голосом Аркадий Борисович.
- Привет, пап! Ты где? – спросил Марк.
- Я дома.
- Ааа…, - протянул Марк, - а я думал здесь, в Лондоне, - послышалось разочарование в голосе Марка.
- Нет, я дома. Как у тебя с учёбой? Не отстаёшь? – спросил Аркадий Борисович.
- Нет, не отстаю, - ответил Марк, услышав строгие нотки в голосе отца.
- Вот и хорошо. Если что-то будет нужно, звони.
- Пап, ты приедешь к нам сюда? – спросил Марк.
- Нет. Дел слишком много. Встретимся дома на каникулах. Я дам указание Кларе заказать билеты, - сказал Аркадий Борисович. И не зная, о чём ещё поговорить с сыном решил быстренько свернуть разговор. – Ну, всё, Марк, пока! Извини, мне звонят по другой линии, - сказал он и отключил связь. – Мне звонят, - повторил он и посмотрел на погасший экран. – Сын…, - произнёс он, - удивился, увидев мой номер телефона. Ждёт, что приеду. Ну, да, Гелька обещала, она же ездила к ним. - «Хитрая ст…ва…», - обозвал он мысленно свою третью бывшую жену. – А что я - это я, Марку никто не сказал. Почему? - задал он себе вопрос. Ответа на него у Аркадия Борисовича не было. – Мдаа…, не получилось разговора, - признался он себе и, нахмурив брови, вздохнул. - Ну, что, позвонил одному, придётся позвонить и остальным, а то обидятся, - водил пальцем по экрану он, отыскивая номер телефона второго сына.
**** ****
Сашка сидел на своей кровати, прислонившись спиной к стене, и держал телефон у уха, слушая длинные гудки.
- Алло, - наконец услышал он голос брата.
- Серёга, привет. Можешь говорить? – спросил Сашка.
- Привет. Могу. Чё звонишь? Договорились же, звонить вечером. Что-то случилось? – спросил Сергей.
- Ага. Случилось. У нас сегодня дома знаешь, кто был? – спросил Сашка.
- Откуда ж мне знать? Мамка мне не звонила. Давай выкладывай, кто там у вас был.
- Антон Камалов, - выпалил Сашка.
- Эээ, подожди, этот «тёрщик», что ли?
- Ну, да, он. Они хотят продолжение к той передаче снять. Были у нас. От нас поехали в роддом.
- А в роддом-то на фига? - не сообразил сразу Сергей.
- Ты чё, Серёг? Хайман же не Хайман, а Самойлов. С роддома же всё началось. Вот там и будут искать начало или продолжение Хаймановской истории.
- И ты с Камаловым на «ты», да?
- Ну, это он со мной на «ты», а я с ним на «вы», - ответил Сашка.
- На отца сильно давил?
- Нет. У меня спросил, изменился ли батя.
- А ты?
- А чё я? Я сказал, что изменился, и мне его изменения нравятся.
- Ты серьёзно?
- Про что?
- Что изменения нравятся.
- Да. Вот приедешь, сам увидишь, тебе тоже понравится.
- Что понравится?
- Ну, внешний вид, например. Не какой-то пьянчуга – нищеброд, а миллиардер. Ну, а умственные способности вообще на порядок стали выше.
- Сашк, ты шутишь?
- Нет. Ладно, я не это хотел тебе рассказать. Серёг, знаешь, я не хочу говорить ни бабке, ни мамке…, расстраивать их не хочу, - тихо говорил в трубку Сашка. – Меня утром директриса вызывала к себе.
- Снова из-за подписи? – встревожено спросил Серёга.
- Нет.
- А из-за чего?
- Я выиграл две городские олимпиады. И есть решение отправить меня в Ульяновск.
- Согласился?
- Я-то согласился, но надо согласие мамки. А она…, я сомневаюсь, что согласится.
- Когда ехать?
- Через десять дней.
- А деньги?
- За счёт города.
- А предмет?
- Химия и биология.
- Чё, сразу на две?
- Ага. Маргарита Николаевна обещала освободить меня на неделю от занятий, чтоб готовиться.
- Сам будешь готовиться?
- Ну, да, сам…, с папкой.
- С папкой?
- Да, с ним, по его методе. Щас пойду с ним договариваться. Серёг, позвони мамке, уговори её, чтоб она дала своё согласие, а? Мне его завтра директрисе унести надо. Ну, Серёг…, - заныл Сашка.
- Ладно, не ной, позвоню, уговорю…, - пообещал Сергей. – Иди, договаривайся с отцом и готовься, - Сергей не стал прощаться с братом, просто отключил связь.
Экран телефона в руке Сашки погас.
