– А документы на асфальт есть? Покажи! Двор общий, дедуля!
– Дедуля? Да я тебе щас покажу, кто здесь дедуля! Молокосос несчастный!
Иван Иванович, седой мужчина в выцветшей куртке, размахивал руками перед капотом белой Лады Гранты. За рулём сидел Сергей Петрович, лет сорока пяти, с напряжённым лицом и сжатыми кулаками на руле.
– Слушай, старик, я опаздываю на работу! Места свободного не было!
– Свободного? А моя Лада куда делась? Я на пять минут в аптеку сбегал!
– Не знаю я про твою Ладу! Приехал, место свободное, встал!
Иван Иванович обошёл Гранту кругом, заглядывая под бампер, проверяя, не поцарапана ли краска его старенькой, но ухоженной девятки. Машина стояла в стороне, у самого забора, явно перемещённая наспех.
– Ты мне чуть бампер не снёс, когда втискивался!
– Ничего я не снёс! Сам не умеешь парковаться!
– Да я паркуюсь, когда ты ещё под стол пешком ходил!
Из подъезда выглянула Раиса Фёдоровна в халате и тапочках. Увидев разборки, тут же подошла ближе. За ней потянулись ещё несколько соседей. Двор пятиэтажки был небольшой, новости разлетались моментально.
– Опять скандалят, – проворчала Раиса Фёдоровна. – С утра пораньше орут как резаные.
– А что случилось? – спросила молодая мама с коляской.
– Да всё то же. Война за парковку во дворе, как всегда.
Сергей Петрович наконец заглушил двигатель и вылез из машины. Роста он был среднего, но крепкого телосложения. В спортивной куртке и джинсах выглядел моложе своих лет.
– Иван Иванович, ну чего вы кипятитесь? Место же освободилось!
– Освободилось? А завтра что будет? Опять придёшь, а я где встану?
– А вы раньше вставайте! Кто раньше встал, того и тапки!
Иван Иванович покраснел. Жилы на шее вздулись.
– Тапки? Да ты, щенок, даже не знаешь, сколько я за эти места боролся! Когда двор асфальтировали, кто денег скидывался? Когда парковку размечали, кто с управляйкой ругался?
– Не знаю и знать не хочу! По закону все равны!
Толпа соседей росла. Кто-то сочувственно кивал Ивану Ивановичу, кто-то поддерживал молодого. Раиса Фёдоровна философски заметила:
– Вот и живём. Конфликт соседей из-за парковки каждый день. То один, то другой. А места всё нет и не будет.
Геннадий Петрович с третьего этажа, мужик здоровенный, работавший грузчиком, подошёл к спорщикам.
– Мужики, чего шумите? Весь двор подняли.
– Да вот, – Иван Иванович ткнул пальцем в Сергея, – новенький решил, что может где хочет, там и ставить!
– А что, место занято было? – поинтересовался Геннадий.
– Ну да, моя машина тут стояла!
– А документы есть на место?
Иван Иванович растерялся. Геннадий продолжил:
– Нет документов, значит, общее место. Кто первый приехал, тот и встал.
– Ты чью сторону держишь? – возмутился Иван Иванович.
– Я правды держусь. У самого проблемы с парковкой у дома. Понимаю всех.
Сергей Петрович почувствовал поддержку и расправил плечи.
– Вот видите! Нормальный человек сказал!
– Нормальный? – взвился Иван Иванович. – Генка, да ты сам каждый день мне под окнами встаёшь! Я молчу, потому что сосед!
– Где встаю, там и встаю, – пожал плечами Геннадий. – Свободные места.
Разговор начал выходить из берегов. Сергей Петрович понял, что опоздание на работу неизбежно, и решил довести дело до конца.
– Иван Иванович, давайте по-человечески. Я же не специально. Просто место было свободное.
– Свободное, свободное! А если я в больницу поеду, место тоже свободным будет?
– Ну не знаю я, в больницу вы или в магазин! Машины нет, место пустое!
