Третий альбом Black Sabbath делался в интересное и плодотворное для группы время. Группа уже имела за плечами успешный альбом “Black Sabbath” и суперуспешный “Paranoid” (оба 1970), росла в техническом плане, обретала всё новую славу – и при этом пока не вступила в полосу злоключений, связанных с алкоголем, н*ркотиками, делишками недобросовестного менеджмента и творческими кризисами. Группа стремительно профессионализировалась и постепенно шагала на всё более новые качественные уровни. Одним из таких шагов и стал альбом 1971 года.
Если первые два альбома были в известной степени оперативной и довольно поспешной записью материала, отработанного на живых концертах, то сейчас группа получила возможность больше посидеть в студии, подумать, поэкспериментировать и сделать что-то принципиально новое. Билл Уорд вспоминает:
«На первом альбоме у нас было два дня на всё, и почти не осталось времени на Paranoid. Но теперь мы могли не торопиться и пробовать разные вещи. Мы все с радостью воспользовались этой возможностью: Тони добавил классические гитарные партии, бас Гизера стал практически вдвое мощнее, я взял бас-бочки побольше, экспериментируя с наложениями. И Оззи спел гораздо лучше.
(…)
Я считаю, что Master Of Reality был намного тяжелее всего, что мы пробовали раньше. Мы были гораздо увереннее в себе и очень хотели использовать это по полной. На предыдущих двух альбомах у нас было так мало времени, что мы могли только записываться как живая группа — в этом, по крайней мере, и заключалась наша сила. Мы отыграли так много концертов, что были очень сыгранны. А тут был первый раз, когда у нас не было запланированных концертов, и мы могли просто сосредоточиться на том, чтобы постараться сделать альбом особым».
Для записи альбома была выбрана Island Studios (Лондон) – та же студия, где доделывался “Paranoid”. Запись длилась с февраля по апрель 1971 года – продолжительное время по сравнению с сессиями предыдущих альбомов. Продюсером выступил Роджер Бэйн, делавший с группой обе первые пластинки (“Master of Reality” стал его последней работой для Саббат).
Атмосфера была непринуждённой, но не слишком – вредные привычки пока что не настолько довлели над музыкантами. Гизер Батлер:
«Не буду притворяться, что алкоголя и н*ркотиков не было, ведь мы тоже этим увлекались. Но тогда мы всё ещё могли контролировать свои привычки. Я мог сдерживать себя в студии, так что это не влияло на мою игру. Я мог выпить в пабе и знать меру. Это стало проблемой лишь несколько лет спустя. Запись третьего альбома была важнее, чем изменение сознания».
Музыканты пошли на эксперимент. Для некоторых треков Айомми понизил настройку гитары на 1,5 тона – в поисках более тяжёлого, мрачного и объёмного звучания, а также с целью облегчить зажимание струн (сказывалась полученная ранее травма). Общая концепция написания песен в целом оставалась той же, что и раньше – вокал следует за риффами, которые играют главную роль. Альбом следовал линии, нащупанной музыкантами ранее, но куда глубже уходил в область низов, лоу-фай-звучания, тьмы, грубости и мяса. Можно сказать, что Айомми вообще не очень жаловал гитарные соло (особенно на раннем этапе творчества), но здесь они (как, пожалуй, и мелодии, спетые Осборном) просто потонули в басовых и ритмических партиях, отпечатывающихся в памяти сильнее всего.
Альбом вышел достаточно коротким (34:29) и включал всего 8 треков. Если отбросить инструменталы “Embryo” и “Orchid”, служащие как бы увертюрами для последующих песен, то «полноценных» треков получается всего 6 общей длиной в 32 минуты. Коротко, но… насколько интенсивно и мощно это вышло. Что же вошло в «содержательную» часть?
SWEET LEAF. Альбом открывает кашель неудачно затянувшегося косяком Айомми, переходящий в одну из известнейших песен, навсегда поселившуюся в концертных сет-листах Саббатов. «Сладкий лист» – ода и настоящий гимн траве, а также пример того, насколько порой легко и походя делаются тексты большинством западных рокеров. Батлер в интервью журналу “Guitar World ” (2001 год) вспоминал следующее:
«Я помню, как писал «Sweet Leaf» в студии. Я только что вернулся из Дублина, а у них были сигареты Sweet Afton, которые можно было купить только в Ирландии. Мы думали: «О чём бы мы могли написать?» Я достаю пачку сигарет, и, открывая её, вижу на крышке надпись: «Это самый сладкий лист, который даёт тебе вкус». Я думаю: «А, Sweet Leaf!».
Вкупе с историей о том, как ранее песня “Walpurgis” (о шабаше ведьм) быстро и без особых проблем превратилась в антивоенную “War Pigs”, это лишний раз подтверждает, что тексты в западном роке вообще и у Саббат в частности нередко играли вспомогательную роль по отношению к музыке, которой отводилось первое место. В этом свете порой непросто понять, какие тексты являются серьёзным отражением внутреннего мира и мыслей авторов, а какие написаны просто чтобы что-нибудь пелось. Если б не отсылка к не-табаку, который веселит курильщика больше, чем надо, песню можно было бы считать предвестником легендарной композиции Цоя про пачку сигарет, с которой «всё не так уж плохо на сегодняшний день» (шутка).
Музыкально “Sweet Leaf” представляет собой неспешный, однообразный и довольно занудный рифф, идущий всю песню без ускорения, замедления и какого-либо развития. Наложенная на него вокальная мелодия тоже не блещет разнообразием и красотой. Быстрая часть в середине выглядит абсолютно инородным телом, не продолжающим логику композиции, а встроенным, видимо, затем, чтобы слушатель не заснул. Вообще – из всего наследия Саббат это одна из моих нелюбимых песен, и я искренне не понимаю, как она стала популярной, попала в число лучших и игралась столь долго как группой, так и сольно Осборном.
AFTER FOREVER – а это как раз пример текста, написанного не на коленке под пачку сигарет, а в попытке осмыслить мир и бытие в нём Бога и человека. Как бы в ответ на посыпавшиеся после первого альбома обвинения в сатанизме, группа выдала христианский текст:
Возможно, ты подумаешь, прежде чем сказать
«Бог умер и исчез»
Открой глаза, просто осознай
Что Он — тот самый
Единственный, кто может спасти тебя сейчас
От всего этого греха и ненависти
Или ты будешь насмехаться над всем, что слышишь?
Впрочем, и здесь каждый слышал то, что хотел и что имел внутри. Христиане слышали христианское, хулители слышали хулу, сомневающиеся слышали сомнение, и ругань вокруг группы не прекращалась. Что ж – черный пиар всё равно пиар, а желающий разобраться разберётся.
Музыка “After Forever” показывает, насколько эти люди умели опередить своё время – в данном случае они, пока ещё не зная того, изобрели рэпкор лет за 18 до его официального появления. Когда в 1994 году ряд тяжёлых групп того времени собрался отдать дань уважения Саббатам и сделал известнейший трибьют “Nativity In Black”, песня “After Forever” была взята нью-йоркскими рэпкорщиками Biohazard. И вы знаете – она прозвучала так, будто под них и была написана. Впоследствии они с удовольствием играли её и на концертах, и она абсолютно не диссонировала с остальными их песнями. Вообще (и это подтвердило в том числе последнее прощальное шоу, где саббатовская классика игралась многими представителями тяжёлой сцены) песни Black Sabbath отлично интегрируются в куда более поздние жанры и в творчество других групп, и “Master of Reality” как раз полон таких пьес.
EMBRYO переходящая в CHILDREN OF THE GRAVE (как правило, Айомми и на концертах держался этой последовательности) – известнейший динамичный хэви-металлический номер, одна из лучших и легендарных вещей, даже и сама по себе оправдывающая существование этого альбома. Ещё один антивоенный памфлет, музыка которого позволяет наглядно проследить динамику развития тяжёлого рока. При даже небольшом сопоставлении в этом ритмическом рисунке угадывается утяжелённый и разогнанный ритм-н-блюз, отсылающий в прошлое к стандартам этого жанра (да хоть к тому же “Hit the Road Jack”). В будущем при некотором ускорении из этих ритмов и риффов получаются образчики новой волны хэви-металла (вроде “Running Free” (Iron Maiden)), при ещё большем ускорении и утяжелении – уже спид- и трэш-металлические номера вроде “The Four Hosemen” (Metallica).
LORD OF THIS WORLD – пьеса неспешная, но не нудная, исполненная внутреннего напряжения, выплёскивающаяся в припеве. Ещё один повод для «блюстителей морали» попенять группе за сатанизм. Название трека (как отчасти и название пластинки) отсылает к князю мира сего, но текст открывает нам, скорее, христианскую проповедь, пусть и изложенную от имени противной стороны:
Твой мир был создан для тебя кем-то свыше.
Но вместо любви ты выбираешь злые пути.
Ты сделал меня хозяином мира, в котором ты существуешь.
Душа, которую я забрал у тебя, даже не хватилась тебя.
Ты думаешь, что ты невинен, тебе нечего бояться.
Ты говоришь, что не знаешь меня, но разве это не ясно?
Ты обращаешься ко мне со всей своей мирской жадностью и гордыней.
Но повернёшься ли ты ко мне, когда придёт твоя очередь умирать?
Князь мира сего, повелитель зла,
Князь мира сего - теперь он твой исповедник.
Человек выбрал зло – значит, человеку страдать, иметь дело с бесами, идти в ад и платить за свои грехи. Именно эта мысль неоднократно встречается в саббатовских текстах на религиозные темы (см. в том числе “Sabbath Bloody Sabbath”) и не позволяет отнести группу в лагерь одиозных последователей по тяжёлой сцене.
SOLITUDE – единственная нетяжёлая вещь альбома, одинокий плач об ушедшей возлюбленной. Айомми играет здесь на флейте и клавишах, показывая, что не так всё однозначно и просто в стане первых металлистов, и предвосхищая дальнейшие, более сложные и мелодичные альбомы. Песня становится передышкой перед мощным финалом.
INTO THE VOID – атомная, тяжёлая, агрессивная вещь, выделяющаяся даже на фоне остального, ни фига не лёгкого и не светлого альбома. Мрачное эскапистское повествование о том, что на Земле всё пропало, тут войны, загрязнение и печаль, и пора бы сесть в ероплан в космический корабль и улететь отсюда к едрени фени. Песня, тоже музыкально очень опередившая своё время и впоследствии перепетая в т.ч., например, Soundgarden.
С этой песней, которую я имел возможность слышать и вживую, связано одно хорошее воспоминание. Во время сольного концерта Оззи Осборне 2010 года в Москве публика наловчилась ближе к концу скандировать “One more song!”, и Оззи, расслышав это, скандировал вместе с ней. Когда пришла пора уходить, он сказал примерно следующее: вы охренительно крутая публика… к сожалению, пора нам прощаться… хотя знаете, что… ONE MORE SONG! ONE MORE SONG! Похоже, что это было не очень запланировано и выбивалось из графика, поскольку гитаристы крутили пальцами у виска, но Оззи был в угаре, и его было не остановить. И тогда на зал обрушилась как раз “Into the Void” – и живьём, да ещё в исполнении двух гитаристов вместо одного она действительно была атомным взрывом, который не утратил своей энергии по прошествии десятков лет.
В целом из первых 6 легендарных альбомов Black Sabbath этот альбом мне нравится меньше всех – так сказать, худший из лучших. Он не очень богат мелодически, его даже при желании можно было бы назвать примитивным, но… по прошествии лет, после стольких всходов в истории тяжёлой музыки, выросших на этой почве, после стольких исполнений разным звуком и разными составами ему волей-неволей отдаёшь должное как крепко сделанной интересной пластинке.
“Master Of Reality” стал последним из тройки самых известных и продаваемых альбомов группы, песни с которого массово звучали на концертах в последующие годы. Саббатам предстояло перейти к менее продаваемым, более сложным, но и более интересным и продуманным альбомам 1972 – 1975 годов, а также столкнуться с проблемами организационного и внутреннего характера. Но место в истории рока как новаторы, изобретатели и мастера своего дела они, несомненно, заслужили уже тогда, с третьим альбомом.