– Катюш, успокойся, – Олег попытался улыбнуться, но улыбка вышла неловкой, как будто он сам не верил в то, что говорил. – Это не вся сумма. И это временно. Дима сказал, что дело выгорит, и мы быстро всё вернём. С процентами!
– Временно?! – Катя хлопнула ладонью по кухонному столу. Олег, у нас ипотека! У нас ребёнок! Ты хоть понимаешь, что будет, если мы не заплатим очередной взнос?
Олег отвёл взгляд, его молчание только сильнее разозлило Катю. Она чувствовала, как внутри всё кипит – смесь ярости, страха и какого-то горького разочарования.
– Ты хоть спросил меня? – голос Кати задрожал. – Это же наши деньги, Олег. Наши. Не твои. Не Димины. Наши!
– Я хотел, чтобы это был сюрприз, – пробормотал он, наконец поднимая глаза. – Дима сказал, что его стартап – это золотая жила. Через полгода мы могли бы закрыть ипотеку полностью!
Катя рассмеялась – коротко, нервно, почти истерично.
– Сюрприз? Это ты так называешь, когда берёшь все наши сбережения и вваливаешь их в какую-то авантюру твоего брата? Олег, у него уже три бизнеса провалилось! Три!
Кухня, где они сидели, была маленькой, но уютной. Эта кухня была их маленьким миром, который они строили семь лет – с тех пор, как поженились. А теперь этот мир трещал по швам из-за решения, которое Олег принял за её спиной.
– Давай я всё объясню, – Олег потёр виски, словно пытался выдавить из головы правильные слова. – Дима пришёл ко мне три недели назад. У него идея – приложение для доставки фермерских продуктов. Он нашёл инвесторов, но нужно было показать, что он сам вложился. Я дал ему деньги из нашего фонда, но это не просто так! У меня доля в этом бизнесе. Если всё сработает, мы получим втрое больше!
– А если не сработает? – Катя скрестила руки на груди. – Что тогда, Олег? Мы потеряем всё?
– Не потеряем, – он попытался взять её за руку, но она отстранилась. – Дима знает, что делает. Он уже договорился с поставщиками, и первые клиенты…
– Стоп, – Катя подняла руку. – Ты сейчас защищаешь Диму? Серьёзно? Того самого Диму, который в прошлом году клялся, что его интернет-магазин одежды взлетит, а потом обанкротился?
Олег замолчал. Он знал, что Дима – его слабое место. Младший брат всегда был мечтателем, вечно влипал в какие-то схемы, которые обещали миллионы, но заканчивались долгами. Но Олег не мог отказать ему. Никогда не мог.
– Я думал, ты мне доверяешь, – наконец сказал он тихо.
Катя посмотрела на него так, будто он ударил её.
– Доверяю? Олег, ты даже не обсудил это со мной! Ты просто взял и отдал все наши деньги! – она замолчала, пытаясь сдержать слёзы. – Знаешь, что самое обидное? Я всегда поддерживала твои идеи. Всегда. Но ты решил, что моё мнение не важно.
Тишина повисла тяжёлая. Только тиканье часов на стене напоминало, что время всё ещё идёт. Катя встала, подошла к окну и уставилась на двор, где их шестилетняя дочка Соня играла с соседскими детьми. Её смех доносился сквозь приоткрытое окно, и от этого у Кати ещё сильнее сжалось сердце.
– Что мы будем делать, если банк заберёт квартиру? – спросила она, не оборачиваясь. – Куда мы пойдём с Соней?
– Этого не случится, – Олег встал и подошёл к ней, но не решился коснуться. – Я всё продумал. У нас есть три месяца до следующего крупного платежа. За это время Дима…
– Дима, Дима, Дима! – Катя резко повернулась. – Почему ты так веришь в него, а не в нас?
Олег открыл рот, но не нашёл, что ответить. Он знал, что Катя права. Но признаться в этом – значило признать, что он совершил ошибку. А это было слишком тяжело.
Два дня назад, когда Олег впервые рассказал Кате о своём решении, она не могла поверить, что это правда. Они сидели за этим же столом, ужинали, обсуждали, как Соня готовится к школьному утреннику. Всё было как обычно – тёплый свет лампы, запах картошки с укропом, смех Сони из комнаты. И вдруг Олег, как бы между делом, сказал:
– Я дал Диме немного денег на его новый проект.
