— Спасибо, что послушали меня! — эту фразу нередко можно услышать в конце терапевтической сессии. Но что значит «слушать» в терапии? Чем это отличается от того, как мы слушаем друг друга в повседневной жизни? Порой наши собеседники, полушутя, полусерьёзно, отмечают: «Мои друзья уже не готовы это выслушивать, поэтому я плачу своему терапевту». Это как будто стало реалией современности?
Так что же происходит, когда мы, психологи и психотерапевты, слушаем людей, приходящих на консультацию? Как, просто слушая, мы можем помогать выходить из личных кризисов и отчаяния, менять отношение к себе и своей истории?
Все люди хотят рассказать свою историю! Как мы слушаем будет влиять на то, увидит ли история свет. И то, как мы слушаем, в свою очередь определяет каким будет рассказ.
Сью Манн1
Утверждение «Все люди хотят рассказать свою историю!» звучит для меня не как бодрый призыв к действию, а как спокойное напоминание: пространство, в котором мы даём шанс своей истории быть услышанной, не случайно. Если вы хотите, чтобы человек поделился с вами своей историей, спросите себя: какое пространство необходимо этой истории, чтобы с вами могли «говорить об этом»?
Истории не лежат готовыми в нашей голове в ожидании подходящей аудитории. Они формируются и меняются в процессе рассказа — в зависимости от того, кто слушает. Иногда, начиная рассказывать, мы впервые сами слышим себя: что для нас самое страшное или самое желанное? Что мы боимся потерять? Что важное может не случиться? Представьте, что вы произносите свои страхи, надежды и убеждения в присутствии другого человека. В чьей компании вы больше готовы начать этот рассказ?
Я не уверена, что могу стать идеальным терапевтом, творить чудеса или разрабатывать блестящие исследовательские направления. Но я могу создать вдумчивое и внимательное пространство для слушания — и эта идея поддерживает меня в работе.
Сью Манн
Определение и более чёткое понимание того, какое пространство для слушания мы создаём в терапии, — это длящийся проект. В нарративном подходе можно выделить несколько основных направлений его реализации:
Контекст истории.
Слушать и спрашивать себя: какой контекст окружает историю человека? Из какой культуры он происходит? Какие в этой культуре существуют доминирующие идеи? Кто наделён властью, а кто маргинализирован?
Не только проблемы, но и ценности.
Слушать проблемы, подразумевая, что за ними «спрятаны» ценности. Что важное не происходит из-за проблемы? Каких ценностей человек старается придерживаться, несмотря ни на что?
Жизнь полна историями.
Помнить, что услышанная история — не единственная в жизни человека. Как правило, рассказывая о проблеме, человек говорит критическим голосом. Приглашая другие истории прозвучать, мы получаем шанс услышать описания истории и самого человека, рассказанные более принимающим и добрым голосом.
Умения и компетенции человека.
Слушать и позволять собственным умениям и навыкам человека в борьбе с проблемами быть видимыми и признанными.
Связи и сообщество.
Слушать и признавать вклад других людей в жизнь наших собеседниц, в то, как они помогают справляться с проблемами и восстанавливаться после кризисов. Замечая и признавая связи со значимыми людьми, мы укрепляем чувство принадлежности и союзничества, а не изолированности.
Жизнь разнообразна.
Слушать и открывать возможности для каждой выбирать, как жить эту жизнь. Не соглашаться с существованием одной «нормальности». Исходить из того, что вариантов жизни — множество.
Рассказанная история влиятельна.
Слушать и обращать внимание на то, как услышанная история влияет на нас самих. Терапия — двусторонний процесс; мы меняемся, слушая истории людей.
Терапия — это путешествие.
Слушать, замечать, признавать и праздновать большие и маленькие шаги, которые человек совершает на пути к лучшему. Помнить, что терапия — важный, но не единственный участок пути. Эти шаги, скорее всего, начались задолго до прихода в терапию и продолжатся после.
Не место для патологизации.
Слушать и помнить: люди приходят к нам с проблемами, но сами люди не являются проблемами (М. Уайт). Если мы действительно хотим услышать историю, патологизация скорее закрывает возможности для её развития, уводя в сторону обобщений и универсальных мер.
Каких принципов вы придерживаетесь, когда слушаете клиентов? О каких принципах не помешало бы задуматься тем, кто заверяет, что готов(а) слушать вас?
____________________________________
1 Сью Манн — нарративная терапевтка из Австралии, работает с женщинами, пострадавшими от сексуализированного насилия в детстве.
Автор: Ольга Любимова
Психолог, Нарративный подход
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru