— Хватит! Мы больше не на публике, и… Я благодарна тебе за все, что ты делаешь! Но это уже слишком!
— Я услышал тебя, Мари.
Его голос спокоен, но режет, словно ножом.
Сам отодвигается подальше.
А я буквально кожей чувствую напряжение.
Динар спокоен. Только ноздри раздуваются, выказывая его ярость.
В конце концов, мы договаривались. Я сразу сказала, что люблю другого!
И я не просила этой помощи!
Только почему сейчас я ощущаю волнами исходящую опасность?
— Где мы?
Дорога длится довольно долго и проходит в полном молчании.
Мы покинули город. Его огни остались позади.
Я думала, мы теперь уже уезжаем. Из страны. Туда, где я смогу вздохнуть с облегчением и не оглядываться на каждую тень с опаской.
Но машина останавливается у дальнего дома.
— Переночуем здесь, — холодно отзывается Динар, почти на меня не глядя.
Что ж. Мне без раницы. Дом или гостиница.
— Мари!
Он вдруг хватает меня за руку.
— Скажи. У меня все же есть шанс? Шанс, что мы сможем когда-нибудь быть вместе? Не сегодня. Не сейчас. Я говорил уже тебе. Я готов ждать сколько угодно! Ждать. Терпеть. Помогать во всем. Но, черт возьми, я должен знать, что это ожидание не напрасно!
— Нет, Динар.
Качаю головой, поражаясь тому, как искажается его лицо.
Мне даже его жаль. Но…
— Сердцу не прикажешь. Я люблю Бадрида. И так будет всегда. И то, что его больше нет, этого не меняет.
— Хорошо, Мари.
Динар кивает. Его лицо снова превращается в ничего не выражающую маску.
— Пойдем в дом.
На этот раз он не подает мне руку. Не помогает выйти из машины. Но я даже этому рада.
Мы входим в темный дом в полной тишине.
— Сюда, Мари.
Свет почему-то не включается. Я иду на голос Динара. Почему-то по ступеням вниз. Может, дом не достроен? Не понимаю. Но уточнять не хочу.
Шаги гулко стучат. Становится сыро. И холодно.
— Динар, — все же решаюсь его окликнуть.
Обхватываю руками плечи. Мне не нравится это место!
— Да, Мари!
Свет вспыхивает. Мы находимся в подвале! Почему?
— Ттты… Что тттты…
— А что ты думала, Мари?
Его глаза сверкают нездоровым блеском.
Миг, — и он хватает меня за шею. Вжимает в холодную сырую стену.
— Что ты думала? Что я и моя мать — добрые феи? Подбирающие всяких пострадавших глупых девок?
— Динар!
Не могу поверить! Это совсем другой человек!
— Ты думаешь, нам больше заняться нечем? А, Мари? Неееет! Моя мать люто. Всю жизнь ненавидела старого Багирова! Он издевался над ней! Отобрал ее лучшие годы! И что взамен? Ничего! Пришло время расплатиться по старым счетам! Ты так наивно прятала свою беременность с самых первых дней! Думала, мы не догадаемся сразу? О нет, Мари! О твоей беременности мы знали с самого начала! Именно поэтому дом Багирова взлетел на воздух вместе с ним! А ты оказалась в нашем доме!
— Ччто?
Хриплю, задыхаясь. Пытаюсь вырваться. Цепляюсь руками за его руку на моем горле.
Но куда там! Он огромен и силен! Почти как сам Бадрид!
— Мне плевать, кем ты для него была. Любовницей. Подстилкой. Издевался он над тобой или нет. Но Багиров решил жениться. И нам не нужны были другие наследники. Мать долго, годами, почти всю жизнь вынашивала планы мести! И вот появилась ты. Все просто, Мари. Все было задумано с самого начала. Ты подписала сегодня все необходимые бумаги. Теперь ты моя жена! Жена, которая просидит в этом подвале до самых родов, во время которых скончается! Ребенок будет считаться моим. Будет записан на меня, как на мужа. И я его выращу. А в решающий момент именно этот ребенок получит наследство. Все, что принадлежало когда-то Кариму, а после перешло к твоему драгоценному Бадриду. А ты, Мари… Ты не выйдешь больше из этого подвала!
— Но…
Господи! Да он совсем безумен! Как я раньше не понимала?
— Но зачем? Зачем так сложно? Ты ведь его сын! Ты можешь заявить права, сделать тест ДНК, и…
— Девочка. Я бы сам себе вены вскрыл, если бы на самом деле был сыном этого ублюдка!
Значит, и в этом меня обманули! Да меня обманывали с самого начала!
— Подожди. Послушай!