**** ****
Екатерина опустила руку с телефоном на колени и ещё какое-то время сидела неподвижно, уставившись в одну точку на стене. После короткого разговора со старшим сыном на неё нахлынули какие-то двоякие чувства. С одной стороны она была рада, что Марк приедет на каникулы, а с другой, ей совсем не хотелось встречаться со своим бывшим супругом. И вовсе не из-за того, что она считала себя виноватой в том, что они, три бывших его жены, отыскали не его, а похожего на него мужика. И Аркадий из-за них чуть не лишился всего. И вот сейчас, она сидела на диване в большой комнате и думала, как ей быть и что делать дальше.
«Никита был прав, когда говорил, «не лезь, не твоё это дело», - думала она и в который раз ругала себя, что его не слушала. – Всё из-за Марка. Ради него я бросилась искать Аркашку. Как же, любимый сыночек останется без папочки, лишится денег. Я ради Марка постоянно переступаю через себя. А что делать? Я мать! Разве Аркадий это понимает? Ему главное деньги. Он только их считает. Плевал он на мои материнские чувства. Он же так и не понял, женившись на Инессе, что лишил практически грудного своего первого ребёнка материнской любви, заботы и ласки, передав его в руки нянек. А я…, я на коленях ползала, просила, умоляла его, чтоб разрешил видеться с ребёнком хоть раз в неделю. – Екатерина горько усмехнулась, вспомнив слова Клары Семёновны. – «Не беспокойся…, вырастет с няньками и будет ещё больше тебя любить. Видишь же, как любит меня Аркаша. А за ним тоже няньки ходили. Борис настоял, чтоб в нашем доме няньки были. Малышу без разницы кто с ним рядом…» Угу, без разницы, вот и вырастили Аркашу таким же жестоким, как Борис Моисеевич, - вспомнила не теми словами Екатерина своего первого свёкра. Бориса Моисеевича она знала не только по рассказам Клары Семёновны, которая после его смерти говорила о нем только хорошее. Она знала его лично. Он разбился на машине через полгода после их с Аркадием свадьбы. Поэтому ей было с кем сравнивать своего бывшего супруга. С Кларой Семёновной она поддерживала хорошие отношения в надежде, что она хоть как-то повлияет на Аркадия, вот и приходилось ей выслушивать её воспоминания. Впервые Екатерина задумалась над словами Клары Семёновны. – Почему она сама не ухаживала за сыном, почему были наняты няньки», - задала она себе вопрос. Ответа на этот вопрос у неё не было.
- Кать, ты чего такая? О чём думаешь? – спросил Никита, вырвав её своим вопросом из её дум.
Екатерина вздрогнула от неожиданности. Она не слышала, как он подошёл к ней.
- О чём думаю? – она махнула рукой. – Да, так…, Марк позвонил…
- Сам?
- Ага. Сказал, что ему отец звонил. В общем, приедет сюда на каникулы.
- Ну, так хорошо же. Увидишь сына…, пообщаетесь…
- Ага, чтоб пообщаться, придётся ехать в особняк, - вздохнула Екатерина.
- Ааа, понятно…, не хочешь видеть его. Ну, так можно же и не ездить. Марк большой, дорогу к нам знает…, сам приедет, - обнял Никита Екатерину за плечи, усаживаясь рядом с ней на диван.
- В этот раз я, наверное, послушаю тебя, - Екатерина утонула в его объятиях.
- Вот и правильно, слушайся. Я своей любимой жене плохого не посоветую, - чмокнул он её в висок.
В этот момент в руках Екатерины зазвонил телефон. Она взглянула на экран.
- Гелька звонит.
- Ну, сейчас сообщит, что Аркаша звонил Софочке, - хохотнул Никита.
- Алло, - ответила на звонок Екатерина.
- Привет, Кать, - весело защебетала в трубку Ангелина.
- Привет.
- Представляешь, Кать, Аркаша позвонил Софочке. Сам позвонил. И номер телефона у него тот же, что и был до его исчезновения, - тараторила Ангелина.
- Ну и что?
- Эээ, как это что? Ты сама подумай. Номер у него тот же. Появился он в особняке, когда за нашим Хайманом приехали мать и жена. Ты думаешь это простое совпадение? – спросила Ангелина.
- Ну, допустим, - Екатерина не стала уточнять, что допускает.
- При чём тут, допустим, - взвилась Ангелина. – Кать, я думаю, не нападал на Аркашу никто. Он сам захотел исчезнуть, вот и исчез. И появился, когда ему стало надо.
- Гель, ты думай, как хочешь. Мне как-то всё равно, исчезал он или не исчезал…, - ответила Екатерина.
- Кать, но он подверг такому стрессу наших детей. А ты говоришь, что тебе всё равно.
- И я говорю, мне всё равно, - ответила ровным голосом Екатерина.
- Кать, мы уже опаздываем, идём, - сказал Никита довольно громко.
- Извини, Гель, Никита ждёт, всего тебе…, - сказала Екатерина и отключила связь.
- Ну, фантазёрка. Нашла причину. Тот же номер…, - качал головой Никита. – Конечно он оставил его за собой. Заехал в салон и загрузил всё, что было в его старом телефоне в свой новый…