Начало:
Предыдущая глава:
- Егор, а что ты думаешь, насчёт контракта с "Уралспецприбор"? - Задала вопрос мне Алёна. Шло совещание руководителей отделов и служб.
- Нормально думаю. Там люди серьёзные работают, с оборонкой связанные. Эти химичить точно не будут. Если только мы не нахимичим. - Ответил ей, глядя при этом на Зайцева. Тот заёрзал. Я продолжал на него смотреть в упор, сидя по другую сторону стола.
- У меня всё нормально. Вот текст контракта.
- Я рад за Вас, Марк Вячеславович. Если у Вас действительно всё нормально, тогда остаётся только заключить этот контракт. Это очень серьёзное дело. Тем более страна взяла курс на импортозамещение. А у нас не мало именно импортных материалов и уже чувствуется их нехватка. Так ведь, Марк Вячеславович?
- Да, наверное. Но об этом лучше спросить не у меня, а у технического директора. - Ответил Зайцев и ослабил галстук, как будто ему дышать стало труднее.
- Конечно, спросим, Марк Вячеславович. Но и Вы должны проникнуться всей серьёзностью ситуации. Мы же не в бирюльки играем, Марк Вячеславович! У Алёны Алексеевны серьёзный бизнес.
Заметил, что Малюта, приехавший в офис за полчаса до начала совещания, смотрит на меня. Потом перевёл взгляд на Зайцева. Вновь на меня и вопросительно изогнул брови. Я усмехнулся. Отрицательно качнул головой.
- Егор Александрович. - Осуждающе смотрела на меня Алёна. - У нас производственное совещание.
- Я очень хорошо понимаю, что у нас производственное совещание. Именно поэтому я и приехал сюда с документами по кабельному заводу, который некие шибко умные товарищи, которые нам явно не товарищи, а натуральные прохиндеи, пытаются нам впарить. Причём за цену, которая в три, если не в четыре раза больше, что стоит это старье и развалины. Господа, прошу внимания. Мы с Алёной Алексеевной, не нашли в результате разговора тет-а-тет, консенсуса. Она всё же не отказывается от идеи кабельного завода. Хотя нам проще вложиться и построить такой завод с нуля, чем тратить практически те же деньги на реанимацию того, что уже давно умерло.
- Я не совсем согласна, Егор. Я смотрела отчёты по этому заводу. Там не всё так плохо. И вообще, об этом мы могли бы поговорить с тобой в более приватной обстановке.
- Обязательно поговорим, особенно в приватной обстановке, Алёна Алексеевна. Я предлагаю соломоново решение этого вопроса. Давайте закажем аудит в двух независимых конторах. С обязательным участием технических специалистов по оборудованию и инженеров. Инженеров обязательно, чтобы они сделали расчёты по строениям и коммуникациям. И на основании заключений специалистов и будем принимать решение.
- Я за это. - Поднял руку финансовый директор, Эдуард Самуилович, который специально прилетел из Москвы. Руки начали поднимать остальные. Зайцев смотрел то на других присутствующих на совещании, то на Алёну. Потом взглянул на меня. Я поднял руку. Он вновь взглянул на мою жену. Та сидела недовольная. Я усмехнулся. Посмотрел вновь на Зайцева.
- А Вы, Марк Вячеславович? - Спросил я.
- Прошу прощения, но я не совсем в курсе по поводу кабельного завода.
- Это плохо, Марк Вячеславович. А надо быть в курсе. Это очень серьёзная инвестиция. На несколько сотен миллионов, хотя я думаю даже больше. - Я открыл кейс и вытащил оттуда проект контракта, на покупку кабельного завода. - Ознакомьтесь, Марк Вячеславович. Мне интересно узнать, Ваше мнение. Я думаю, что и Алёне Алексеевне тоже очень интересно будет послушать Вас. Это не букеты дарить или кофе пить в разных кафе с владелицей холдинга. Там много ума не надо. А вот здесь очень даже надо иметь голову. - После моих слов Малюта более пристально посмотрел на Зайцева. Перевёл взгляд на Алёну и поднял тоже руку.
- Дядь Коля и ты тоже? - Задала вопрос Алёна, глядя на Николая Васильевича.