– Так, значит, каждый раз, как отъеду, ты тут будешь вставать?
– А что тут такого?
Иван Иванович понял, что разговор зашёл в тупик. Махнул рукой и пошёл к своей машине.
– Запомни, молодой, я просто так не сдаюсь. Найду способ.
– А я не боюсь! – крикнул ему вслед Сергей.
Толпа стала расходиться. Раиса Фёдоровна покачала головой:
– Ох и будут же теперь друг другу пакостить. Видела я таких.
К обеду весь дом узнал о конфликте. В общем чате дома в ВК кто-то выложил фото обеих машин с подписью: «А у нас во дворе новая война началась». Комментарии посыпались один за другим.
«Старые хрычи совсем зажрались», написал кто-то.
«А молодые хамы вообще наглеют», ответил другой.
«Может, управляйке напишем? Пусть решают», предложила Раиса Фёдоровна.
«Да что управляйка решит? Места больше не станет», философски заметил дядя Вася с первого этажа.
На следующее утро Иван Иванович встал в половине седьмого. Выглянул в окно, увидел, что Гранты нет, и довольно улыбнулся. Оделся, спустился и поставил свою девятку точно на то же место. Привязал к антенне красную тряпочку, чтобы издалека видно было.
В восемь утра приехал Сергей Петрович. Увидел знакомую картину и выругался. Место занято, а свободных поблизости нет. Пришлось ставить у дальнего подъезда, откуда до его квартиры идти минут десять.
Вечером Сергей нашёл Ивана Ивановича у почтовых ящиков.
– Нехорошо получается, Иван Иванович.
– А что нехорошо? Своё место занял.
– Какое своё? Общее же место!
– Было общее, стало моё. Раньше встаю, значит, заслужил.
Сергей крепко сжал кулаки, но сдержался. Пожилого человека бить не хотелось.
– А если я завтра раньше встану?
– Попробуй, – усмехнулся Иван Иванович. – Я в шесть встаю уже сорок лет. На пенсии особо спешить некуда.
Эта фраза окончательно разозлила Сергея. Он развернулся и ушёл, хлопнув дверью подъезда.
На следующий день Сергей встал в пять утра. Выехал из дому в половине шестого и уже в шесть был во дворе. Место пустовало. Поставил Гранту и довольно хмыкнул.
В половине седьмого появился Иван Иванович. Увидел белую машину на своём месте и чуть не задохнулся от возмущения. Обошёл машину кругом, заглянул внутрь. Потом достал из кармана листок бумаги и засунул под дворник.
«Молодой человек! Вы поставили машину на моё постоянное место. Прошу убрать и больше не повторять. Жилец квартиры 23. И.И. Волков».
Сергей записку обнаружил вечером. Прочёл и скомкал.
– Постоянное место! – пробормотал он. – Ишь ты, барин нашёлся!
Назревал серьёзный конфликт соседей из-за парковки. Война за парковку во дворе переходила в новую стадию.
На следующее утро под дворник Лады была засунута ответная записка: «Дедушка! Двор общий, места общие. Учите матчасть! Кв. 47. С.П. Морозов».
Иван Иванович записку прочёл и побагровел. «Дедушка!» Да как он смеет! Вечером он долго стоял у окна, наблюдая за Грантой. Около одиннадцати Сергей вышел к машине, что-то достал из багажника и ушёл.
Иван Иванович спустился вниз. Подошёл к машине и внимательно её осмотрел. Новая, кредитная наверняка. Глянцевая краска, литые диски. И стоит, зараза, точно на его месте.
Утром Сергей обнаружил, что все четыре колеса слегка спущены. Не до конца, но ехать нельзя. Пришлось вызывать шиномонтаж.
– Это что за детский сад? – кипятился Сергей, дожидаясь мастера. – Золотовалютные запасы тратить на дядю Васю из шиномонтажа!
Мастер приехал, подкачал колёса и внимательно их осмотрел.
