первая часть
Домой она вернулась к обеду. Валентина Петровна сидела на кухне и чистила картошку для ужина. При виде невестки она улыбнулась той особой улыбкой, которая никогда не доходила до глаз.
— А я думаю, может, сегодня котлеты сделать? Максим их любит.
— Хорошая идея, — согласилась Карина, хотя прекрасно помнила, что котлеты они делали всего три дня назад.
— Знаешь, Карина, а я тут подумала... — свекровь продолжала чистить картошку, не поднимая глаз. — Может, вам с Максимом стоит съездить отдохнуть? Он такой усталый в последнее время.
— Да, я тоже это замечаю.
— Вот видишь. Мужчинам нужна разрядка. А то всё работа да работа.
Валентина Петровна отложила нож и внимательно посмотрела на невестку.
— Карина, ты умная девочка. Понимаешь, что главное в семье — это доверие. Иногда мужу нужно дать свободу, не контролировать каждый его шаг.
— Я не контролирую.
— Конечно, не контролируешь. Просто говорю на всякий случай.
В словах свекрови не было прямых обвинений, но Карина чувствовала скрытый смысл. Валентина Петровна как будто готовила её к чему-то, аккуратно подводя к мысли о том, что жена не должна вмешиваться в дела мужа.
Вечером Карина сидела у окна и смотрела на двор, где гуляли соседские дети. Их беззаботный смех контрастировал с тяжестью на сердце, которая росла с каждым часом. Максим ушёл на свою загадочную встречу, и теперь оставалось только ждать.
В половине десятого зазвонил домашний телефон. Карина поспешила снять трубку, но услышала незнакомый женский голос.
— Алло, можно Максима?
— Его нет дома, — ответила Карина, чувствуя, как учащается сердцебиение.
— А когда будет?
— Не знаю. А кто спрашивает?
В трубке послышались короткие гудки — незнакомка повесила трубку. Карина стояла, не выпуская трубку из руки, и думала: неужели это была она? Виктория? Голос показался молодым, уверенным, с лёгкой хрипотцой, которая явно выдавала привычку курить.
Валентина Петровна вышла из своей комнаты и вопросительно посмотрела на невестку.
— Кто звонил?
— Какая-то женщина. Спрашивала Максима.
— А, наверное, секретарь из офиса. Они иногда по работе звонят, — свекровь говорила спокойно, но Карина заметила, как напряглись мышцы на её лице. Валентина Петровна знала, кто звонил.
Максим вернулся около одиннадцати. Он выглядел усталым и взволнованным, на лице читалось какое-то внутреннее напряжение. Поздоровавшись с женой, он сразу прошёл к матери.
— Как прошло? — тихо спросила Валентина Петровна.
— Сложно, — ответил Максим. — Нужно время подумать.
— Сынок, время у нас есть не всегда. Иногда нужно действовать быстро.
Карина стояла в дверях кухни и слушала их разговор. Больше они ничего не говорили при ней, но и этих слов было достаточно, чтобы понять: вчерашняя встреча была не последней.
Ночью, когда Максим заснул, Карина тихонько встала и подошла к его пиджаку, который висел на спинке стула. В кармане она нащупала смятый чек из ресторана — дорогой ресторан в центре города, счёт на двоих, сегодняшняя дата. Карина долго стояла с чеком в руках, и в этот момент последние сомнения окончательно рассеялись.
Максим лгал ей в глаза, встречался с другой женщиной и обсуждал их общее будущее, исключая жену из всех важных решений. Она аккуратно положила чек обратно в карман и вернулась в кровать. Максим спал, изредка что-то бормоча во сне. Раньше она любила слушать его сонное дыхание, чувствовать тепло его тела рядом. Теперь же даже близость мужа казалась фальшивой — как у актёра, который забыл выйти из роли.
Утром за завтраком Карина решилась на эксперимент.
— Максим, а где вы вчера встречались? — спросила она, намазывая масло на хлеб.
— В офисе заказчика, — не задумываясь, ответил муж.
— А потом?
— Потом домой.
— Странно... А то мне показалось, что от тебя пахло ресторанными духами.
Максим замер с чашкой кофе в руках.
Валентина Петровна подняла глаза от газеты и внимательно посмотрела на сына.
— Ресторанными?
— Не может быть, — наконец сказал Максим. — Наверное, в офисе кто-то обедал, запах остался.
Ещё одна ложь. Ещё один повод потереть переносицу и отвести взгляд в сторону.
После завтрака Карина проводила мужа до двери и вдруг обняла его крепко, по-настоящему, как не обнимала уже давно.
— Максим, я тебя люблю, — сказала она, глядя ему в глаза. — Что бы ни случилось, помни об этом.
Он растерялся от неожиданности, потом обнял её в ответ и на мгновение Карине показалось, что всё можно исправить, что достаточно просто поговорить откровенно.
— Я тоже тебя люблю, — сказал Максим, и в его голосе прозвучала искренность.
Но через секунду он уже надевал куртку и торопился на работу, а Карина осталась стоять у двери с пониманием того, что одной любви теперь недостаточно.
Впереди был ещё один долгий день ожидания и мучительных размышлений. А вечером Максим снова уйдёт на встречу с Викторией, и тогда, возможно, будет принято окончательное решение об их судьбе.
Карина оперлась спиной о стену, с твёрдым намерением докопаться до истины. Пассивные ожидания и бесконечные догадки съедали её изнутри, и она больше не могла оставаться в неведении.
Сегодня пятница, и если Максим снова встретится с Викторией, она должна это выяснить.
За завтраком на следующее утро она внимательно наблюдала за мужем. Максим был рассеян, постоянно проверял телефон и едва прикасался к еде. Валентина Петровна читала газету, время от времени поглядывая на сына с каким-то особенным выражением, словно между ними существовало тайное понимание.
— Максим, а сегодня планы на вечер есть? — спросила Карина, намазывая джем на тост.
— Пока не знаю, — ответил муж, не поднимая глаз от тарелки. — Возможно, придётся задержаться.
— Опять этот проект?
— Да, никак не закрывается.
Валентина Петровна сложила газету и посмотрела на невестку с едва заметной улыбкой.
— Карина, милая, а ты не хочешь всё-таки к маме съездить на выходные? Давно не виделись.
— Нет, спасибо. Дома дел много. Мы же обсуждали это, зачем повторять одно и то же?
— Ну, как знаешь, — свекровь пожала плечами. — Просто мама наверняка соскучилась.
После завтрака Карина проводила Максима до двери и неожиданно для себя сказала:
— А может, я сегодня к тебе в офис заеду? Давно не видела, где ты работаешь.
Максим замер с рукой на дверной ручке. В его глазах мелькнула тревога, которую он тут же попытался скрыть.
— Зачем? Там скучно… Один кабинет да бумаги.
— Просто интересно. Мы же три года женаты, а я ни разу не была у тебя на работе.
— Карина, правда, не стоит. У нас сейчас ремонт, везде пыль и шум.
Ещё одна ложь. Карина кивнула и улыбнулась, но внутри всё сжалось от боли. Максим так отчаянно не хотел её видеть в офисе, что готов был придумать любую отговорку.
В школе день тянулся мучительно медленно. Карина механически проводила уроки, проверяла тетради, отвечала на вопросы детей, но мысли ее были совершенно не здесь. Она составляла план действий, обдумывала каждый шаг.
После уроков Карина позвонила маме и попросила встретиться в парке рядом с домом. Анна Михайловна согласилась сразу, словно чувствовала, что дочери нужна поддержка.
Осенний парк был почти пуст: только на скамейках сидели пенсионеры, кормившие голубей, да молодая мама катала коляску по дорожке. Жёлтые листья шуршали под ногами, и воздух пах сыростью и увяданием.
— Мама, а можно тебя кое о чём спросить? — Карина села рядом с Анной Михайловной на скамейку.
— Конечно, доченька. Что случилось? Ты какая-то бледная.
— А как понять, что муж тебе врёт?
Анна Михайловна внимательно посмотрела на дочь. В её умных глазах отразилось понимание и сочувствие.
— Карина, что-то случилось с Максимом?
— Не знаю. Может, просто показалось…
— Расскажи мне всё. Не бойся, я не буду судить.
Карина долго молчала, подбирая слова. Как рассказать о подслушанных разговорах, не выглядя при этом подозрительной или недоверчивой женой?.. Он ведь и правда стал странно себя вести: задерживается, телефон всё время при себе держит, а когда я спрашиваю, — отвечает односложно и отводит глаза. А Валентина Петровна молчит. Нет, даже наоборот — всё время намекает, что мужчине нужна свобода, что жене не положено знать всё подряд...
Анна Михайловна вздохнула и мягко положила ладонь на плечо дочери.
— Знаешь, Карина, я всегда чувствовала, что твоя свекровь не слишком одобряет ваш брак. Она считает, что её сын достоин лучшего.
— Мама, а тебе папа когда-нибудь врал?
— Врал, — спокойно кивнула Анна Михайловна. — Было время, он увлёкся одной своей сотрудницей. Думал, скроет — а я всё видела.
— И что ты делала?
— Сначала страдала, плакала, представляла себе всё самое худшее. А потом поняла: или бороться за семью, или отпустить.
— Ты боролась?
— Боролась, но не скандалами и упрёками. Я старалась показать, что я — лучший выбор для него. И ты знаешь что? Через полгода папа сам всё прекратил и попросил прощения...
Карина слушала мать и думала: а готова ли она сама бороться? И главное — стоит ли Максим этой борьбы?
— Мама, если узнаешь что-то плохое… лучше сразу выяснить или подождать?
— Лучше знать правду, какая бы она ни была. Неопределённость хуже любой боли.
После разговора с матерью Карина почувствовала себя увереннее. Она приняла решение: сегодня же поедет в офис Максима и сама разберётся, что происходит на самом деле.
Строительная компания, где работал Максим, находилась в современном бизнес-центре в самом центре города. Карина никогда здесь раньше не бывала, но адрес знала — он был указан в трудовом договоре мужа. В холле она подошла к охраннику:
— Скажите, а Максим Волков сегодня на работе?
— А вы кто? — настороженно спросил охранник.
— Жена. Хотела передать документы.
Охранник заглянул в журнал посетителей и покачал головой.
— Максим Владимирович ушёл два часа назад. Сказал, что на объект поехал.
— А на какой объект?
— Этого не знаю, — пожал плечами охранник. — Спросите у секретаря на втором этаже.
Карина поднялась на второй этаж и нашла приёмную компании. За столом сидела молодая девушка с ярким маникюром — тщательно, до блеска покрытые ногти привлекали внимание даже больше, чем её строгий пиджак. Секретарь листала глянцевый журнал, погружённая в фотографии.
— Здравствуйте, а можно узнать, где сейчас Максим Волков? — тихо спросила Карина, стараясь не выдать своего волнения.
Девушка подняла глаза, оценивающе посмотрела на неё поверх журнала:
— А вы кто?
— Я… жена. Мне нужно его найти по срочному делу.
Девушка поморщилась и наморщила лоб, — удивление было искренним:
— Странно… Максим Владимирович вчера говорил, что до понедельника в отпуске. На дачу собирался с семьёй.
У Карины внутри всё оборвалось. Сердце куда-то провалилось — как в лёд. Значит, Максим взял отпуск… и даже на работе никто не знал, что он проводит это время иначе. Опять врал. Всюду.
— Наверное, планы изменились… — еле выдавила из себя Карина. Голос как будто стал чужим.
— Может быть. Хотите, я ему позвоню?
— Нет, не надо. Я сама с ним свяжусь… — быстро ответила Карина.
Она вышла из офиса на ватных ногах. Всё дрожало — в душе, в руках… Максим взял отпуск, чтобы встречаться с Викторией, а дома каждый день делал вид, что уходит “на работу”. Ложь была такой плотной, что, казалось, перекрывала воздух.
На улице Карина на секунду остановилась у ближайшего кафе, тщетно пытаясь сплести в уме хоть какой-то план. Всё смешалось — обида, растерянность, злость… Что делать дальше? Поехать домой и устроить скандал? Или попытаться узнать всю правду до конца?
продолжение