- Да. Я тоже за предложение Егора. - Все смотрели на саму хозяйку. Алёна, взглянула на меня недовольно, поджала губки, но кивнула.
- Хорошо. Давайте закажем аудит и инженерно-техническую проверку предприятия.
Я остался довольным. Всё же меня зелёная пупырчатая жаба давила, такие деньги выбрасывать на непонятно что. Нет, кабельный завод, это очень хорошее вложение, но не до такой же степени.
По дороге домой, Алёна молчала. Я тоже. Поглядывал на неё и улыбался. Дома она меня стала игнорировать. Не смотрела и не разговаривала. Анна Тимофеевна вопросительно взглянула на меня. Я усмехнулся и отрицательно мотнул головой. Потом Алёна занималась с детьми. Сашка притащил мне то, что они собрали с дедом из конструктора. Кран и машина. Я его похвалил.
- Мы с дедом собиали. - Букву "Р" Сашка иногда глотал. Поиграли с ним в крановщика и водителя самосвала. Груз был кубики, которые грузили на машину с помощью крана.
- Пап, а мы с бабой смотри, что нарисовали. - К нам присоединилась Анечка. Показала мне рисунки. Избушка на краю леса. Рядом несколько человек.
- А это кто? - Спросил её. Сашка сидел рядом со мной на полу и тоже смотрел на рисунки сестры.
- Это ты пап. Это мама. Это деда Коля. Это баба Аня. Это Сашка, я и баба Маша.
- Очень реалистично нарисовано, дорогая. Креативно.
Вечером, когда готовились ко сну, Алёна продолжала меня игнорировать. Я сел на постель. Смотрел на неё.
- Алёнушка! Ты меня игнорируешь? Что за детский сад, памперсы на лямках?
- Знаешь, Егор. - Она осталась в нижнем белье. В руках держала ночную, короткую рубашку. - Я думала мы с тобой вместе. Думаем в унисон, дышим. А оказалось...
- А что оказалось, дорогая? Мы и так с тобой вместе. Думаем в унисон. Не всегда, но в большинстве случаев. Дышим вместе. Спим вместе. Любовью вместе занимаемся и даже детей рожаем вместе. Ты основная роженица, а на подхвате, но всё равно рядом и за тебя переживаю. Так в чём дело, Алёна? Или ты злишься из-за кабельного?
- Я думала, ты меня поддержишь!
- Я тебя готов поддержать. Но там, где это рационально и разумно.
- То есть, я, по твоему, поступаю не разумно?
- В некотором смысле. Я же не отказываюсь от твоей идеи инвестировать в завод. Но, Алёна, деньги нужно вкладывать разумно. Давай примем решение после аудита и заключения специалистов. Я не против, Алёна. Но если окажется, что новый, с нуля завод построить будет стоить столько же, сколько уйдёт на реставрацию, то лучше это сделать. Построить по последнему слову современных технологий.
Алёна села рядом со мной на постель. Некоторое время молчала, раздумывая. Потом вздохнула.
- Хорошо, Егор. Давай так и сделаем. Наверное ты прав.
В конечно итоге, по заключениям двух независимых экспертиз и рекомендаций было принято решение всё же купить этот завод, но цену у его бывших хозяев мы снизили в два раза. С этим был я полностью согласен. Начался этап переоборудования и перестройки всего комплекса завода. Мы даже под это дело получили государственный беспроцентный кредит. Производства были нужны. А не только торговые комплексы и рынки.
Ещё через неделю в коридоре офиса встретил Соню. Она была одета по дресс-коду. Серьёзная и деловая мадам. Всё верно, Софья уже третий год работала в юридическом отделе. Всё же я сумел убедить её заняться работой по той профессии, на которую она училась. И Софья очень не плохо справлялась. На этот раз я заметил, что она злая, хотя старалась держать себя в руках.
- Сонь, что случилось? - Тормознул её.
- А со мной что-то должно было случиться? - Я смотрел, как крылышки её носика трепещут.
- Наверное, раз ты такая взъерошенная и злая.
- Знаешь, Егор, я скорее всего уволюсь. Решила написать заявление по собственному.
- Так. С этого места поподробней.
Соня оглянулась на суетящийся офисный планктон. Я всё понял. Взял её под локоток.
