— Забирай ребёнка и убирайся из моего дома. Вы оба мешаете мне строить новую жизнь, — процедил Игорь, швыряя мои вещи в старую сумку.
— Папа, ты что делаешь? — Ленка вцепилась в его ногу, размазывая слезы по щекам. — Я не хочу уходить!
— Отцепись, — он стряхнул дочку, как надоедливую муху. — Светка уже беременна. Нам нужна детская для нормального ребёнка.
— А я что, ненормальная? — девочка замерла с открытым ртом.
— Ты же умная, сама всё понимаешь. С твоим диагнозом только проблемы одни.
Я стояла в дверях спальни и не могла пошевелиться. Восемь лет назад в этой самой комнате Игорь клялся, что будем вместе несмотря ни на что. Тогда врачи только поставили Ленке диагноз — ДЦП, легкая форма. Хромота, проблемы с координацией, но интеллект полностью сохранен.
— Мариш, ты же понимаешь, я молодой мужчина, — Игорь даже не смотрел на меня, складывая документы. — Мне тридцать пять, хочу здоровых детей. А ты только по больницам таскаешься.
Помню, как мы выбирали обои в детскую. Розовые с единорогами — Ленка тогда помешана была на них. Игорь сам клеил, ругался, что криво получается, переделывал. Смеялись, когда краска попала ему на нос.
— Квартиру я по-хорошему делить не буду, — он протянул какие-то бумаги. — Подпишешь отказ, я буду платить алименты. Не подпишешь — вообще ничего не получите.
Мамина двушка встретила нас запахом нафталина и старых книг. Ленка сразу забилась в угол дивана — тот самый, на котором я в детстве пряталась от грозы.
— Не реви, — мама гладила внучку по голове. — Отец у тебя дурак, это не лечится. Зато мы теперь втроем, как три мушкетера.
— Бабушка, а почему папа говорит, что я неправильная?
— Потому что сам кривой весь, вот и видит всех такими же, — мама достала из буфета старый фотоальбом. — Смотри, это твоя мама в твоем возрасте. Тоже хромала после аварии. Врачи говорили — инвалид на всю жизнь.
Я забыла про эту историю. Мне было семь, когда грузовик сбил меня прямо во дворе. Полгода в больницах, операции, прогнозы один хуже другого.
— И что? — Ленка подалась вперед.
— А то, что через три года твоя мама уже в секции легкой атлетики бегала. Характер, внученька, это не в ногах, а вот тут, — мама постучала Ленке по лбу.
Первая ночь на новом месте. Ленка уснула, обняв старого плюшевого мишку — моего еще. А я сидела на кухне и считала деньги. Три тысячи до зарплаты, алименты Игорь обещал через суд, это месяца два минимум.
— Не думай о деньгах, — мама поставила передо мной чай. — Прорвемся. Я пенсию получаю, ты работаешь. А Игорю твоему еще икнется.
Школа
— Мам, можно я не пойду? — Ленка стояла в школьной форме у двери. — Вдруг они смеяться будут?
— А ты что сделаешь?
— Не знаю... Убегу?
— С твоей-то ногой? — я присела перед ней на корточки. — Лен, запомни. Убегают трусы. А мы с тобой кто?
— Три мушкетера, — девочка улыбнулась сквозь слезы.
Школа оказалась старой, с облупленной краской на стенах. Директриса — полная женщина с добрыми глазами — сама вышла нас встречать.
— Елена, да? Я Марья Петровна. Предупрежу учителей о твоей особенности. У нас есть лифт, специально установили в прошлом году.
— Мне не нужен лифт, — Ленка выпрямилась. — Я хожу сама.
Через неделю раздался звонок от классной:
— Марина Сергеевна? Это по поводу Лены. Нет-нет, ничего плохого! Она у нас на математической олимпиаде второе место заняла. По всей параллели!
Вечером Ленка влетела домой, размахивая грамотой:
— Мам, смотри! Учительница сказала, если так дальше пойдет, можно в физмат поступать!
— Папе расскажешь? — спросила мама из кухни.
— Нет, — Ленка помрачнела. — Он сказал, что у него теперь будет нормальный ребенок. Значит, мои успехи ему не нужны.
Встреча в магазине
Три месяца спустя. Суббота, продуктовый возле дома. Я выбирала молоко, когда услышала знакомый голос:
— Марин? Ты?
Игорь. Похудевший, с мешками под глазами. Рядом — Светка, живот уже заметный.
— Как вы? Как Ленка?
— Отлично, — я положила в корзину творог. — Олимпиады выигрывает.
— Слушай, я... алименты в понедельник переведу. Задержка вышла.
— Четыре месяца задержки, — я даже не повысила голос. — Но мы справляемся.
— Мариш, может, кофе выпьем? Поговорить надо...
— Игорь, ты идешь? — Светка дернула его за рукав. — Мне плохо что-то.
— Иду-иду, — он засуетился. — Марин, я позвоню!
Я смотрела, как они уходят. Светка шла, держась за поясницу, Игорь нес пакеты, сутулясь под их тяжестью.
— Это папа был? — Ленка выросла за моей спиной как из-под земли.
— Да. Ты же на кружке должна быть?
— Отменили. Мам, он какой-то старый стал. И грустный.
— Это его выбор, солнышко.
Полночь. Я дописывала отчет — подработка фрилансом, чтобы хватало на Ленкины занятия с репетитором. Телефон взорвался звонком.
— Алло?
— Марина Сергеевна? — незнакомый женский голос. — Это из роддома. Ваш муж указан контактным лицом у роженицы Светланы Игоревны.
— Бывший муж.
