— Мам, убери коробки! — прошипела Катя, когда увидела меня в коридоре с очередной партией детской обуви. — Андрей сейчас придёт с работы, неудобно же!
Неудобно. Коробки с товаром, которые приносят в месяц больше, чем зарплата её драгоценного мужа, — это неудобно.
— Катюша, — сказала я спокойно, — это мой дом. И мой бизнес. Если Андрею не нравится, пусть снимает квартиру.
— Мам! — она покраснела. — Ну что ты такое говоришь? Мы же только поженились, у нас денег на аренду нет...
Денег нет. А ипотеку кто платит? Коммуналку кто оплачивает? Продукты кто покупает?
Но я промолчала. В конце концов, Катя моя дочь. И если её муж считает, что может жить за мой счёт и при этом критиковать мой заработок — пусть. Пока.
Андрей пришёл через полчаса. Высокий, худощавый, с вечно недовольным выражением лица. Менеджер среднего звена в какой-то конторе, зарплата тысяч сорок. При том, что одна только ипотека — пятьдесят пять тысяч в месяц.
— Привет, Лидия Сергеевна, — буркнул он, с отвращением обходя аккуратно сложенные коробки. — Опять склад устроили?
— Добрый вечер, Андрей, — ответила я. — Не склад, а рабочее место. Знаешь, там, где деньги зарабатывают.
Он поморщился.
— Да ладно... какие деньги от этих китайских тряпок...
Китайские тряпки. Детская обувь из натуральной кожи, которую я закупаю напрямую у российского производителя. Но зятю, конечно, виднее.
За ужином началось главное шоу.
— Лидия Сергеевна, — Андрей отложил вилку и посмотрел на меня серьёзно, — а не кажется ли вам, что пора бы... ну, найти нормальную работу?
— Это как?
— Ну, в офис устроиться. По специальности. У вас же образование есть.
— Андрей, у меня высшее образование, двадцать лет стажа в крупной компании и сейчас собственный бизнес с оборотом в два миллиона рублей в месяц. Что именно вы называете "нормальной работой"?
— Да ладно, какой бизнес, — он махнул рукой. — Вы торгуете детскими штанишками через интернет. Это не бизнес, это... торговля с рук.
Катя покраснела и уставилась в тарелку. Видимо, дома они уже обсуждали мою "несерьёзную деятельность".
— А что, по-вашему, бизнес?
— Ну, вот у моей мамы, например, настоящий бизнес. Она управляющий партнёр в юридической фирме. Офис, секретарша, серьёзные клиенты...
— Понятно, — кивнула я. — А сколько она зарабатывает, ваша мама-бизнесвумен?
— Тысяч семьдесят стабильно.
— Хорошо. А вы знаете, сколько зарабатываю я?
— Ну... тысяч тридцать? Сорок?
Я засмеялась. Не удержалась.
— Андрей, я зарабатываю от ста двадцати до ста восьмидесяти тысяч в месяц. Чистыми. После всех налогов.
Он разинул рот.
— Да ладно...
— Хотите, покажу декларацию о доходах? Или выписки со счетов?
— Мам, — вмешалась Катя, — зачем эти разговоры за ужином...
— Нет, Катюша, давай разговаривать. Раз уж Андрей считает, что знает, как мне жить и работать.
Я встала и принесла папку с документами. Всегда держу финансовую отчётность под рукой — привычка предпринимателя.
— Вот, — положила перед зятем выписку по расчётному счёту. — За последние три месяца. Вот доходы, вот расходы, вот чистая прибыль.
Андрей молча изучал цифры. Катя заглядывала через плечо.
— И это всё от... обуви?
— От детской обуви, одежды и аксессуаров. "Китайских тряпок", как вы изволили выразиться.
— Но... откуда такие деньги?
— А оттуда, что я не торгую "с рук", а работаю цивилизованно. У меня зарегистрированное ИП, налоговая отчётность, договоры с поставщиками, складская программа, интернет-магазин, работа с тремя маркетплейсами. Это называется "бизнес", Андрей.
— А я думал...
— А вы думали, что тётка торгует барахлом на диване. Понятно. А теперь вопрос — а кто, по-вашему, оплачивает ипотеку на эту квартиру?
Катя побледнела.
— Мам, при чём тут ипотека...
— При том, Катюша, что ипотека оформлена на меня. Первоначальный взнос — мои деньги. Ежемесячный платёж — тоже мои деньги. Из тех самых "китайских тряпок".
— Но мы же помогаем, — пробормотал Андрей.
— Ага. Вы "помогаете" суммой в пятнадцать тысяч рублей при ежемесячном платеже в пятьдесят пять. Это называется "помощь"?
— Ну... мы же молодые, только начинаем...
— Андрей, вам тридцать лет. Катя работает уже семь лет. Когда вы планируете "начать"?
Неловкая пауза.
— А коммуналка? — продолжила я. — Двенадцать тысяч в месяц. Кто платит?
— Ну... вы...
— А продукты? А бензин для вашей машины? А страховка? А интернет и телевидение?
— Лидия Сергеевна, ну мы же семья...
— Семья, конечно. Но семья предполагает взаимное уважение. А вы называете мою работу торговлей с рук и требуете убрать коробки из собственного дома.
— Я не требую...
— Требуете. Каждый день. "Уберите коробки", "найдите нормальную работу", "что скажут соседи". При том, что живёте на деньги от этих коробок.
Катя наконец подала голос:
— Мам, а что ты предлагаешь?