Выбрасываю руки вверх. Упираю их в рвано взметающуюся грудь.
Его надо заговорить. Надо как-то убедить… Уговорить…
— Это ты меня послушай, черт возьми! Я. Я был готов наплевать на план матери. Это ее месть. Ее, не моя! Я ведь тебя…
Его хватка на моем горле ослабевает. Пальцы начинают поглаживать бешенго бьющуюся венку на шее…
— Я ведь тебя по-настоящему полюбил, Мари! И правда. Все мои слова были правдой. Я был готов ждать. Даже терпел бы этого ублюдка, раз он твой. Послал бы мать к чертовой матери! Я был готов ради тебя на все! Но ты!
Его ноздри начинают раздуваться слишком опасно. Жилка на виске бьется бешено.
А рука сжимает горло так, что я с трудом вдыхаю воздух!
Боже! Он меня сейчас придушит!
— Ты отдавалась Багирову. Этому уроду. Без свадьбы. Без ничего, Мари! Он просто брал тебя! Делал все что ему хотелось! Ты была для него никем! Выкупом! Подстилкой! А тот долбанный боец? Или ты думала, я такой идиот, что не понял? Явилась утром! Расбухшие губы. Платье не на те пуговицы застегнутое. Ты думала, я слепой? Или безмозглый? Думала, я не понял, чем ты с ним занималась?
— Динар!
Уже хриплю, совсем задыхаясь. Перед глазами темнеет.
— Все, кто угодно, да, Мари? Только не я!
Не ослабляет хватку. Только наклоняет свое лицо к моему Близко… Так близко… Выплевывает каждое слово прямо мне в губы.
— Не я… Но разную шваль ты готова принять! Отдаваться на помойке! На каких-то гребаных развалинах! Я давал тебе сегодня последний шанс. Пытался поговорить в машине. Но ты. Ты сделала свой выбор.
Резко дергает меня за шею.
Отталкивает от себя. Швыряет так, что я лечу в противоположный угол.
Больно ударяюсь спиной, ловя раскрытым ртом воздух.
И оседаю на холодный пол. Валюсь, сбивая колени.
— Это твой выбор, Мари. А это твоя последняя комната.
Лязгает железо.
Я оказалась в клетке! А теперь Динар запирает ее на замок!
—Здесь ты дотянешь срок беременности. Родишь. И здесь же ты умрешь, Мари. Жаль, что ты не сумела оценить все, что я мог бы тебе дать. Хотел дать, Мари! И, блядь, был бы счастлив, если бы ты приняла! Мир бы к твоим ногам бросил!
— Динар. Подожди…
Поднимаюсь. Цеплюсь руками за решетку.
— Нечего ждать, Мари. Все твои слова теперь уже будут только ложью. Мне нужна была ты. Но не из страха за собственную жизнь. А теперь даже если предложишь себя, мне уже не надо. Ты для меня уже умерла, Мари.
Он уходит, а я падаю на пол.
Боже! Ну как мне было догадаться?
И что теперь делать?
— Поднимись с пола, — слышу ледяной приказ.
— Для ребенка это вредно. Или ты решила от него избавиться? Раньше срока? Чтобы не дать нам получить то, что мне принадлежит по праву?
— Наина!
Вскакиваю на ноги.
Рефлекторно обхватываю рукой живот.
Даже не знаю, откуда это во мне берется.
Я вся дрожу. Дрожу от нереальной ярости!
Она охватывает меня насквозь. Будто факел пламенем!
Даже кулак второй руки сжимается рефлекторно! Сам по себе.
Черт!
А ведь сейчас, не будь решетки, я бы ее просто задушила! Так и вижу, как мой кулак сжимается вокруг ее тонкой ухоженной шеи!
Правду говорят.
Мать, ждущая ребенка, превращается в тигрицу! В дикую тигрицу, способную рвать всех на части за него!
— Успокойся. И перестань бросать в меня такие молнии своими глазищами. Ты не в том положении девчонка! Да и не испепелишь!
— Каааак?! Как вы могли? Как вы посмели!
— Посмела?
Наина нависает. Подходит слишком близко в решетке. Но тут же отспупает. Видно, поняла, что я отсюда могу до нее дотянуться.
— Что значит, посмела, а, глупая ты девчонка? Это все мое! Мое по праву! Карим должен был жениться на мне! А эту… Эту девку вышвырнуть из своего дома! Сколько лет я ему отдала? Лучшие! Лучшие годы своей молодости и жизни! Сколько я от него вытерпела! И терпела! Молчала! Угождала ему и ублажала во всем! Я! Я должна была стать Багировой! Жить, как королева, а не скитаться по миру и получать жалкие крохи! Все это. Вся его империя. Все это должно принадлежать мне! Мне и моему сыну, а не его ублюдкам от девки, которую он называл женой! Она и мизинца моего не стоила!