- Пошли, кофейка попьём. Тут напротив есть неплохое кафе.
- Сейчас рабочее время, Мороз. Обед уже прошёл. И с этим делом очень строго.
- Ничего. Считай у нас будет деловая беседа по поводу заключения очередного контракта с кем-нибудь. С кем, потом придумаю. Не суетись. Пошли, говорю.
Сидели с ней в кафе. Себе я заказал просто капучино, Софья латте. Оказалось она его очень любит. И Соня рассказала мне интересные вещи, которые происходят в юридической службе холдинга. Не знаю, чем думал зайчик, это Который Марк Вячеславович, но она работал, как оказалось, на два фронта. Пытался мою жену соблазнить, а ещё подбивал клинья к Софье. Нет, насчёт Сони, это нормально. Всё же она представляла собой образец молодой, стильной и красивой женщины. Тут всё понятно. Не понятно было почему он именно так стал бить клинья. Сначала букетики, потом приглашения в кафе, потом в ресторан. Причём в ресторан всё настойчивей. Соня культурно его попыталась отшить, ибо он оказался не в её вкусе, и вообще она сама выбирает себе мужчин, а не её выбирают. Тогда зайцев перешёл к откровенному шантажу. Софья, когда всё же решила завязать с криминальным прошлым и начать нормальную трудовую деятельность, не скрывала, что хочет сделать карьеру. И меня это радовало. Зайцев тоже это просёк и стал давить на молодую женщину, что если хочет продвижения по карьерной лестнице, то должна быть к нему более лояльной и уступчивой. Соню такие заявления сначала шокировали, потом разозлили, так как она посчитала себя униженной.
- Так что, Егор, я напишу сегодня заявление по собственному. Я не собираюсь этого напыщенного хлыща ублажать. Я не шл...а!
- Не надо торопится, дорогая. Есть запись?
- Какая запись?
- Аудиозапись вашего с Зайцевым разговора? Сонь, это очень серьёзно. На лицо вопиющее нарушение корпоративной этики. И ты же знаешь, подписывала документ, что интимные отношения между сотрудниками запрещены. Это не касается семейных пар и тех пар, кто уже живёт совместно. Но даже в этом случае, такие отношения в рабочее время запрещены. Дома пожалуйста. Хоть запрыгайтесь на батуте. А здесь нет. Так же запрещены служебные романы, так как это может негативно сказаться на работе сотрудников. А у тебя вообще, фактически склонение к интиму через служебные отношения.
- Я не делала аудиозаписи.
- Надо сделать, Соня. Нужны доказательства. И я решу вопрос. Я тебя сюда сватал работать не для того, чтобы кто-то стал тебя принуждать к такому б...у. Сделаешь? Я знаю, ты сможешь вывезти Зайчика на откровенный разговор. ты же умница-разумница.
- Я не знаю, Егор.
- Скажи, ты хочешь работать в компании?
- Если честно, то да, хочу. Мне здесь очень нравится.
- Тогда надо сделать. Сонь, тебе уже тридцать. Пора подниматься по карьерной лестнице. Я уверен, что ты сможешь заменить этого зайчика-попрыгайчика на его должности. Три года ты уже отработала. И ты себя очень хорошо показала. Руководитель юридической службы о тебе очень хорошо отзывается. так что всё в твоих руках.
Вечером,когда возвращались с Алёной домой, она спросила меня:
- Ты с Соней был в кафе. Так ведь?
- Оперативно тебе настучали, душа моя. Да, был... Алёна, только не надо так на меня смотреть. Соня не является твоей соперницей за некоего мужчину, тебе хорошо известного. У нас с ней был деловой разговор.
- Деловой?
- Деловой, Алёна. Ты мне не веришь?.. Кстати, а кто тебе настучал?
- Я тебе верю. А кто настучал... Мало ли кто. Просто вы сидели в кафе во время рабочего времени. А рабочее время, Егор, тратят не на распивание латте и капучино, а исключительно на работу.
- Вот мы как раз именно о рабочих отношениях и говорили.
- И о чём именно?
- Не сейчас, Алёна.
- Не поняла???
- Не сейчас. Я же сказал. Но ты обязательно узнаешь, о чём мы говорили. Я не хочу быть голословным.
