Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Жорик – историк

28 сентября — начало Пугачевского бунта

Любую империю, какой бы она крепкой ни была, сопровождают две напасти — дворцовые перевороты и мятежи смутьянов. И то и другое населению не особо близко, но когда мятеж организует не просто атаман, предводитель или кто-то из народа, а очередной «чудесно спасшийся» самозванец, то тогда такой мятеж перерастает в настоящую войну. Такую, например, каковой была Крестьянская война Пугачева. Крестьянской ее назвали в советское время, чтобы ярко обозначить антагонизм «народ против самодержавия». На самом деле крестьян у Пугачева в начале бунта не было вовсе — они стали появляться в его войске по мере продвижения в районы Поволжья. А главной движущей силой Емельяна были яицкие казаки, чьим атаманом Пугачев и стал по счастливому стечению обстоятельств. Яицкое казачество было чем-то вроде Запорожской Сечи, только на нижнем Урале. Они считали себя независимыми и ничем не обязанными царской власти. Потом, правда, вступили в отношение с ней, заключив договор: мы охраняем границы государства, а вы на

Любую империю, какой бы она крепкой ни была, сопровождают две напасти — дворцовые перевороты и мятежи смутьянов. И то и другое населению не особо близко, но когда мятеж организует не просто атаман, предводитель или кто-то из народа, а очередной «чудесно спасшийся» самозванец, то тогда такой мятеж перерастает в настоящую войну. Такую, например, каковой была Крестьянская война Пугачева.

Крестьянской ее назвали в советское время, чтобы ярко обозначить антагонизм «народ против самодержавия». На самом деле крестьян у Пугачева в начале бунта не было вовсе — они стали появляться в его войске по мере продвижения в районы Поволжья. А главной движущей силой Емельяна были яицкие казаки, чьим атаманом Пугачев и стал по счастливому стечению обстоятельств.

Картина Юрия Бубнова «За волю»
Картина Юрия Бубнова «За волю»

Яицкое казачество было чем-то вроде Запорожской Сечи, только на нижнем Урале. Они считали себя независимыми и ничем не обязанными царской власти. Потом, правда, вступили в отношение с ней, заключив договор: мы охраняем границы государства, а вы нам разрешаете жить собственным устройством и не лезете в наши дела.

Шло время, центральная власть укреплялась, а она, как известно, всякие вольности недолюбливает. Постепенно яицкое казачество начали прижимать, назначая атаманов и старшин из Петербурга. Казачество было недовольно, разделилось на два лагеря, и те, кто поддерживал царскую власть, пожаловались на своих соперников Екатерине II. Та прислала на Яик карательный отряд, он успел сделать только залп картечью, после чего был порублен казаками.

Утихомирившись, казаки осознали, что натворили, попытались замириться, но разгневанная Екатерина направила на Яик уже не отряд, а регулярные воинские части. Те наголову разбили яицкое ополчение, часть зачинщиков казнили, часть отправили в Сибирь. Но многие из наиболее азартных бунтовщиков сбежали и теперь жаждали отмщения.

Яицкие казаки в походе (акварель конца XVIII века)
Яицкие казаки в походе (акварель конца XVIII века)

Для начала нового бунта им требовался атаман. И он появился — в образе «чудесно спасшегося» императора Петра III. Казаков нельзя обвинить в невежестве, вряд ли они поверили в то, что убежавший с Дона неграмотный казак Емельян Пугачев есть государь российский, спасшийся от вероломства супруги. Но им нужен был предводитель, который смог бы собрать разрозненных мятежников, поддержать их словом и направить бунт в нужное русло. И Емельян отлично подходил для этой роли. Да, писать он не умел, зато говорил складно и горячо.

Впрочем, писать ему все же пришлось. 28 сентября 1773 года Пугачев издал свой первый указ по «Яицкому войску» (написал его грамотный казак Иван Почиталин), в котором объявлял поход на Яицкий городок — столицу уральского казачества. Именно этот день и стал началом Пугачевского бунта, «бессмысленного и беспощадного», как позже напишет о нем Пушкин.