Шел 1961 год. Прошло уже пять лет, как умер Сталин. Страной правил новый вождь — Никита Сергеевич Хрущев. Прежний, грозный, но любимый народом, был только развенчан и принародно осужден. Однако гроб с его телом по-прежнему находился в святая святых советского государства — в Мавзолее, рядом с "бессмертным" Лениным (жил, жив и будет жить). Такая ситуация очень напрягала партийную верхушку, но решить ее они не могли, опасаясь народного гнева. Слишком уже мелкими в глазах населения были Хрущев и сотоварищи на фоне махины Сталина. Явно не им было решать судьбу праха Железного Кобы. Тогда и пришла мысль использовать для этого старую большевичку, члена партии с 1902 года, Дору Абрамовну Лазуркину. Она дружила с Крупской, была лично знакома с Лениным, поэтому хорошо подходила под уготованную роль. Шел предпоследний день XXII съезда КПСС, когда слово взяла Лазуркина и начала рассказывать... о своем сне накануне. Я всегда в сердце ношу Ильича и всегда, товарищи, в самые трудные
минуты, только