Катя тогда даже не сразу поняла масштаб. Подумала, что речь о небольшой сумме, может, тысяч десять, которые они могли бы выделить безболезненно. Но потом Олег назвал цифру – почти полмиллиона рублей. Все их сбережения, которые они копили три года, чтобы закрыть ипотеку раньше срока.
С тех пор Катя не могла спать. Она лежала ночами, глядя в потолок, и представляла, как банк забирает их квартиру – ту самую, ради которой они отказывали себе во всём: в отпусках, в новой машине, даже в лишней паре обуви для Сони. Они с Олегом работали как проклятые – она в школе, он в IT-компании. Каждую копейку откладывали, чтобы скорее избавиться от долга. И вот теперь всё это оказалось под угрозой из-за очередного «гениального» плана Димы.
Катя вспомнила, как познакомилась с Димой. Он тогда только вернулся из очередной своей «бизнес-поездки» – загорелый, с широкой улыбкой и кучей историй о том, как чуть не стал миллионером. Ей он сразу не понравился – слишком громкий, слишком самоуверенный. Но Олег обожал младшего брата. «Он просто ещё не нашёл свою нишу», – говорил он. И каждый раз, когда Дима приходил с новой идеей, Олег был готов поддержать его – советом, связями, а теперь, видимо, и деньгами.
– Может, позвонишь Диме? – предложила Катя, возвращаясь к реальности. – Узнаешь, как там его «золотая жила»?
Олег кивнул, но в его глазах было что-то, что заставило Катю насторожиться. Как будто он знал больше, чем говорил.
– Позвоню, – коротко ответил он и вышел из кухни.
Катя осталась одна. Она подошла к холодильнику, машинально открыла дверцу, но вместо того, чтобы взять что-то, просто стояла и смотрела на полки. Её мысли путались. Что, если Олег прав, и бизнес Димы действительно выстрелит? А если нет? Как они будут жить, если потеряют всё? И почему он не поговорил с ней? Почему решил за них обоих?
На следующий день Катя решила взять ситуацию в свои руки. Она не могла просто сидеть и ждать, пока Дима либо станет миллионером, либо в очередной раз провалится. После того как отвела Соню в садик, она позвонила подруге Лене – юристу, которая разбиралась в финансовых вопросах.
– Лен, мне нужен совет, – начала Катя, нервно теребя ремешок сумки. – Олег отдал все наши деньги на бизнес своего брата. Без моего ведома. Что я могу сделать?
– Ого, – Лена присвистнула в трубку. – Это серьёзно. Во-первых, успокойся. Во-вторых, расскажи всё по порядку. Сколько денег, на каких условиях, есть ли договор?
– Договора нет, – Катя почувствовала, как горло сжимается. – Олег просто перевёл деньги. Сказал, что это его доля в бизнесе.
– Без договора? – голос Лены стал жёстче. – Катя, это безумие. Если Дима прогорит, вы не сможете ничего вернуть. Надо срочно выяснить, на что именно ушли деньги и есть ли хоть какие-то документы.
Катя договорилась встретиться с Леной вечером в кафе, чтобы обсудить всё подробнее. Но весь день её не покидало чувство, что она стоит на краю пропасти. Она пыталась сосредоточиться на работе – проверяла тетради, готовила план урока, – но мысли всё время возвращались к Олегу, Диме и их квартире, которая теперь казалась такой хрупкой.
Вечером, оставив Соню с соседкой, Катя сидела в кафе напротив Лены. На столе между ними стояли две чашки кофе и папка с бумагами, которые Лена принесла с собой.
– Я составила список шагов, – начала Лена, поправляя очки. – Первое – ты должна поговорить с Димой. Узнай, куда ушли деньги, есть ли у него бизнес-план, инвесторы, контракты. Второе – тебе нужно зафиксировать, что это были ваши совместные деньги. Если дело дойдёт до суда…
– Суда?! – Катя чуть не поперхнулась кофе. – Лен, ты серьёзно? Я не собираюсь судиться с мужем!
