Из размышлений Рудольфа вывел голос Валемира:
"Рудик, пошли искать Финна. Нужно сообщить ему, что вы отправляетесь завтра утром. Начнем с кухни, наверняка он рядом с тётушкой околачивается".
Эдрик послушно последовал за их величествами. Он не знал, кто такой Финн, но по дороге к кухне размышлял, что это должен быть выдающийся человек, раз ему собирались доверить такую важную задачу, как сопровождение короля в опасном путешествии. А призрак наставлял внука:
"Обьясни ему всё по простому. Никаких лишних подробностей. Скажи, например, что королевский долг призывает следовать на запад, к Синим Горам, для важных переговоров".
Финн и на самом деле обнаружился на кухне — помогал Грейс с готовкой. Паренёк с таким усердием чистил картофель, будто от этого зависела судьба королевства.
— Финн, — начал Рудольф, стараясь, чтобы его голос звучал с королевским достоинством. — Завтра на рассвете мы с тобой отправляемся в путь, к Синим Горам. Собери всё необходимое. И… э-э-э… подробности обсудим по дороге.
Грейс уронила нож. До Синих Гор было не меньше трёх дней пути по совсем неспокойным местам. По сравнению с этим приключение в пещере гоблинов представлялось лёгкой прогулкой, а Грейс до сих пор в себя не пришла после него. Нет, она не может допустить, чтобы ее драгоценный мальчик подвергся такой опасности. И речь шла совсем не о племяннике. Женщина уже приготовилась высказать всё, что думает об этом безрассудстве, но Рудольф, отлично знавший характер замкоправительницы, уже ретировался, пробормотав что-то вроде “Это воля короля”.
***
Оставив Рудольфа отдыхать перед непростым путешествием и убедившись, что Финн с Грейс всерьёз занялись сборами, Валемир с Эдриком направились к выходу из замка.
— Кхм… — решился заговорить Эдрик. — Ваше величество, я понимаю, что это монаршее дело. Но дозвольте сказать. Разумно ли отпускать короля в такой путь с одним лишь отроком? Горные тропы опасны, да и кто знает, что за “соседи” там обитают. Много веков уже о них ничего не известно. Давайте я выделю трёх, нет, пятерых лучших бойцов. Кстати, моя дочь, Фрея, владеет мечом не хуже мужчины…
"Капитан, ваша преданность делает вам честь, — прервал его Валемир. — Но в данном случае придётся пойти на риск. Двое юношей в простой одежде — это скромные путники. Отряд же рыцарей в доспехах привлечет ненужное внимание. Да и нелюдей вряд ли сделает сговорчивее. А ещё… — призрак неожиданно подмигнул рыцарю. — Наш король совсем не будет беззащитным. Давайте заглянем в конюшню..."
Через некоторое время Эдрик рассматривал огромного вороного, который нагло таращился в ответ, а Валемир рассказывал о найтмарах. Постепенно лицо капитана вытягивалось всё больше. Мысль о буйном жеребце, несущемся с царственным седоком над обрывами, видимо, казалась ему ещё более ужасной, чем мысль о короле, практически в одиночку бродящем по горам. Видимо, всё отразилось на лице рыцаря, потому что призрак поспешил добавить:
"Всадник не может упасть со спины найтмара. А ещё, если на наших путников всё-таки нападут, Ангел один стоит десятка бойцов. Поверьте мне".
Отпустив капитана руководить подготовкой к грядущей ночи, Валемир в задумчивости летал по дворцовым коридорам, думая о череде удивительных совпадений. Король, не готовый к власти, находит карту, которая приводит его к амулету. Амулет позволяет ему общаться с его, Валемира, призраком — идеальным советником в текущей ситуации. В конюшне его замка, наверное, самого нищего замка в мире, годами дожидается своего часа полукровка-найтмар. И тут же находится верный род рыцарей, связанный магической клятвой. Нити судьбы сплелись воедино. Оставалось надеяться, что на этой самой стезе судьбы окажется не слишком много кочек.
***
Эдрик Сильный не стал терять время. Он свистнул как-то по особенному, и Валемир восхитился, с какой скоростью вокруг него собрались все рыцари — мужчины и женщины с серьёзными, сосредоточенными лицами.
— По данным из… надёжного источника, — начал капитан, — этой ночью возможна атака на замок. Наш долг — встретить гостей во всеоружии. Мы не знаем их численности, но наша сила не в количестве.
Он быстро раздал распоряжения. Двое лучших лучников, его сын Эдрик Младший и дочь Фрея, заняли позиции на двух самых высоких башнях, откуда открывался вид на подступы к замку. Можно было бы подумать, что в темноте они будут бесполезны. Но только если не знать, что эти двое с детства тренировались в любую погоду, и днём, и ночью, развив невероятную остроту то ли зрения, то ли чутья.
