Какое это имеет отношение к партнерству? Дело в том, что для большинства людей партнерство это травматические переживания. Почему? Например, потому что может быть очень большой зазор между представлением и ожиданием от партнера и реальной ситуацией. Второе - в случае сильного, глубокого эмоционального контакта с партнером моя собственная реакция на партнера может быть совершенно неожиданной. Может вдруг выясниться, что с партнером (или партнершей), я могу себя повести так, как я вообще от себя не ожидаю. У того, кто был в браке, скорее всего, такой опыт был. Как следствие, может оказаться, что у вас есть отдельная стратегия поведения, которая включается исключительно в партнерстве. А вы эту стратегию не учитываете. Например, вами овладевают какие-то определенные эмоции или паттерны поведения, и в результате вы можете исполнять бог знает чего.
Как это относится к резилентности? Впрямую. Потому что эта ситуация в партнерстве может быть не только деструктивной, но и конструктивной. Такое редко, но бывает. Бывают такие ситуации в партнерстве, когда вдруг у вас возникает дополнительный очаг головного мозга, который возвращает вас в какие-то приятные ранние детские полусознательные состояния. Эту ситуацию надо использовать. Можно эти воспоминания специально культивировать и вспоминать, а потом при желании воспроизводить, когда потребуется дополнительный психический ресурс.
Например, про это рассказывают люди, которые занимаются настоящей, не попсовой тантрой. Они описывают оргазм, например, не как ситуацию "кончил и отвалил", а как специальное вибрационное пространство, где можно находиться, и внутри которого можно двигаться. То есть, если люди реально практикуют с одним партнером много лет, это практика будет перевешивать любые деструктивные состояния.
Люди, которые аутентично и легитимно эти практики передают, всегда упоминают, что в тантре есть парные практики, которые позволяют вам просто удовольствие от секса превратить в вибрационное пространство, из которого можно много чего делать. А потом, может, и секс уже будет не нужен. Но это потом. А начать можно через отношения. Так это или нет, я проверить пока не могу, пока это нарратема. Но нарратема с намеком на реальность. Потому что я таких людей видел, которые в паре практикуют. Там пространство резилентности такое, что любое травматическое переживание переваривается по щелчку пальца.
Посмотрите на ютубе документальный фильм про Гарчена Ринпоче. Он просидел в китайской тюрьме 20 лет, и, по его собственным словам, у него ненависть была такая, что он готов был просто глотки перерезать, плюс у него были две попытки суицида. А потом он встретил мастера, который научил его состоянию, где любые травматические переживания типа ощущения несправедливости мира вообще не имеют никакого значения. И он на ретритах пытается эти состояния передавать. Гарчен Ринпоче это серьезный мастер, от которого можно это состояние словить. Если кому-то удастся его запомнить и воспроизвести, это сэкономит тучу денег на психотерапии.
В нашем скромном случае общий контур резилентности примерно можно обрисовать через понимание, каких состояний не хватило, чтобы быть субъектным. Т.е. когда вы были несубъектны, у этого была причина в виде состояния. И хорошо бы понимать, каких именно состояний не хватило. Прям вспоминать и называть, чего именно не хватило для поддержания субъектности. Тогда это будет самый общий профиль резилентности. Это, конечно, только начало, но тогда вы хотя вы будете понимать, что у вас есть дефицитарные типы состояний, которые неплохо бы культивировать. Тогда практика культивации этих состояний будет вашей не просто потому, что так модно, а потому что это культивирует резилентность, т.е. в рамках целевой стратегии. И тогда станет понятно, какие состояния нужны именно вам, а не вообще.
У меня есть предположение, что естественная резилентность характерна для примитивных народов. У которых нет большого культурного бэкграунда и критического барьера. Максимально резилентные люди – это сектанты, которые верят своему гуру. Они максимально резилентны. Им по барабану. Если у тебя стопроцентная вера во что-нибудь, ты максимально резилентен. Никакого травматического переживания.
Я видел людей во время службы в армии, у которых раны после осколочного ранения затягиваются на раз-два. Это люди из южных республик, которые вообще не рефлексируют, что происходит. Им старший сказал, что через три дня пройдет, оно и реально проходит. Так работает архаичное сознание, которое по своей сути коллективное, не персональное. В том смысле, что свое ядро не сформировалось.
Но у нас есть возможность это ядро сформировать, убирая с управленческой позиции средства массовой информации и прочих политиков, и присвоить это ядро себе. А в архаичном обществе такого нет. Там нет отдельных персон. Там есть коллективные тела. Центр управления тотально делегирован.
Такая же ситуация со всякими индийскими йогами, которые протыкают себе щеки, носы и половые органы. И люди, которые занимаются так называемым искусством перформанса. Как тот “артист”, который себе яйца прибил к красной площади. Он не чувствовал боли. Потому что у него ощущение, что он большой творец, который творит перформанс мирового уровня. Это резилентность. Или, например, когда менеджеры среднего звена руководство говорит походить босиком по углям. Они пройдут. Люди с критическим мышлением ноги обожгут. А фанатики, которые очень сильно верят тренеру, не обжигают. Но там установка такая. Мол, если вы ноги обожгли, значит вы плохо тренировались, вы плохой. А если вы хорошие, т.е. верите на 100%, то вы ноги не обожгли.
Андрей Двоскин , цитаты из новой книги "Футуропия"