Один из подходов к определению ДПИ основан на совместном применении норм п. 1 ст. 337 НК РФ и п. 7 ст. 339 НК РФ.
Из этих норм следует, что ДПИ – это результат добычных операций, а состав добычных операций вытекает из содержимого технического проекта разработки месторождения.
Сразу оговорим, что этот подход не помогает, когда налогоплательщик заявляет, что его техпроект содержит как добычные, так и перерабатывающие операции. Для этого случая Пленум ВАС РФ еще в 2007 году предусмотрел специальный тест на изменение существенных природных свойств.
Но если в техпроекте отсутствуют спорные операции (например, операции на ДСК), то п. 7 ст. 339 НК РФ должен отлично работать самостоятельно. Однако, отдельные суды с подачи налоговых органов, найдя спорные операции в технологическом регламенте, к примеру, ДСК, все равно признают их добычными.
С процессуальной точки зрения это выглядит как неприменение закона, подлежащего применению. Но суд может даже поставить ссылку на п. 7 ст. 339 НК РФ. В этом случае правильней говорить о неверном истолковании закона, соединенным с нарушением ст. 68 АПК, согласно которой обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами (в данном случае техпроектом), не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.
Мы не смогли обнаружить легального определения техрегламента, но из контекстов можно понять, что это не термин закона о недрах, то есть не разновидность документации на разработку месторождения (техпроект, техсхема).
Это видно и из несоответствия его структуры требованиям к недропользовательской документации, и из порядка его утверждения (это внутренний документ налогоплательщика, который никакие комиссии Роснедр не согласовывают).
Соответственно, техрегламент как документ, не являющийся техпроектом, не мог его заменить, а потому искать в нем добычные операции нельзя.
Подписывайтесь на наш канал, чтобы получать новые комментарии по вопросам НДПИ. Жмите иконку "палец вверх" под этим материалом, если он вам понравился.