Ещё трое рыцарей, переоблачившиеся в лёгкие кожаные доспехи, чтобы не выдавать себя лязгом металла, бесшумно скрылись в замковом парке. Их задачей было устройство засады среди развалин внешней стены. Остальные же заняли оборону у главных ворот, а сам Эдрик Сильный — непосредственно у входа в замок, готовясь стоять насмерть и защищать своего короля, если все остальные падут.
Да, был ещё десяток стражников, нанятых Максимилианом, однако можно ли было им доверять, рыцарь пока не знал, и времени оценить их попросту не было. Так что приходилось полагаться только на силы его рода.
Стемнело. Капитан внимательно вслушивался в темноту и непроизвольно вздрогнул, когда за его спиной раздался голос призрака:
“Вижу, ваш род не растерял навыков за века мира”.
— Мир — это всегда лишь передышка, ваше величество, — тихо ответил Эдрик. — Мы никогда не забывали об этом. Хотя, конечно, для полноценной охраны замка нужно гораздо больше людей. Думаю, раньше гарнизон насчитывал сотни бойцов. У меня есть на примете несколько семей, где из поколения в поколение серьёзно относятся к боевой подготовке и вопросам чести. Если бы можно было послать гонцов...
“Обязательно, — остановил его Валемир. — Но сначала предстоит пережить ближайшую ночь. Желательно без потерь”.
Однако ночь выдалась на удивление спокойной. На рассвете капитан отозвал своих людей обратно в замок и принялся выслушивать их отчёты. Оказалось, что через несколько часов после полуночи рыцари у внешней стены заметили неподалёку несколько групп вооружённых людей в тёмной одежде. Эдрики уже готовились к бою, однако “гости” так и не продвинулись дальше. Фрея также заметила непрошенных визитёров и их странное поведение: те провели в неподвижности примерно час, а затем, повинуясь невидимому сигналу, бесшумно отступили и растворились в ночной мгле.
Немного позже, на перекличке дворцовой стражи, выяснилась ещё одна подробность: один из стражников исчез. Видимо, он и был информатором неприятеля внутри замка. Ночные гости, которые рассчитывали на лёгкую победу, узнав о том, что на защиту короля прибыли отлично подготовленные воины, предпочли отступить. Но надолго ли?
***
Свечи в кабинете Люциана Хелсвига отбрасывали на стены длинные, искажённые тени, а сам он сидел в кресле с каменным лицом. В воздухе висел запах дорогого вина и угрозы.
Стоявший перед ним Гаррик сглотнул. Ему был отлично знаком нрав господина, и как легко тот впадал в ярость, не щадя никого и особо не разбираясь, кто виновен в неудачах.
— Итак, — наконец проговорил Люциан. От его тихого, почти ласкового голоса по спине Гаррика пробежали ледяные мурашки. — Правильно ли я понял… Наш недотёпа-монарх, который не мог бы и мыши напугать, отправился на прогулку и вернулся с целым отрядом отлично подготовленных рыцарей. Как там их? Эдрики?
— Так точно, господин, — проскрипел Гаррик. — Эдрики. Они были городским посмешищем, никто не принимал их всерьёз…
Люциан медленно поднялся. От него повеяло такой холодной яростью, что Гаррик невольно отступил на шаг.
— Не принимал всерьёз… — протянул Люциан задумчиво. — Рыцарский род, который, как оказалось, только и делал, что тренировался воевать. Правильно? Можешь не отвечать, — продолжил он насмешливо, заметив, как напрягся его подручный. — У нас же в замке были глаза и уши, и монет туда утекло не мало. Ты допросил его?
— Да, мой господин, — поспешно ответил Гаррик. — Он клялся, что в замке ничего не происходило. Вообще ничего, пока король вчера утром не уехал на этом жутком коне, а затем не вернулся в карете и в окружении рыцарей.
Люциан снова уселся в кресло и с такой силой ухватился за подлокотники, что пальцы побелели от напряжения.
— Как? — прошипел он, обращаясь уже к самому себе. — Как этот слабоумный книжный червь, этот ребёнок, играющий в короля, умудрился это сделать? Кто стоит за ним? Максимилиан? Этот дряхлый советник, который не может и шагу ступить без одышки? Или, может, его повариха? Она что, испекла волшебный пирог, привлекший героев из сказок?
Однако вскоре Люциан взял себя в руки и резко вскинул голову, обратив взгляд на Гаррика.
— В этом определённо есть какая-то тайна. И мы должны всё выяснить. Мне нужна вся информация, которую ты сможешь раздобыть. Не скупись и никого не щади. Покупай, уговаривай, запугивай. А я, пожалуй, вскоре нанесу официальный визит королю. Хочу сам на него посмотреть. Что-то мы упустили…