— Понимаю. Но других контактов нет. Роды прошли тяжело, ребенок в реанимации. Отец... он уехал час назад. Сказал, что ему нужно подумать.
— А что с ребенком?
— Синдром Дауна. Предварительный диагноз, но... Женщина в истерике, требует отказаться. Может, вы знаете других родственников?
Я отключила телефон. Села на кухне, налила чай. Мама вышла в халате:
— Что случилось?
Рассказала. Мама хмыкнула:
— Вот и получил свое "нормальное" дитя. Интересно, что теперь делать будет?
— Не наше дело, мам.
— Конечно, не наше. Но осадочек-то приятный.
Воскресенье. Ленка решала задачи, мама готовила обед. Звонок в дверь.
Игорь. С красными глазами, в мятой рубашке.
— Можно войти?
— Зачем?
— Поговорить. С Ленкой. И с тобой.
Впустила. Он сел на краешек стула в прихожей — дальше не пригласила.
— Лен, — он смотрел на дочку, которая выглянула из комнаты. — Прости меня. Я идиот.
— Знаю, — Ленка пожала плечами. — Бабушка давно сказала.
— У меня родился сын. Он... особенный.
— Как я?
— Нет. Сложнее. Светлана от него отказалась. Уехала к матери.
— И что ты хочешь? — я встала между ним и Ленкой.
— Ничего. Просто... понял кое-что. Ленка, ты молодец. Я слежу за твоими успехами. Школа выкладывает новости на сайт.
— Следи дальше, — дочка развернулась и ушла в комнату.
Игорь поднялся:
— Марин, я буду платить алименты. Увеличу сумму. И... если нужна будет помощь...
— Не нужна, — я открыла дверь. — Мы справляемся.
Ленка готовилась к региональной олимпиаде по физике. Репетитор — молодой аспирант — в восторге твердил:
— У вашей дочери талант! Она решает задачи нестандартно, это дар!
— Спасибо, Петр Иванович.
— Я не льщу. Если она выиграет региональный этап, появится шанс на грант. А там и столичные вузы.
Вечером праздновали мамин день рождения. Ленка испекла торт — кривой, но вкусный.
— За нас, красавиц! — мама подняла бокал с соком. — И плевать на всех, кто думает иначе!
Телефон пиликнул. СМС от Игоря: "Поздравляю Ленку с победой на олимпиаде. Горжусь."
— От кого? — Ленка заглянула через плечо.
— Неважно.
— Пусть гордится, — дочка усмехнулась. — На расстоянии. Мам, а можно я на летнюю физико-математическую школу поеду? Петр Иванович говорит, там отбор в МФТИ проводят.
— Дорого это...
— Я подработаю! Могу младших учить, репетитор сказал, что у меня получается объяснять.
— Ты же еще ребенок сама.
— Мам, мне уже четырнадцать. И я не собираюсь всю жизнь доказывать, что я нормальная. Я просто буду лучшей.
Региональная олимпиада. Актовый зал битком — родители, учителя, журналисты. Ленка на сцене — единственная девочка среди финалистов.
— У тебя ДЦП? — шепнул сосед-конкурент. — Круто, что дошла до финала.
— Посмотрим, кто из нас дойдет до победы, — Ленка открыла задачник.
Четыре часа. Я грызла ногти в коридоре. Мама вязала — спокойная, как танк.
— Не дергайся. У девочки характер, она справится.
Двери открылись. Участники выходили понурые, уставшие. Ленка — последняя, прихрамывая сильнее обычного.
— Ну как?
— Решила все. Но последнюю задачу двумя способами — вдруг первый неправильный.
Результаты через неделю. Звонок от Петра Ивановича:
— Сидите? Сядьте! Лена — первое место! И персональное приглашение в летнюю школу — бесплатно!
Ленка заплакала. Впервые за год — просто разревелась на моем плече.
— Я смогла, мам! Смогла!
Вечером открыла ноутбук — хотела написать о победе в соцсетях. Во "входящих" — письмо от Игоря:
"Видел результаты олимпиады. Ленка — моя гордость. Знаю, не имею права, но... Сын умер месяц назад. Осложнения. Светлана так и не приехала. Я понял, что потерял. Настоящую семью променял на иллюзию. Не прошу прощения. Просто хотел, чтобы вы знали — я был дураком. А вы с Ленкой — герои."
Удалила не читая до конца. Подошла к Ленкиной комнате — она решала задачи, напевая что-то под нос. Хромая девочка, которую отец назвал ненормальной. Будущий физик-ядерщик, как она сама заявила.
— Лен, спать пора!
— Еще одну задачку!
— Ты же решила все на олимпиаде.
— Это для души, мам. Красивая задача.
Я прикрыла дверь. На кухне мама разливала чай:
— Написал?
— Откуда знаешь?
— Чувствую. Ответишь?
— Нет. Мы сами по себе теперь. И знаешь что? Нам так лучше.
— Вот и молодец. А то, что он там осознал... Пусть живет с этим осознанием. В своей пустой квартире, с пустой женщиной и пустой жизнью.
За окном шел снег. Ленка вышла из комнаты:
— Мам, а можно завтра не в школу, а в планетарий? Там лекция про черные дыры!
— У тебя же контрольная.
— Я договорилась, напишу послезавтра. Мариванна разрешила.
— Ну если разрешила...
Ленка обняла меня:
— Знаешь, мам, я рада, что мы ушли от папы. Иначе я бы никогда не узнала, какая я сильная.
Она ушла спать. А я осталась сидеть на кухне. В квартире Игоря сейчас пустая детская с голубыми обоями. А у нас — будущий гений физики, который засыпает в комнате с единорогами.
И знаете что? Единороги победили.