Начало тут:
Предыдущая часть тут
Утренний кофе пахнет кардамоном и бадьяном..., а еще усталостью от только что прошедшей ночи, проведенной наполовину в забытьи, наполовину в активном укачивании брата. На календаре было 25 августа, Нина на одну ночь забрала брата к себе, чтобы дать отдых измученным родителям....
Когда это было - всего пять лет назад? А теперь Алешка топает по коридору в кухню, привлеченный запахом кофе, который варила сестра перед поездкой в институт. Нина поступила сама, и даже на бюджет, в архитектурный институт.
Крепенькие ножки брата уже донесли его до сестры, к которой он и припал, обнимая за ногу - она как раз наливала кофе из турки в любимую чашку с котом. Отставив кружку, высокая статная девушка ласково подхватила брата на руки, и села на стул, устроив его на коленях.
-А мама спит еще! - Алешка почти обиженно засопел, перебирая на руке сестры бусины браслета.
-Ну потерпи немного, герой, ведь рано еще - всего -то семь утра. А кто маме спать не давал до двенадцати вчера?
-Я не нарочно.... я конфету съел, а потом спать совсем не хотелось... А теперь я есть хочу, а мама еще спит. И папа тоже!
-Так-так-так, давай не будем никого будить, - Нина осторожно встала, усадила брата на его стул, и занялась кашей из рисовых хлопьев - его любимой.
Мельком глянув на кухонные часы, поняла, что есть запас времени, и быстро заварила в маленькой кастрюльке хлопья. Через пять минут каша уже была на окошке, не давать же горячую. В коридоре послышались шаги матери - видимо, все-таки разбудили. В дверном проеме появилась немного недоспавшая мама.
Алешка приветственно помахал ей ложкой со стула, а Нина, проверив кашу - остыла ли, поставила ее на стол перед братом.
-Кофе пахнет... Там хоть маленькая чашечка еще осталась? - мама с надеждой глянула на турку.
-Вот как раз тебе и осталось, папе придется варить себе самому. - Нина налила в мамину чашку кофе.
-Кто первый встал, того и тапки - размеренно проговорила мама, после первого глотка кофе. - Спасибо, что кашу сварила Алешке. Сегодня в институт?
-Да, через полчаса выезжаю, хорошо, что всего четыре остановки ехать.
Нина присела к окну со своей чашкой и бутербродом, а мама поочередно переводила взгляд с сына на дочь. Нина выросла в статную, высокую девушку, в которой никто бы не смог узнать тот забитый колобок, которым она была в одиннадцать лет. Как все-таки хорошо, что ей на пути встретились люди, способные помочь, и жаль, что они с отцом не были ими. Мысли матери текли размеренно, привычно, это были не первые такие размышления. Характер Нины как будто стал более сильным, но в то же время более замкнутым. Даже со своей любимой бабушкой - Алевтиной Петровной, она не раскрывалась больше полностью. Казалось, только "Снежная королева" стала ее понимать в полной мере, что поначалу очень удивляло родителей. Правда, со временем, стало очевидно некое сходство не только характеров, но и внешности, которая выражалась не столько в цвете волос, или фигуре, а в осанке и пластике движений. Конечно, Нине не нужна была абсолютная отточенность балерины, которой обладала Маргарита Евгеньевна, однако благодаря регулярной разминке с бабушкой, движения стали более точными и красивыми, а спина стала "нести" свою хозяйку прямо и красиво.
Нина доела свой бутерброд, усмехнувшись тому, что бабуля бы возмутилась отсутствием белка в завтраке, и помыла за собой посуду.
-Все, мам, мне пора, держись. А ты, маленький разбойник, давай родителям отдыхать - обещаешь?
-Честное африканское!!! - проворчал с набитым кашей ртом мальчик.
«Сын был беспокойным младенцем почти год, мы с трудом это все пережили, с учетом того, что надо было еще и работать, но вот пережили и теперь получается хоть иногда поспать. А Нина права – никаких конфет на ночь разбойнику давать нельзя. И ведь где-то нашел! Без сладкого на ночь он засыпает нормально.» - мама допила кофе, забрала тарелку у довольного наевшегося сына и они вместе ушли в комнату – заниматься. Мальчик немного приболел, поэтому садик сегодня отменяется. Завтра будет легче.
По дороге в институт Нина думала о том, что утверждение об одинаковости счастливых семей спорно. «Наверное, и счастье, и несчастье - свои особенные для каждой семьи. Надо будет позвонить Алисе Николаевне, обсудить.» - двери автобуса открылись, и Нина вышла на остановке у института.
Жизнь продолжалась…