– Никто ничего не прокалывал, – сообщил он. – Просто золотники чуть-чуть откручены были. Воздух медленно выходил.
– А кто мог это сделать?
– Да любой. Колпачки открутил, золотники чуть сдвинул, колпачки обратно. Минутное дело.
Сергей заплатил мастеру и задумался. Значит, Иван Иванович решил играть по-крупному. Ну что же, двое могут играть в эту игру.
Вечером очередь спускать колёса дошла до Лады. Иван Иванович утром долго ругался, вызывал того же мастера и платил те же деньги.
– Опять золотники? – поинтересовался мастер.
– Да, представляешь!
– Это вы с кем-то воюете?
– Да так, сосед один хамоватый.
– Ну-ну, смотрите, а то дальше хуже будет.
Мастер оказался прав. Через день на Гранте появилась длинная царапина по всей левой стороне. Сергей обнаружил её вечером и взвыл.
– Твою мать! Да он что, совсем офонарел?
Царапина была глубокой, до металла. Предстояла серьёзная покраска. Сергей сфотографировал повреждения, написал заявление в полицию и отправился к участковому.
Участковый, дядька усталый и равнодушный, выслушал заявление и вздохнул.
– Свидетели есть?
– Да откуда свидетели? Ночью поцарапал!
– Доказательства?
– А что за доказательства? Во дворе кроме нас никого нет с машинами!
– Это не доказательство. Может, и не он вовсе.
– А кто тогда?
– Вандализм машин дело обычное. Хулиганы, пьяные. Мало ли.
Участковый завёл дело, но особого энтузиазма не проявил. Сергей понял, что рассчитывать особо не на что.
Домой он шёл злой и решительный. Если полиция не поможет, значит, будет решать сам. Что делать если испортили машину во дворе? Отвечать тем же!
На следующий день на Ладе появилась ещё более впечатляющая царапина. Иван Иванович аж присел, когда её увидел. Царапина шла от фары до задней двери, захватывая две детали кузова.
– Сволочь! – прошипел он. – Да я тебе покажу!
Теперь война шла на полное уничтожение. Каждое утро кто-то из соседей обнаруживал новые повреждения. То спущенные колёса, то царапины, то вмятины на кузове.
Весь двор следил за развитием конфликта. В чате ВК только и говорили, что о войне машин.
«Совсем одурели», писала Раиса Фёдоровна.
«Надо управляйке пожаловаться», предлагали другие.
«Полицию вызывать пора», советовали третьи.
Но никто ничего конкретного не предпринимал. Бытовые конфликты в многоквартирном доме дело привычное. Пусть сами разбираются.
Геннадий Петрович пару раз пытался помирить враждующих, но безуспешно.
– Иван Иваныч, может, хватит уже? Машины жалко же!
– А пусть на место не лезет! Я ему русским языком объяснял!
– Серёга, да брось ты! Деньги тратишь на ремонт, нервы мотаешь!
– Он первый начал! Пусть первый и заканчивает!
Кульминация наступила в пятницу утром. Сергей вышел к машине и обомлел. Все четыре колеса были не просто спущены, а разрезаны. Длинные порезы зияли в боковинах покрышек как раны.
– Мать твою! – завопил он. – Да что же это такое!
К крикам сбежались соседи. Раиса Фёдоровна ахнула, Геннадий присвистнул, молодая мамаша с коляской покачала головой.
– Это уже слишком, – сказал Геннадий. – Это же тысяч двадцать на новую резину.
– Да я его убью! – бесновался Сергей. – Где этот псих? Волков, выходи, сволочь!
Иван Иванович действительно вышел из подъезда, но вид у него был странный. Растерянный какой-то.
– Сергей, а ты чего орёшь?
– Чего ору? А шины мои видел?
– Какие шины?
Иван Иванович подошёл к Гранте и тоже ахнул.
– Ой, батюшки! Да кто ж такое сделал?
– Не прикидывайся! Сам сделал!
– Да я что, с ума сошёл? Зачем мне шины резать?
В голосе старика звучала искренняя растерянность. Сергей вгляделся в его лицо и засомневался.
– А кто тогда?
– Да откуда я знаю?
Тут из третьего подъезда вышел Виктор Семёнович Грачев, мужик лет шестидесяти, с кислым лицом и вечно недовольным выражением.
– А-а, опять концерты устраиваете? – проворчал он. – С утра до вечера скандалят!
– Дядь Витя, – обратился к нему Геннадий, – а вы случайно ничего не видели ночью? У Сергея шины порезали.
– А что я должен видеть? Сплю я ночью, как нормальные люди.
Но в голосе Виктора было что-то неискреннее. Геннадий это заметил.
– А вы давно не спите из-за машин под окном?
– А что, нормально спать нельзя? Всю ночь хлопают дверями, сигналят!
Сергей вдруг понял, в чём дело.
– Так это вы шины резали?
– С чего это я? Доказательства есть?
Но Виктор покраснел и стал пятиться к подъезду.
– Стойте! – крикнул Сергей. – Это же вы! Вы и царапины делали!
– Ничего я не делал! Отстаньте!
Виктор Семёнович попытался скрыться в подъезде, но Геннадий его остановил.
– Дядь Витя, ну зачем? Машины-то при чём?
– При чём, при чём! – взвился Виктор. – Да вы под моими окнами каждую ночь тусовку устраиваете! То один приедет в час ночи, хлопнет дверью, то другой в пять утра заведётся, прогреется полчаса! Спать невозможно! А вы ещё и деретесь каждый день!
Повисла тишина. Соседи переглянулись. Действительно, окна Виктора Семёновича выходили прямо на парковку. И Сергей частенько приезжал поздно с работы, а Иван Иванович любил прогревать машину по утрам.
– Так вы могли бы сказать, – растерянно проговорил Сергей.
– А я не говорил? В чат писал, к вам подходил! Да вы только ругаетесь друг с другом, никого не слышите!
Иван Иванович вспомнил:
– А ведь правда подходил. Я думал, он к вам претензии имеет, – кивнул он на Сергея.
– А я думал, он на вашей стороне, – отозвался Сергей.
Виктор Семёнович стоял, опустив голову.
– Извините, – тихо сказал он. – Я не хотел так. Просто достали совсем. Не сплю уже месяц нормально.
Геннадий покачал головой:
– Эх, дядь Витя, надо было прямо говорить. Мы же люди понимающие.
– Да какие вы понимающие! Сами месяц воюете!
Это было справедливо. Сергей и Иван Иванович переглянулись. В глазах у обоих была усталость и растерянность.
– Получается, мы зря друг друга... – начал было Сергей.
– Зря, – кивнул Иван Иванович. – Совсем зря.
Толпа соседей молчала. Раиса Фёдоровна первой нарушила тишину:
– Вот видите, к чему довели? Человек от бессонницы озверел.
Виктор Семёнович поднял голову:
– Я деньги на шины дам. Честное слово. Просто... можно потише как-то?
Сергей вдруг почувствовал себя неловко. Месяц войны, испорченные машины, потраченные деньги, а в итоге виноваты все трое. И Виктор прав, надо было потише.
– Ладно, дядь Витя, – сказал он. – С шинами разберёмся. А вы скажите прямо, что вас беспокоит.
– Да я уже сказал. Ночью хлопаете дверями, утром прогреваетесь под окнами.
– А днём мы вам не мешаем? – спросил Иван Иванович.
– Днём нормально. Я днём на работе.
Сергей задумался. Решение было простым.
– А что если я буду ставить машину не под вашими окнами? Вон там, у забора место есть.
– Хорошее дело, – кивнул Геннадий. – А Иван Иваныч может утром не прогреваться, а сразу ехать.
– Могу, – согласился старик. – Если у меня будет место постоянное.
Виктор Семёнович с надеждой посмотрел на них:
– Правда можете?
– А что нам, жалко? – пожал плечами Сергей. – Лишь бы без войны.
Геннадий улыбнулся:
– Вот и договорились. А то совсем одурели уже. Отношения с соседями портить из-за куска асфальта.
Толпа стала расходиться. Остались только три главных героя истории. Постояли молча, каждый думал о своём.
– Виктор Семёнович, – наконец сказал Сергей, – а вы правда деньги на шины дадите?
– Дам, конечно. Только не все сразу. По частям.
– Да ладно, не торопитесь, – неожиданно сказал Иван Иванович. – Я половину скину. Тоже виноват.
Сергей посмотрел на него удивлённо:
– Серьёзно?
– А что, жалко? Сам машину царапал, сам и плачу.
Они ещё постояли, осмысливая произошедшее.
– Знаете что, – сказал Сергей, – а давайте так и сделаем. Я у забора ставлю, вы, Иван Иванович, на своём привычном месте, а прогреваться ездите к воротам.
– Можно и так, – согласился старик. – Место привычное освободится.
Виктор Семёнович облегчённо вздохнул:
– Спасибо, мужики. А то я уже совсем с ума сходил от бессонницы.
Вечером Сергей действительно поставил машину у забора. Иван Иванович занял своё место у подъезда, но утром завёлся и сразу поехал, не прогреваясь.
Через неделю они встретились у почтовых ящиков. Помолчали, потом Иван Иванович спросил:
– Ну как, устраивает новое место?
– Нормально, – ответил Сергей. – Даже ближе к выезду получается. А вы не замерзаете утром?
– Да ладно, привык уже. Завёлся и поехал.
Помолчали ещё.
– А Витя как, не жалуется больше? – поинтересовался Сергей.
– Не слышал чтобы. Видимо, спит теперь.
– Это хорошо.
Иван Иванович посмотрел на Сергея:
– Слушай, а ведь глупо получилось. Месяц воевали, деньги тратили, нервы мотали. А можно было сразу договориться.
– Да уж, – усмехнулся Сергей. – Я думал, вы принципиальный такой, место своё защищаете.
– А я думал, ты молодой наглый, старших не уважаешь.
– Получается, оба дураки.
– Получается, что так.
Они рассмеялись. Первый раз за месяц рассмеялись, общаясь друг с другом.
– Знаете что, Иван Иванович, – сказал Сергей, – если вдруг вам место понадобится ещё где-то, скажите. Я не буду возражать.
– И вы скажите, если что. Жизнь в многоквартирном доме штука сложная, а соседей себе не выбираешь.
– Не выбираешь, это точно.
Они разошлись по квартирам. А на следующий день Сергей увидел, что Иван Иванович оставил ему записку на лобовом стекле: «Сергей! Завтра с утра до вечера дома не будет. Если место понадобится, можете ставить на моё. И.И.»
Сергей улыбнулся и написал ответную записку: «Спасибо, Иван Иванович. Может, как-нибудь вместе к Виктору Семёновичу сходим? Узнаем, как дела, не мешаем ли чем? С.П.»
Истории из жизни бывают разные. Иногда соседи становятся врагами из-за пустяка, иногда враги становятся если не друзьями, то хотя бы нормальными соседями. Проблемы с парковкой у дома никуда не делись. Мест всё так же не хватает, машин меньше не стало.
Но теперь, встречаясь во дворе, Иван Иванович и Сергей Петрович здороваются. Виктор Семёнович высыпается и больше не портит чужие машины. А жильцы дома поняли: прежде чем воевать, стоит попробовать договориться.
– Слушай, Иван Иванович, – сказал как-то Сергей, помогая старику донести из магазина тяжёлые сумки, – а ведь место во дворе действительно можно было поделить по-честному.
– Можно было, – согласился тот. – Только мы тогда были слишком принципиальными.
– Принципиальными или глупыми?
– Наверное, и то, и другое. Но зато теперь умнее стали.
– Будем надеяться.