- Как интересно.
- Алёна, ты мне доверяешь?
- Доверяю. Я же сказала.
- Вот и доверяй. Всё узнаешь. Я тебе обещаю. Это не касается на прямую тебя или меня. Это касается самой Сони.
- Хорошо...
Этим же вечером Марк Зайцев зашёл в один ресторан, поужинать. Там увидел руководителя юридической компании "Эврика", своего бывшего босса. Тот пригласил его за свой столик. Марк сел, сделал заказ. Когда заказ принесли и принялся ужинать, бывший босс спросил его:
- Ну как тебе работается в холдинге Шагаевых, Марк?
- Нормально. есть большие перспективы... - Он прожевал кусочек мяса. запил его глотком вина из бокала. - Только вот Морозов этот... - Он замолчал. Бывший босс посмотрел на него заинтересованно.
- А что ты не поделил с мужем Алёны Шагаевой? - Марк промолчал, продолжая есть бефстроганов. - Подожди, Марк... Ты что, включил своего мачо и пытаешься соблазнить хозяйку?
- Алёна красивая женщина. И у неё много возможностей. Почему бы этим не воспользоваться. - Ответил Зайцев. Шеф юридической компании положил на стол вилку и столовый ножик, с помощью которых ел прожаренный стейк. Внимательно смотрел на бывшего подчинённого. Покачал головой.
- Да, Марк. Ты хоть понимаешь, куда ты сунул свою голову?
- Куда я её сунул? Пока ещё никуда.
- Да нет. Сунул. И я не ошибусь, если предположу, что в лице Морозова ты получил врага. Марк, послушай меня. Алёну Алексеевну стерегут два натуральных цербера. Один из них её муж, второй это Малюта. Шеф её СБ. И кто из них опасней, я даже затрудняюсь сказать. Малюта действует как каток, который просто вгонит тебя в асфальт. Жёстко действует. И сантиментами не стардает, в отношении всего, что касается Шагаевой. А вот Морозов, тот действует более изощрённо. Он в лоб не пойдёт, но в итоге, может смешать тебя с дерьмом. Пример с Кириллом Бородиным тебе в помощь. С бывшим женихом Шагаевой, если ты не в курсе. Люди до сих пор понят этот скандал. Очень умный молодой человек.
- Я пока ничего такого не сделал. Просто подарил Алёне букет цветов. Хотел пригласить в кафе на чашечку кофе. Правда она отказалась.
- Ты это называешь ничего??? - Мужчина усмехнулся. - Ну-ну...
Через три дня, Софья принесла мне цифровой диктофон. Положила на стол в моём кабинете. Села на стул. Я взял микрофон в руки и включил запись. очень внимательно её прослушал. Усмехнулся, взглянув на Соню.
- Молодец какая, Сонечка. Я же говорил, что ты сможешь. Значит в ресторан согласилась с ним сходить?
- Пришлось. Очень осторожный скунс. В ресторане он выпил вина и стал менее осторожным. Говорил, что скоро станет руководителем всей юридической службы и меня сделает замом. Сволочь!
Я засмеялся.
- Никаким руководителем он не будет. Об этом даже разговора не было. А теперь точно не будет. Что было после ресторана?
- Я сослалась, что у меня критические дни и поэтому ночи любви не будет. Что в следующий раз непременно. Извинилась и сумела избавится от него. естественно этого на диктофоне нет.
Спустя полчаса я зашёл в Алёне в кабинет. Она разговаривала с финансовым директором. Оба посмотрели на меня.
- Егор?
- Я вижу ты занята. Я приду чуть попозже.
- У тебя срочное?
- Как сказать. Ты хотела знать о чём я разговаривал с Софьей в кафе, несколько дней назад.
- Да, я помню. Пожалуйста, Егор, через полчаса.
Через полчаса она позвонила мне по внутреннеё связи. Я вновь зашёл в её кабинет. Сел за стол и выложил цифровой диктофон.
- Сначала послушай, запись разговора. Потом будешь мне задавать вопросы. Но я думаю ты и сама всё поймёшь. - Сказал ей.
Она включила диктофон. Слушала внимательно. Потом посмотрела на меня.
- Зайцев разговаривает с Соней?
- Совершенно точно. Вот об этом и был у нас с ней разговор. Она собиралась увольняться, так как наш зайчик-попрыгайчик, используя своё служебное положение стал склонять Софи к сожительству, обещая ей продвижение по карьерной лестнице. А для неё это не приемлемо. Соня девочка гордая. И умная. И хотела сама добиться карьерного роста. За счёт своих мозгов, а не за счёт того, что между ног. И если это всплывёт, произойдёт утечка информации, то репутация холдинга может серьёзно пострадать. Зайчик наплевал на трудовой контракт. Решил устанавливать здесь свои порядки. Это грубейшее нарушение корпоративной этики, Алёна.
Супруга сузила глаза. Они у неё потемнели. Она сидела и пальчиками правой руки постукивала по столешнице. Я знал такое выражение лица у Алёны. Она была в бешенстве. По внутренней связи вызвала к себе руководителя юридической службы. Дала прослушать ему разговор. У того чуть глаза из орбит не выскочили.
- Алёна Алексеевна, Вы собираетесь уволить меня? - Спросил он.
- Нет. У меня и в мыслях этого не было, Роберт Витальевич. Но некто решил уже заблаговременно этот вопрос. Только не могу понять как он хотел Вас пододвинуть.
Потом вызвали самого Зайцева. Когда он зашел, сесть ему никто не предложил. Роберт Витальевич смотрел на своего зама довольно враждебно и его взгляд ничего Зайцеву хорошего не обещал. Марку дали прослушать запись. Тот побледнел.
- Я надеюсь, Марк Вячеславович, что после такого, работать Вы больше в моей компании не сможете. - Сказала Алёна.
- А я позабочусь, чтобы в городе и в области тоже, да и в Москве у меня тоже связи есть, ты даже дворником не устроишься. - Добавил Роберт Витальевич. Он был очень возмущён, что кто-то его уже списал со счетов.
- Заявление напишите сейчас и здесь. Расчёт получите сегодня. Это всё, господин Зайцев. И скажите спасибо, что Софья на Вас заявление не стала писать. А то Вами занялась бы полиция... Либо начальник службы безопасности холдинга, Николай Васильевич Малюта. Мне ещё не хватало, чтобы в моей компании женщин принуждали к прос.титу.ции такими грязными методами. - Презрительно закончила Алёна. Я глядя на балбеса только усмехнулся. Да, идиот, вот такая лажа у тебя приключилась. А нечего слюни пускать на чужих жён. Женись сам и пускай слюни на свою жену, слова никто не скажет...
Спустя несколько дней после происшедшего, гуляли всем семейством в парке.
- Егор, я воды куплю. Что-то пить захотелось. - Сказала Алёна и пошла к небольшому павильону. Мы с детьми продолжили одти дальше. Аня каталась на самокате, а я катил на трёхколёсном велосипеде Сашку. В какой-то момент Аня, уехавшая вперёд, остановилась и куда-то всматривалась. Я подошёл ближе. Подкатил сына на велосипеде. Сашка тоже замер, глядя туда же, куда и смотрела Аня. Смотрели они на лавочку. Но на ней никто не сидел. Вообще никого не было. До лавочки было метров двадцать.
- Папа? - Сказала дочь.
- Что? Куда вы смотрите?
-Там рядом со скамейкой мама сидит. В такой каталке на колёсиках. Пап, а почему она там сиджит? Она же за водой пошла.
Сашка тоже кивнул и указал пальчиком на скамейку.
- Мама. - Сказал он.
- Дети, вы смеётесь? Специально решили меня разыграть? Там никого нет. Тем более, вашей матери.
- Как нет, пап? Вон она сидит, на нас смотрит.
- Перестаньте. - Я оглянулся. Увидел Алёну. Она шла к нам с бутылкой воды. остановилась, открыла её, сделала несколько глотков и вновь пошла к нам. - Вон мама идёт.
Дети оглянулись. Увидели Алёну. Посмотрели друг на друга, потом опять на лавочку.
- Ой, а где мама? - Удивлённо спросила Аня. - Пап, но я правда видела маму в каталке, как у дяденек и тётенек, которые ходить сами не могут и их катают.
- Аня, там никого нет. Пойдёмте по другой дорожке. - Мы свернули на другую дорожку. Аня понеслась на своём самокате. Я за рукоятку, которая крепилась позади велосипеда, катил на нём сына. Сашка пару раз обернулся, на то место, где по их словам они увидели свою мать. Но потом стал вновь крутить свои педали. Я же задумался. Что-то знакомое... Вспомнил, как Алёна мне рассказывала свой сон, где она видела меня и двух детей, мальчика и девочку. Я гулял с ними. А потом к нам подошла она сама. Только не на инвалидном кресле, а саама подошла, опираясь на тросточку.
-Егор, подождите меня. - Услышал я супругу. остановился. Подошла Алёна. Взяла меня под руку. Я оглянулся на лавочку. М-да. Бывает же такое. Вот только сон Алёны оказался не совсем точным. Во сне Алёна, хоть и шла на своих двоих, но опиралась на трость. А здесь нет. Значит в чём-то сон соврал. И это хорошо.
Мы шли некоторое время. Алёна смотрела, как дочь катается на самокате. Открыла вновь бутылку с водой и сделала несколько глотков.
- Чего это тебя жажда одолела, Алён? - Спросил её. она закрыла бутылку крышкой и положила в сумочку.
- Его, я хочу тебе кое-что сказать. - Она остановилась. На меня старалась не смотреть. Вообще она сегодня какая-то странная была.
- Что-то случилось? - Я тоже остановился. Она некоторое время молчала, смотрела куда-то мимо меня. - Алёна, посмотри на меня. Ты меня пугаешь. Что случилось? - Она посмотрела на меня. Увидел, что в её глазах стала скапливаться влага. - да говори же, что случилось?
- Случилось, Егор. Я не специально. Не планировала, но... Егор, я беременная. Подожди. Я знаю, что ты не хочешь, чтобы меня опять, как ты тогда сказал, кромсали. И врачи предупреждали, что третья беременность не желательная. Но я не могу избавится от него. Я хочу сохранить. Понимаешь, он уже живёт во мне. Я не могу убить своё дитя... Своё и твоё, Егор.
Сказать, что я был в шоке, это ничего не сказать. Вроде предохранялись. Но... Алёна настояла у врачей, что ребёнка она хочет сохранить. Причём, чем больше времени проходило, тем она яростнёё защищала ещё не родившееся дитя. Я смирился. Как смирились и Николай Васильевич и Анна Тимофеевна. Только моя бабушка была довольная.
- Правильно внученька, грех это, дитя убивать. Не бойся, я тебе помогу. - Говорила она и готовила, заваривала какие-то травки, делала взвары и настойки для Алёны. Пару раз была угроза выкидыша. Но всё обошлось. Через девять месяцев Алёна родила мальчика. Я стал многодетным папашей. Аня больше всех суетилась. Катала коляску с братом. Помогала Алёне или бабушке Анне пеленать малыша. Помогала купать его. Качала, когда он засыпал. И что самое интересное. Чем старше он становился тем всё больше в нём проявлялись черты Николая Васильевича. На меня Костик походил мало. Чуть больше на Алёну, но в основном на своего деда. Только глаза были ярко-синими, как у его матери. Как-то вечером, когда малышня улеглась спать. Спал и самый младший Морозов-Шагаев, я обнял Алёну. Стал тихо в пол голоса говорить:
Я прижмусь к тебе- крепко-крепко,
Ты согреешь меня собой.
Ночи скомканная этикетка
Загорится огнём - свечой.
Я вдохну в себя, я впитаю,
Твоей нежности лёгкий бриз...
Осторожненько - шаг по-краю-
Ты исполнишь любой каприз.
Мы с тобой - как одно дыханье,
Как слиянье двух рек в одну.
Жизнь готовит нам вновь испытанье-
Я дрожанье свечи храню...
Алёна смотрела на меня, улыбаясь.
- Ты помнишь да? - Спросила она.
- Я запомнил это на всю жизнь. Спасибо тебе родная. Спасибо за всё. За то, что ты есть. Спасибо за детей. Это очень и очень много для счастья. - Она потянулась ко мне губами. Поцелуй был нежным и долгим...
Вот, как то так...
КОНЕЦ.