– Я не говорю, что дойдёт до суда, – Лена подняла руки, успокаивая её. – Но ты должна быть готова ко всему. Если Дима прогорит, а банк начнёт требовать платежи по ипотеке, вы окажетесь в трудной ситуации. Лучше заранее подстраховаться.
Катя кивнула, но внутри всё сжалось. Судиться с Олегом? Это было немыслимо. Но мысль о том, что они могут потерять квартиру, была ещё страшнее.
– А если я просто поговорю с Димой? – спросила она. – Может, он вернёт деньги?
Лена посмотрела на неё скептически.
– Катя, ты сама сказала, что у него три бизнеса провалилось. Как думаешь, насколько вероятно, что он просто возьмёт и вернёт полмиллиона?
Катя молчала. Она знала, что Лена права. Но мысль о том, чтобы встретиться с Димой и потребовать объяснений, пугала её не меньше, чем разговор с банком.
Когда Катя вернулась домой, Олег был в гостиной и смотрел телевизор. Соня уже спала, и в квартире стояла редкая тишина.
– Я звонил Диме, – сказал Олег, не отрывая глаз от экрана. – Он говорит, что всё идёт по плану. Первые поставки начнутся через месяц.
– И ты ему веришь? – Катя села рядом, стараясь говорить спокойно.
– Он мой брат, – Олег повернулся к ней. – Конечно, я ему верю.
– А мне? – тихо спросила она. – Мне ты веришь?
Олег нахмурился.
– Что ты имеешь в виду?
– Я имею в виду, что я твоя жена, – Катя старалась не повышать голос. – И я не хочу, чтобы наша семья оказалась на улице из-за того, что ты веришь в очередную мечту Димы. Я разговаривала с Леной. Она говорит, что без договора мы не сможем вернуть деньги, если что-то пойдёт не так.
Олег резко встал.
– Ты обсуждала это с Леной? За моей спиной?
– А ты обсуждал со мной, когда отдавал наши деньги? – парировала Катя.
Они смотрели друг на друга, и в этот момент Катя поняла, что трещина в их отношениях стала глубже, чем она думала. Это был не просто спор о деньгах. Это было о доверии. О том, что Олег выбрал своего брата, а не её.
– Я поговорю с Димой, – наконец сказал Олег. – Завтра. Лично.
– Хорошо, – кивнула Катя. – Но я тоже хочу быть там.
Олег посмотрел на неё с удивлением.
– Ты уверена?
– Абсолютно, – ответила она твёрдо. – Это наши деньги. И я имею право знать, что с ними происходит.
Олег кивнул, но в его взгляде было что-то, что заставило Катю насторожиться. Как будто он боялся того, что она может узнать. И этот страх, эта недосказанность, поселились в её сердце, как холодный ком. Завтрашний разговор с Димой должен был всё прояснить. Или разрушить.
Катя сидела в машине рядом с Олегом, глядя в окно на серые московские улицы. Утро было пасмурным, с мелким моросящим дождём, который только усиливал её тревогу. Они ехали к Диме, в его новую «офисную квартиру» – как он сам гордо называл арендованную двушку на окраине города. Катя нервно теребила ремешок сумки, пытаясь собраться с мыслями. Сегодня она хотела получить ответы. Чёткие, без недомолвок.
– Ты же не будешь сразу на него набрасываться? – Олег бросил на неё взгляд, крепко сжимая руль.
– Я просто хочу понять, во что мы вляпались, – ответила Катя, стараясь говорить спокойно. – И почему ты решил, что это хорошая идея – отдать все наши деньги, не спросив меня.
Олег вздохнул, но ничего не ответил. Его молчание только больше раздражало. Катя чувствовала, как внутри нарастает ком из обиды и страха. Она не хотела ссориться, но каждый раз, когда думала о том, что их сбережения – их безопасность, их будущее – теперь зависят от Диминого «гениального стартапа», ей хотелось кричать.
Они припарковались у старого панельного дома. Лифт, как назло, не работал, и им пришлось подниматься на шестой этаж пешком. Лестница пахла сыростью и кошачьей шерстью, а стены были исписаны граффити. Катя невольно подумала: если это «офис», то что тогда считать сараем?
Дима встретил их с широкой улыбкой, будто они пришли на вечеринку, а не на серьёзный разговор. Его квартира была завалена коробками, какие-то бумаги валялись на полу, а на столе красовался новенький ноутбук, окружённый пустыми банками из-под энергетиков.
– Катя, Олег, заходите! – Дима обнял брата, потом попытался обнять Катю, но она отступила назад. – Чай, кофе? У меня тут всё по-простому, но уютно.
– Дима, –– где наши деньги?
Улыбка Димы слегка потускнела, но он быстро взял себя в руки.
– Прямо к делу, да? – он рассмеялся, но смех вышел нервным. – Всё под контролем, не переживай. Деньги работают. Мы уже запустили тестовую версию приложения, договорились с тремя фермерскими хозяйствами. Скоро начнём привлекать клиентов.
– Скоро – это когда? – Катя скрестила руки на груди. – И где договор? Где гарантии, что мы получим наши деньги обратно?
Дима посмотрел на Олега, как будто ища поддержки, но тот молчал, уставившись в пол.
– Ну, договор... – Дима почесал затылок. – Это пока устная договорённость. Но я же не чужой, Катя. Я брат Олега. Семья!
– Семья? – Катя почувствовала, как кровь приливает к лицу. – Семья – это когда обсуждают такие вещи вместе. А ты просто взял наши деньги и... что? Купил этот ноутбук? Арендовал эту квартиру?
– Эй, полегче, – Дима поднял руки, словно защищаясь. – Я вложил всё в бизнес. Ноутбук – это рабочий инструмент. Аренда – чтобы было где работать. Ты думаешь, я тут в игрушки играю?
– Я не знаю, во что ты играешь, – отрезала Катя. – Но я знаю, что у нас ипотека, ребёнок и никаких сбережений. Если твой бизнес прогорит, что нам делать?
Олег наконец поднял взгляд.
– Дим, – сказал он тихо, – покажи нам хоть что-то. Бизнес-план, контракты, что угодно. Катя права. Мы должны знать, во что вложились.
Дима закатил глаза, но всё же подошёл к столу, порылся в куче бумаг и вытащил потрёпанную папку.
– Вот, – он бросил её на стол. – Это наброски бизнес-плана. Ничего официального, но всё по делу.
Катя открыла папку. Несколько листов с графиками, таблицами и какими-то расплывчатыми описаниями. «Рынок фермерских продуктов растёт на 15% в год», – гласила первая строчка. Дальше шли какие-то цифры, предположения и ни одного конкретного документа. Ни договоров с поставщиками, ни подтверждений от инвесторов. Ничего.
– Это всё? – Катя посмотрела на Диму, не скрывая разочарования. – Это твой «план»?
– Это только начало, – Дима развёл руками. – Стартапы – это всегда риск. Но я знаю, что делаю. Дайте мне пару месяцев, и вы увидите результат.
– Пару месяцев?! – Катя вскочила со стула. – У нас через три месяца платёж по ипотеке! Если мы не заплатим, банк начнёт начислять пени. А потом... – она замолчала, чувствуя, как голос дрожит.
Олег взял её за руку.
– Катя, давай без паники. Мы найдём выход.
– Какой выход, Олег? – она выдернула руку. – Ты сам видишь – у него ничего нет! Ни плана, ни гарантий! Только обещания!
Дима выглядел обиженным, но в его глазах мелькнула тень неуверенности.
– Я же сказал – всё будет. Просто нужно время.
– Время, – повторила Катя, чувствуя, как внутри всё холодеет. – А если времени не хватит?
Дома атмосфера была тяжёлой, как перед грозой. Соня уже спала, а Катя с Олегом сидели на кухне, молча глядя на остывший чай. Разговор с Димой ничего не прояснил – только добавил вопросов. Катя чувствовала себя обманутой, но не только Димой, а и Олегом. Почему он не остановился, не подумал? Почему поставил их семью под удар ради брата?
– Я не знал, что у него всё так... неорганизованно, – наконец сказал Олег, нарушая тишину. – Он уверял, что всё под контролем.
– И ты поверил? – Катя посмотрела на него с горечью. – После всего, что было? После его провалов?
– Он мой брат, – Олег пожал плечами, но в его голосе не было прежней уверенности. – Я думал, на этот раз у него получится.
Катя покачала головой.
– Ты думал о нём. А обо мне? О Соне? О нашем будущем?
– Конечно, думал! – Олег повысил голос, но тут же осёкся, вспомнив о спящей дочери. – Я хотел, чтобы у нас было больше. Чтобы мы закрыли ипотеку, купили машину, съездили куда-нибудь...
– А теперь у нас ничего нет, – тихо сказала Катя. – Только долг перед банком и надежда на Димины фантазии.
Олег опустил голову, и Катя впервые за долгое время увидела в нём не мужа, с которым они вместе строили жизнь, а растерянного человека, который совершил ошибку и не знал, как её исправить.
– Что будем делать? – спросила она, хотя ответа у неё самой не было.
– Я найду подработку, – сказал Олег после паузы. – У нас в компании есть проекты на фрилансе. Если взять пару, можно покрыть платежи по ипотеке, пока Дима...
– Пока Дима что? – перебила Катя. – Пока он опять не прогорит?
Олег промолчал.
На следующий день Катя снова встретилась с Леной. Они сидели в том же кафе, но на этот раз Катя принесла с собой папку Димы. Лена листала страницы, хмурясь всё сильнее.
– Это не бизнес-план, а записки мечтателя, – наконец сказала она, захлопнув папку. – Тут нет ничего, что можно предъявить в суде или показать инвесторам.
– То есть, мы не сможем вернуть деньги? – Катя почувствовала, как земля уходит из-под ног.
– Без договора – шансов мало, – честно ответила Лена. – Но можно попробовать надавить на Диму. Написать официальное письмо с требованием вернуть деньги. Это не юридически обязывающий документ, но иногда такие вещи пугают.
– А если не сработает? – Катя сжала чашку так, что пальцы побелели.
– Тогда надо готовиться к худшему, – Лена посмотрела на неё с сочувствием. – Поговори с банком. Узнай, можно ли реструктурировать ипотеку или взять отсрочку. И ещё... тебе стоит проверить ваши с Олегом счета. Если он брал деньги без твоего согласия, это может быть основанием для претензий.
Катя кивнула, но мысль о том, чтобы «предъявлять претензии» Олегу, казалась ей дикой. Они же семья. Как можно дойти до такого?
Тем временем Олег решил встретиться с Димой ещё раз. На этот раз без Кати. Он приехал к брату вечером, когда тот сидел за ноутбуком, что-то яростно печатая.
– Дим, нам надо поговорить, – Олег сел напротив, чувствуя, как внутри всё сжимается.
– Опять? – Дима откинулся на спинку стула. – Брат, я же всё объяснил. Дайте мне время!
– У нас нет времени, – Олег покачал головой. – Катя на грани. Она говорит о суде, о банке... Я не могу её винить. Это были наши общие деньги.
Дима нахмурился.
– Суд? Серьёзно? Твоя жена хочет засудить меня за то, что я пытаюсь заработать нам всем кучу денег?
– Это не только её деньги, – твёрдо сказал Олег. – Это наши с ней сбережения. Наша ипотека. Наш дом. Если твой бизнес не выстрелит, мы останемся на улице.
Дима встал и начал ходить по комнате.
– Окей, окей, – он поднял руки. – Я понимаю. Давай так: я найду способ вернуть хотя бы часть денег. У меня есть один инвестор, он готов вложиться, но ему нужно время, чтобы собрать сумму.
– Сколько времени? – Олег смотрел на брата, пытаясь понять, врёт он или нет.
– Месяц. Может, полтора, – Дима остановился и посмотрел на Олега. – Но я обещаю, брат, я вас не подведу.
Олег кивнул, хотя внутри всё кричало, что это очередная пустая обещалка. Он хотел верить Диме. Хотел, как в детстве, когда они вместе строили шалаши во дворе и мечтали о том, как станут миллионерами. Но теперь на кону была не детская мечта, а их семья.
Катя тем временем поехала в банк. Сидя в очереди, она листала приложение, проверяя баланс их счетов. Сердце сжалось, когда она увидела, что с их общего счёта действительно ушла вся сумма. Она знала это, но видеть цифры на экране было как удар под дых.