— Ничего не предлагаю. Просто озвучиваю факты. Вы хотите жить отдельно — пожалуйста. Снимайте квартиру, платите сами за себя. Хотите жить здесь — уважайте мой труд и мой дом.
— А если мы не можем пока позволить себе отдельное жильё?
— Тогда не можете позволить себе критиковать того, кто это жильё оплачивает.
Андрей сидел красный, как рак.
— Но ведь квартира всё равно останется Кате...
— Кому останется квартира — большой вопрос, — сказала я холодно. — Ипотека оформлена на меня, платежи идут с моих счетов. По закону это моё имущество. И завещание я ещё не писала.
— Мам! — возмутилась Катя. — Ты что, угрожаешь?
— Не угрожаю, а информирую. Я вкладываю в эту квартиру свои деньги в расчёте на то, что дочь будет счастлива. Но если дочь стыдится источника этих денег и позволяет мужу унижать мать — возникают вопросы.
— Я не стыжусь...
— Катя, ты просишь меня убрать коробки, когда приходит муж. Не рассказываешь его родителям, чем я занимаюсь. Представляешь меня как "домохозяйку в декрете". Это не стыд?
Она молчала.
— А знаете, что самое смешное? — обратилась я к Андрею. — Ваша мама-бизнесвумен зарабатывает семьдесят тысяч и считается успешной. А я зарабатываю сто пятьдесят и называюсь торговкой. Почему?
— Ну... у неё престижная работа...
— Престижная работа — это когда красивый офис важнее результата? Интересная логика.
— Не только офис... статус, уважение коллег...
— Андрей, а вы знаете, что меня приглашали выступать на конференции предпринимателей? Что статья обо мне была в бизнес-журнале? Что у меня берут интервью блогеры? Это не статус?
Он помолчал.
— Просто... ну, маркетплейсы — это как-то...
— Современно? Перспективно? Технологично? — закончила я. — Да, именно так. А офисная работа — это вчерашний день. Но вам, конечно, виднее.
Катя вдруг встала из-за стола.
— Всё, хватит! Мам, ты права. Мне стыдно за то, что я скрывала твою работу. И стыдно за то, что позволяла Андрею говорить гадости.
— Катя... — начал было Андрей.
— Не "Катя"! — резко сказала она. — Моя мама обеспечивает нас, даёт нам возможность жить в хорошей квартире, экономить деньги на будущее. А мы ведём себя как неблагодарные потребители!
— Но я же не со зла...
— А с чего? С глупости? Ты два года живёшь рядом с успешным предпринимателем и думаешь, что это торговка с рук? У тебя что, мозгов нет?
Никогда не слышала, чтобы Катя так разговаривала с мужем. Видимо, что-то внутри неё щёлкнуло.
— И вообще, — продолжила дочь, — мне надоело оправдываться перед твоими родителями за мамину работу. Пусть твоя бизнесвумен-мама попробует заработать столько же на своём престижном месте.
— Катюш, — сказала я мягко, — не надо ссориться из-за меня.
— Мам, я не из-за тебя ссорюсь. Я из-за себя. Мне стыдно, что я была такой дурой.
Андрей сидел потерянный.
— А что теперь делать?
— А теперь, — сказала я, — вы определяетесь. Либо принимаете мою работу и уважаете мои правила в моём доме. Либо ищете себе другое жильё и другой источник финансирования.
— А если мы выберем первое?
— Тогда никаких больше претензий к коробкам. Никаких просьб убрать товар. И главное — никаких унизительных комментариев о моей работе.
— А если второе?
— Тогда с первого числа следующего месяца сами платите за всё. И квартиру ищете сами.
— Но мы же не сможем...
— Вот именно. Поэтому советую хорошенько подумать над первым вариантом.
Прошло три дня. Андрей ходил мрачный, Катя — задумчивая. А я спокойно работала, не обращая внимания на напряжённую атмосферу.
Вчера вечером они пришли ко мне вместе.
— Лидия Сергеевна, — начал Андрей, — я хочу извиниться. И попросить научить меня.
— Чему научить?
— Работе с маркетплейсами. Я подумал... может быть, стоит попробовать. В качестве дополнительного заработка.
— Хотите стать торговцем?
Он покраснел.
— Хочу стать предпринимателем. Как вы.
— А статус? Престиж? Что скажет мама-бизнесвумен?
— А мама пусть радуется, что сын зарабатывает больше неё.
Ну что ж. Посмотрим, хватит ли у него мозгов и характера разобраться в серьёзном деле. Торговля на маркетплейсах только кажется простой. На самом деле это аналитика, маркетинг, логистика, психология и куча других навыков.
Но попробовать можно. В конце концов, если зять действительно хочет стать партнёром, а не нахлебником — почему нет?
А Катя вчера сказала:
— Мам, я горжусь тобой. И хочу, чтобы все знали, какая у меня крутая мать.
Знаете, ради таких слов стоило устроить весь этот разговор.
И да, коробки так и стоят в коридоре. Теперь Андрей сам предлагает помочь их разобрать.
А как думаете — правильно ли я поступила, поставив ультиматум? Или стоило мягче действовать с молодой семьёй?
И вообще — должны ли дети уважать работу родителей, даже если она им не нравится? Или каждый имеет право на своё мнение?
Расскажите, приходилось ли вам отстаивать свой заработок перед родственниками? А может, наоборот — вы сами не понимали, чем занимаются близкие?
Подписывайтесь, если хотите узнать, получится ли из зятя предприниматель, или он сдуется на первых трудностях. Истории продолжаются...