Черт.
Наина и правда ненормальная! Как и ее сын! Ее глаза… В них столько ненависти! И такой больной лихорадочный блеск!
Она, похоже, и правда верит в тот бред, который несет!
Говорить о чем-то бесполезно! Обвинять тоже! Она уверена, что в своем праве!
— Послушайте.
Пытаюсь унять свою ненависть к ней.
Это очень тяжело сделать, ведь это она! Она устроила тот самый взрыв! Она убила ЕГО!!! А теперь угрожает и нашему неродившемуся ребенку!
Но я должна. Делаю глубокий вдох. Отхожу подальше, на несколько шагов от решетки.
Должна успокоиться и попытаться как-то ее смягчить сейчас!
Силой и грубостью, обвинениями я ничего не добьюсь! А взывать к ее здравому смыслу бесполезно!
— Наина. Вы ведь и сама мать. Вы должны понимать.
— Я?
Она истерически хохочет, запрокинув голову.
— Я давно никому ничего не должна, девочка. Те времена давно прошли!
— Но… Давайте найдем вместе какое-то решение! Вы хотите заполучить наследство? Хорошо. Я согласна. Я позволю вам это сделать и не стану ни на что претендовать!
— Ооооооо! А я смотрю, ты не такая наивная овечка, какой казалась, да, девчонка? Да. Ты совсем не такая. Даже, наверное, ты в чем-то похожа на меня… Тебе ведь удалось каким-то чудом заставить Багирова потерять от тебя голову. А я знаю их породу. Это сделать почти нереально! Но! Глупая сучка! Ты решила обвести меня вокруг пальца! Ты заморочила голову моему сыну! Да так, что он решил пойти против меня! «Я люблю ее и буду жить с ней», — кривляет она Динара.
— Он! Он посмел приказать мне отказаться от своего плана мести и оставить тебя с ребенком в покое!
Ее лицо искажается ненавистью. Лютой. Настоящей. Такой, что я отшатываюсь к стене.
— Багиров забрал годы моей жизни. Но ты! Ты, мерзкая сучка, посмела забрать большее! Ты забрала у меня сына! Неужели ты думаешь. Что после этого я не стану мстить? Оооооо! За тобой будут следить. И ухаживать. Пока ты не родишь. А дальше! Дальше я заставлю тебя страдать по-настоящему! И ты и Багировы. Вы все расплатитесь со мной сполна!
— Но я…
Господи! Ее и правда ни в чем не убедить!
— Заткнись. Лучше заткнись! Потому что по-настоящему, мне плевать, каким родится этот ребенок. Инвалидом, имбецилом или еще каким-нибудь калекой. Мне главное, чтобы он родился. И пока ты его носишь, тебя не тронут. Но от ударов по лицу еще ни у кого не было выкидыша! Это Динар с тебя, невзрачной идиотки, пылинки сдувал! А я церемониться не буду! Лора!
Она входит в подвал, неся поднос с едой.
Опускает его за решетку, прямо на пол.
Значит, глаза меня не подвели и я не сошла с ума! Я и правда видела именно ее! Вот и теперь она выглядит так же, как и тогда, в гостинице.
— Матрас ей принеси. И, пожалуй. Какое-нибудь одеяло.
Наина выходит, а я хватаю за руку Лору, когда та возвращается с матрасом.
Мы же были подругами?
Тогда… Кажется, что в позапрошлой жизни!
— Лора!
И сейчас… Сейчас она ведь может стать моим шансом на спсение!
— Не трогай меня! Не прикасайся!
Выдергивает руку, а лицо уродует еще большая ненависть, чем я видела у Наины.
— Почему? Что я тебе сделала? Да что с тобой?
— Чтооооооооо?
Она звереет.
Господи! У меня чувство, будто они все. Все ненормальные! Психически больные!
— Я скажу тебе, что! Мы с Динаром… Он обещал на мне жениться!
— Да, Мари! Что ты так бледнеешь? Да! Мы были вместе! Целый год мы, черт тебя возьми, были вместе! Динар убедил меня устроиться к Багирову! Я жила, как нормальная женщина! Одевалась в дорогих бутиках! Ездила на моря и посещала СПА салоны! Устраивала вечеринки! Наслаждалась жизнью и любовью! А должна была стать прислугой! Пахать, как проклятая! Ради того, чтобы Наина смогла отомстить! Мне приходилось не просто работать! Следить. Шпионить! И еще не попадаться! Каждый раз подставлять себя под удар, если Багиров узнал бы!
— Это ты…
Я дрожу от ужаса.
— Это ты все устроила, да, Лора! Ты сообщила о том, что мы едем в дом моих родителей! Ты установила прослушку в его доме! И ты! Ты привела в дом тех, кто его подорвал!
— Не совсем так, но примерно, — презрительно кривит губы.
— Динар гений. Он реально, настоящий компьютерный гений! Он придумал систему, которая выслеживала каждый шаг в доме Багирова! Ну, а мне пришлось ее устанавливать на устройства! Он перекупил охранников, которые подложили взрывчатку. Он сделал все! Обвел вокруг пальца самого Багирова! Он и Лузанского, на дочери которого твой ненаглядный женился, заставил под свою дудку плясать! Империя перешла бы к нему. Так или иначе! Наине нужна только месть, да и управлять ею она совсем не способна! Проклятый дьявол Багиров нашел способ обезвредить Лузанского и семьи, которых он подговорил выступить войной! Но оставалась ты! Ты, Мари, и твой ребенок! Как самое легкое средство! Но ты! Ты должна была стать только средством! А я! Я должна была быть на той помолвке! Этот мужчина и эта помолвка должны были стать моими! Ты! Стерва! Умудрилась соблазнить и Багирова и моего Динара! Из-за тебя! Из-за тебя он меня и видеть не хочет! Не подпускает в себе! Стерва, вечно корчащая из себя святую невинность! Как же я тебя ненавижу! Но ничего! Теперь он будет моим!
— Ты… Ты с самого начала… Прямо у него под носом! Лора!
О, Господи! Есть в этой жизни хоть кто-то, кому можно верить?
Голова кругом!
— Да, Мари. Да! И, черт тебя побери, вместо того, чтобы отправиться сейчас с Динаром в свадебное путешествие, я долна прислуживать тебе! Но ничего! Он ко мне вернется! Особенно, когда увидит, какая ты жалкая! А кто не станет жалким, если еды ему будут швырять раз в день. Как собаке? И моли бога, Мари, чтобы Динар от тебя отвернулся! Иначе я превращу твою жизнь в этой клетке в такой ад, какой тебя ни в одном страшном сне не снился!
Он уходит.
Оглушительно лязгает железная дверь.
А я остаюсь в полной тишине и темноте. Лора даже свет не забывает выключить!
***
Бадрид.
— Что так трясешься? — ногой захлопываю дверь.
— Никогда не видела, как с того света возвращаются? Так я тебе объясню, Наина. Очень просто и на пальцах.
А пальцы гудят. Зудят, на хрен. Жгут!
Кулаки сжимаются сами по себе.
И если у ненависти есть обличье. То я даже не удивлюсь, если у нее именно то лицо, которое я каждое утро вижу в зеркале!
Никогда не чувствовал такой ярости. Такой потребности убивать и крушить. Никогда. Особенно, к женщине. Да и разве это женщина? Нет, на хрен! Это змея!
— Ты не посмеешь! Это гостиница! Публичное место! Если ты… тебя тут же схватят. Я … тебе придется отвечать!
— Что, твою мать?
Ярость заливает глаза красным ламенем.
Ни хрена. Не просто мощью своей дикой, необузданной, первозданной, и в чистом виде, а полыхающей, настоящей. Истинной кровью.
Реками крови.
Которые уже пролиты. И которые еще прольются!
— Здесь вокруг люди и…
— И кажется, ты сказала, что не посмею?
Наступаю, с презрением глядя на то, как она отшатывается в сторону. Даже отойти нормально не может! Пятится, придерживаясь за стену.
И ужас. Это дикое. Бешеное, сумасшедшее неверие и ужас в полубезумных от изумления глазах!
— Серьезно, Наина? Ты и правда думаешь. Будто я способен чего-то не посметь?
— тттты…. Ты, чертов дьявол! Ты давно должен гореть в аду! Из какого проклятого пекла ты вернулся?!
— Твоими молитвами, Наина. И твоими стараниями, — усмехаюсь. А она падает мне под ноги.
Пинаю носком туфли, продолжая наступать.
— Только вот ты не учла. Меня и сам черт проглотит и на хрен, выплюнет! Не слышала? Багировы, говорят, бессмертны.
— Где мой сын?
— А как ты думаешь?
Хватаю за волосы мерзкую дрянь. Рывком поднимаю к себе. К самому лицу.
Читаю. Пытаюсь прочесть в ее глазах. То, что человеку понять за пределами всех граней!
Даже такому, как я!
— Где она? — реву. Так, что у самого уши закладывает.
Продолжение следует…