Когда её вызвали к менеджеру, Катя постаралась собраться.
– Здравствуйте, – она села напротив молодой женщины в строгом костюме. – У нас ипотека, и я хотела бы узнать, что будет, если мы не сможем заплатить очередной взнос.
Менеджер, Ирина, посмотрела на неё с профессиональной улыбкой.
– Давайте посмотрим ваш счёт, – она застучала по клавиатуре. – О, у вас хорошая история платежей. Все взносы вовремя. Что случилось?
Катя замялась. Рассказывать постороннему человеку о семейных проблемах было неловко, но она всё же решилась.
– У нас... возникли финансовые трудности. Муж вложил наши сбережения в бизнес, и теперь... мы не уверены, что сможем платить вовремя.
Ирина кивнула, словно такие истории слышала каждый день.
– Понимаю. У вас есть несколько вариантов. Можно подать заявку на реструктуризацию – это увеличит срок кредита, но снизит ежемесячный платёж. Или взять кредитные каникулы, но это временное решение. Правда, в вашем случае проценты продолжат начисляться.
– А если мы вообще не сможем платить? – голос Кати дрогнул.
– Тогда банк начнёт начислять пени, – Ирина посмотрела на неё с сочувствием. – А в худшем случае – может инициировать процедуру взыскания недвижимости. Но до этого далеко. Давайте попробуем найти решение.
Катя вышла из банка с кучей бумаг и тяжёлым сердцем. Реструктуризация звучала как временная отсрочка, но не решение. Ей нужно было вернуть деньги. И быстро.
Дома Катя рассказала Олегу о разговоре с банком. Он слушал молча, теребя край скатерти.
– Я говорил с Димой, – наконец сказал он. – Он обещал вернуть хотя бы часть денег через месяц.
– Месяц, – повторила Катя, чувствуя, как внутри всё холодеет. – А если он не вернёт?
Олег посмотрел на неё, и в его глазах было столько вины, что Катя почти пожалела о своём тоне.
– Я найду подработку, – сказал он. – Уже договорился о двух проектах. Это даст нам тысяч сто за месяц. Может, хватит, чтобы покрыть платежи.
– А если не хватит? – Катя не хотела давить, но не могла остановиться. – Олег, я не хочу жить в постоянном страхе. Я не хочу, чтобы Соня росла, зная, что у нас могут отобрать дом.
– Этого не случится, – твёрдо сказал Олег. – Я не позволю.
Но в его голосе Катя услышала неуверенность. И эта неуверенность, как вирус, заразила её саму. Она вдруг поняла, что не может больше полагаться только на Олега. Если они хотят спасти свою семью – не только дом, но и их отношения, – ей придётся действовать самой.
– Я поговорю с Димой ещё раз, – сказала она, вставая из-за стола. – Но на этот раз одна.
Олег посмотрел на неё с тревогой.
– Катя, ты уверена? Он мой брат, я сам...
– Нет, – перебила она. – Ты уже сделал, что мог. Теперь моя очередь.
Она ушла в спальню, оставив Олега одного. В её голове крутился план – нечёткий, рискованный, но свой. Она не знала, сработает ли он, но сидеть сложа руки больше не могла. Завтра она встретится с Димой. И если он думает, что может отделаться пустыми обещаниями, он сильно ошибается.
Катя стояла перед дверью Диминой квартиры, сжимая ремешок сумки так, что пальцы побелели. Дождь прекратился, но воздух был сырым, и её куртка слегка пахла мокрой тканью. Она глубоко вдохнула и постучала. Сегодня она не собиралась отступать.
– Катя? – Дима открыл дверь, и его улыбка тут же сменилась удивлением. – А где Олег? – Я одна, – отрезала Катя, проходя внутрь без приглашения. – Нам нужно поговорить. Дима замялся, но кивнул, закрывая дверь. В квартире царил тот же хаос: коробки, разбросанные бумаги, пустые банки из-под энергетиков. Только теперь Катя заметила, что ноутбук на столе выключен, а рядом валяется скомканный чек из супермаркета.
– Слушай, я знаю, ты злишься, – начал Дима, потирая затылок. – Но всё под контролем. Я вчера говорил Олегу… – Хватит, – перебила Катя, глядя ему прямо в глаза. – Я не хочу слышать про твой «контроль». Покажи мне документы. Контракты с поставщиками, соглашения с инвесторами, что угодно. Или скажи прямо, где наши деньги. Дима отвёл взгляд, и Катя почувствовала, как внутри всё сжимается. Его молчание было красноречивее любых слов.
– Ну? – она скрестила руки на груди. – Где они, Дима? – Слушай, Катя, – он наконец посмотрел на неё, и в его глазах мелькнула тень вины. – Я… я вложил их в запуск. Реклама, разработка приложения, аренда… Всё ушло туда. Но это не пропало! Мы на пороге большого дела! – На пороге? – Катя рассмеялась, но смех вышел горьким. – Ты взял почти полмиллиона наших денег, и всё, что у тебя есть, – это «порог»? Покажи хоть один контракт! Дима вздохнул и рухнул на стул, словно из него выпустили воздух. – Окей, – сказал он тихо. – Контрактов пока нет. Поставщики… они согласны работать, но хотят предоплату. А инвесторы… один отказался, другой просит больше времени. Катя замерла. Она ожидала чего-то подобного, но услышать это вслух было как удар. – То есть ты просто спустил наши деньги? – её голос дрожал. – Без договоров, без гарантий? – Не спустил! – Дима вскинулся. – Я вложил их! Это бизнес, Катя, тут всегда риски! – Это не твой бизнес! – почти крикнула она. – Это наша жизнь! Наш дом! Наша дочь! Ты хоть понимаешь, что мы можем остаться на улице?
Дима опустил голову, и на секунду Кате показалось, что он сейчас заплачет. Но вместо этого он сказал: – Я не хотел вас подставить. Правда. Я думал, что всё получится. Олег верил в меня, и я… я не мог его подвести. – Но ты подвёл, – Катя почувствовала, как слёзы жгут глаза, но сдержалась. – И его, и меня, и Соню.
Она повернулась к двери, но остановилась. – У тебя неделя, – сказала она, не оборачиваясь. – Найди способ вернуть хотя бы половину денег. Или я иду к юристу. И поверь, это не пустые слова.
Дома Катя рассказала Олегу всё. Они снова сидели на кухне, и свет от лампы казался каким-то тусклым, словно отражал их настроение. Соня спала в своей комнате, а за окном шёл мелкий дождь, стуча по подоконнику.
– Он правда всё потратил? – Олег выглядел так, будто его ударили. – Без договоров? – Да, – Катя кивнула, глядя в чашку с остывшим чаем. – И я дала ему неделю. Но, честно, я не верю, что он что-то вернёт. Олег закрыл лицо руками. – Это моя вина, – сказал он глухо. – Я должен был проверить. Должен был спросить тебя. Катя посмотрела на него. Ей хотелось кричать, обвинять, но глядя на его сгорбленные плечи, она почувствовала только усталость. – Да, должен был, – тихо сказала она. – Но теперь это неважно. Важно, что мы будем делать дальше.
Олег поднял голову, и в его глазах была решимость, которой Катя не видела раньше. – Я беру подработку, – сказал он. – Уже договорился о трёх проектах. Это даст нам тысяч сто пятьдесят за месяц. Плюс твоя зарплата – мы протянем. – А если не протянем? – Катя не хотела звучать так жёстко, но страх не отпускал. – Тогда я продам машину, – ответил Олег. – Это ещё двести тысяч. Хватит на несколько платежей. А там… я найду способ.
Катя кивнула, но внутри всё ещё кипела обида. Не только на Диму, но и на Олега. Почему он не остановился? Почему не поговорил с ней? Но сейчас не время для обвинений. Сейчас нужно было спасать их семью.
На следующий день Катя снова поехала в банк. Ирина, менеджер, встретила её с той же профессиональной улыбкой, но на этот раз Катя была готова к разговору. Она принесла все документы по ипотеке и справки о доходах.
– Мы можем подать на реструктуризацию, – сказала Ирина, изучив бумаги. – Ваш случай подходит. Это снизит ежемесячный платёж примерно на треть. Но срок кредита увеличится на два года. – Это лучше, чем потерять квартиру, – Катя попыталась улыбнуться. – А что насчёт кредитных каникул? – Каникулы возможны, но проценты будут начисляться, – Ирина посмотрела на неё с сочувствием. – Я бы советовала реструктуризацию. Это даст вам передышку.
Катя подписала документы, чувствуя, как гора с плеч сползает, но не исчезает полностью. Это была временная мера, но она давала им время. Время, чтобы найти деньги. Время, чтобы разобраться с Димой. И, может быть, время, чтобы разобраться с собой и Олегом.
Неделя прошла, как в тумане. Олег пропадал на работе, беря всё больше проектов. Катя старалась держать себя в руках ради Сони, но каждый вечер, укладывая дочку спать, она думала о том, как всё могло бы быть иначе. Если бы Олег спросил её. Если бы они решили вместе.
Вечером седьмого дня Дима сам пришёл к ним домой. Катя открыла дверь и замерла, увидев его. Он выглядел уставшим, с тёмными кругами под глазами, но в руках держал конверт.
– Я привёз, – сказал он, протягивая конверт. – Это не всё, но… сто пятьдесят тысяч. Всё, что смог собрать. Катя взяла конверт, не веря своим глазам. – Откуда? – спросила она, открывая его. Внутри были наличные, аккуратно сложенные. – Продал машину, – Дима пожал плечами, но в его голосе не было привычной бравады. – И договорился с одним поставщиком. Он дал аванс за будущие поставки. Остальное… я работаю над этим.
Олег вышел из кухни и посмотрел на брата. – Дим, – сказал он тихо, – ты не обязан был… – Обязан, – перебил Дима. – Я втянул вас в это. И я сделаю всё, чтобы вернуть остальное.
Катя посмотрела на него, потом на Олега. Она хотела сказать что-то резкое, но вдруг почувствовала, что злость уходит. Дима выглядел искренним. Впервые за всё время он не пытался оправдываться или обещать золотые горы.
– Спасибо, – наконец сказала она. – Это… это важно. Дима кивнул и ушёл, оставив их с Олегом наедине.
Вечером они сидели на кухне, пересчитывая деньги. Сто пятьдесят тысяч – это не решало проблему, но давало надежду. Олег взял Катю за руку. – Прости меня, – сказал он тихо. – Я подвёл тебя. И Соню. Катя посмотрела на него. В его глазах была боль, но и решимость. – Я тоже виновата, – призналась она. – Я могла настоять на разговоре раньше. Могла остановить тебя. Но я просто… доверяла тебе. – И я это разрушил, – Олег опустил голову. – Не разрушил, – Катя сжала его руку. – Мы всё ещё здесь. Вместе. И мы справимся.
Они долго молчали, слушая, как дождь стучит по окнам. Потом Катя сказала: – Давай договоримся. Больше никаких решений за спиной друг у друга. Всё обсуждаем вместе. – Договорились, – Олег улыбнулся, и впервые за долгое время его улыбка была тёплой, настоящей.
Через месяц реструктуризация ипотеки была одобрена. Платежи стали меньше, и с подработкой Олега они смогли покрывать их без паники. Дима, к удивлению Кати, сдержал слово – через два месяца он вернул ещё сто тысяч, продав часть оборудования, которое купил для своего стартапа. Бизнес не взлетел, но и не рухнул окончательно – Дима нашёл нового инвестора, который согласился поддержать проект.
Но для Кати и Олега это уже не имело значения. Они пересмотрели свои приоритеты. Стали откладывать деньги не только на ипотеку, но и на небольшой «фонд безопасности». Начали больше говорить – не только о деньгах, но и о том, что чувствуют, чего боятся, о чём мечтают.
Однажды вечером, когда Соня уже спала. За окном шёл снег, и кухня казалась особенно уютной. – Знаешь, – сказала Катя, глядя на Олега, – я боялась, что мы не переживём это. – Я тоже, – признался он. – Но мы справились. Вместе. Катя улыбнулась. – Вместе, – повторила она. – И больше никаких сюрпризов. – Обещаю, – Олег поцеловал её, и в этот момент Катя почувствовала, что их маленький мир, несмотря на все трещины, стал крепче, чем раньше.
Для вас с любовью: