Первый раз я увидел его в августе этого года на Донбассе. Мы общались с молодыми парнями из Рембата «Эспаньолы», когда подошел крепкий, богатырского склада боец, чтобы послушать наш разговор. Он стоял, оперевшись на металлический поручень, и по-доброму улыбался своей светлой улыбкой. Нас за столом к тому моменту было трое. А могучая фигура этого парня, будто бы нависала сверху, и заполняла все помещение. Во время разговора он то и дело вставлял какие-то безупречно точные, прочно вшитые в ткань темы реплики. А я, к своему стыду, даже не смог спросить у него позывной. Постеснялся, что ли. «Мы когда приходили, с 2022 года, мы сюда шли не за деньгами, не за славой. Мы сюда шли, чтобы свою жизнь продать подороже, — говорил могучий парень, как обычно в тот день, к месту. — У нас тогда из 40 человек — ни одного отказника не было, «Эспаньола» когда собралась. Почему? Потому что не за деньги. Потому что дали тебе ствол, каску какую-то трофейную, и броник хрен пойми какой, и ты пошел в окопы». Е