– Внуков мы будем видеть каждый день, переезжайте к нам в дом, – Николай Петрович поставил чашку на стол так решительно, что та звякнула о блюдце. – Зачем вам эта съемная квартира за тридцать тысяч? У нас места хватит.
Елена почувствовала, как сжимается желудок. Она искоса взглянула на Андрея, но муж молча разглядывал свои руки.
– Папа, мы об этом не договаривались, – тихо сказал он наконец.
– А о чем тут договариваться? – Тамара Ивановна поправила салфетку под вазой с яблоками. – Семья должна быть вместе. Максим в школу пошел, Светочке детский сад нужен. А вы деньги на ветер.
Максим сидел на полу рядом с дедушкиным креслом, собирая конструктор. Светлана устроилась рядом с куклой, тихонько что-то ей нашептывая. Дети словно не слышали взрослых разговоров, но Елена заметила, как сын насторожился.
– Мы еще не решили окончательно, – начала Елена, но свекор перебил ее.
– Что тут решать? Вчера Андрей сказал, что хозяин квартиры поднял цену. Сорок пять тысяч! За однушку в панельном доме! – Николай Петрович покачал головой. – А у нас дом, огород, гараж. Максим с Светочкой на свежем воздухе будут.
– Николай Петрович, мы привыкли жить самостоятельно, – осторожно сказала Елена. – И потом, мы же вас стеснять будем.
– Стеснять? – Тамара Ивановна усмехнулась. – Дом большой, комнат хватит. Вы на втором этаже устроитесь, мы внизу. Красота.
Андрей поднял глаза на жену, и в них Елена увидела мольбу. Понятно, он уже все решил, только сказать боится.
– А как же Ирина? – спросила Елена. – Ей тоже место найдется?
– Ирина взрослая девочка, у нее своя жизнь, – отмахнулся Николай Петрович. – К нам только в гости приезжает.
После этого разговора домой ехали молча. Максим заснул в автобусе, прижавшись к маминому плечу, Светлана сопела на руках у папы. Только когда дети легли спать, Елена решилась заговорить.
– Андрей, ты серьезно об этом думаешь?
– А что плохого? – Он сидел на кухне, уставившись в телефон. – Деньги сэкономим, детям лучше будет.
– Детям лучше будет? – Елена села напротив. – Или твоему отцу?
– Лена, ну что ты? Папа о нас заботится.
– Твой папа привык всеми командовать. А твоя Тамара Ивановна меня за человека не считает.
Андрей поднял глаза от телефона:
– Это ты так думаешь. Она хорошая женщина.
– Хорошая, – согласилась Елена. – Только постоянно намекает, что я плохо детей воспитываю, готовлю невкусно, а работать должна поменьше.
– Может, она права? Ты же видишь, как мы задолжали. Кредит за холодильник, Максиму форму покупать, Светлане на танцы записаться хотели.
Елена молчала. Он был прав насчет денег. За последние полгода все подорожало, а зарплата у нее не выросла ни на копейку.
На следующий день позвонила Ирина.
– Андрюш, я слышала, папа предлагает вам к нам переехать?
– Да, – коротко ответил он. – А что?
– Ничего, просто спрашиваю. – В голосе сестры слышалась странная нотка. – А вы еще не решили?
– Думаем.
– Понятно. Ну, удачи вам.
Вечером Андрей рассказал об этом звонке Елене.
– Странно она как-то спрашивала, – сказал он. – Будто что-то скрывает.
Елена пожала плечами. Ирина всегда была скрытной. С ней особо не поговоришь.
Через два дня ситуация обострилась. Сосед Олег постучал в дверь около девяти вечера.
– Слушайте, – сказал он без предисловий, – я понимаю, дети есть дети, но это уже слишком. Каждый день носятся, кричат, музыку включают.
– Олег Владимирович, – начал Андрей, – мы стараемся их контролировать.
– Контролируете? – Сосед усмехнулся. – Сегодня ваш сын в коридоре на велосипеде катался. В половине седьмого утра!
Елена почувствовала, как краснеют щеки. Максим действительно вчера просился покататься в коридоре, она разрешила, не подумав о соседях.
– Извините, больше не повторится, – сказала она.
– Надеюсь. А то поговорю с управляющей компанией.
После ухода соседа Андрей тяжело вздохнул:
– Понимаешь теперь? Мы здесь всем мешаем. А в доме у папы детям будет где разгуляться.
На выходных поехали к свекрам снова. Николай Петрович показывал комнаты на втором этаже, рассказывал, как можно обустроить детскую.
– Видите, какой простор, – говорил он. – А из окна на сад смотрят. Светочка цветочки сажать будет, Максим в футбол играть.
Действительно, дом был просторный. Три комнаты на втором этаже, большая кухня внизу, участок с яблонями и грядками. Но что-то в поведении Тамары Ивановны настораживало. Она была слишком любезной, постоянно предлагала чай, расспрашивала о детях, хвалила их.
– А соседи у вас какие? – спросила Елена.
– Хорошие, тихие, – ответил Николай Петрович. – Вон там, – он показал на соседний дом, – Вера Степановна живет. Пожилая женщина, одна. Иногда помогаем ей.
– Помогаем? – переспросила Тамара Ивановна, и в ее голосе прозвучало недовольство.
– Ну да, продукты купить, что-то по дому починить, – свекор отмахнулся. – Она же старенькая совсем.
Елена заметила, как Тамара Ивановна поджала губы, но ничего не сказала.
Вечером дома дети с восторгом рассказывали о доме дедушки.
– Мам, а там качели во дворе! – Максим прыгал вокруг стола. – И гараж большой, дедушка сказал, я могу там мастерскую устроить.
– А мне бабушка Тома комнату показала, – добавила Светлана. – Там обои с принцессами!
Дети были в восторге, и Елена понимала, что сопротивляться становится все труднее.
На следующей неделе позвонила Ирина и попросила встретиться. Они сидели в кафе рядом с Елениной работой, Ирина нервно помешивала кофе.
– Елена, я хотела с тобой поговорить о переезде.
– Слушаю.
– Ты не знаешь всей ситуации, – Ирина помолчала. – Папа не просто так зовет вас жить к себе.
– А как?
– У него с соседкой, с этой Верой Степановной, странные отношения. Она ему половину дома завещала, если он за ней ухаживать будет.
Елена удивленно подняла брови:
– Завещала?
– Да. А Тамара Ивановна об этом не в курсе. Представляешь, что будет, когда она узнает?
– И что ты предлагаешь?
– Не переезжайте. – Ирина наклонилась ближе. – Папа хочет, чтобы ты за старухой ухаживала, а сам руки чистыми оставался. Понимаешь?
Елена молчала, переваривая услышанное.
– А еще, – продолжила Ирина, – он дом на Тамару Ивановну оформил после женитьбы. Если она узнает про завещание и устроит скандал, может и к своей сестре уехать. Тогда дом останется пустой.
– А тебе-то что?
Ирина покраснела:
– Я думала... ну, я же единственная дочь. Логично, что дом мне достанется.
Вот оно что. Ирина боялась лишиться наследства.
Дома Елена долго думала над словами золовки. С одной стороны, может, Ирина и врет, завидует брату. С другой стороны, поведение свекра действительно было странным. Слишком настойчиво он их зазывал.
На следующий день она решила проверить слова Ирины. После работы заехала в район, где жили свекры, и прогулялась мимо их дома. В соседнем доме действительно жила пожилая женщина, Елена видела ее в окне. А еще она заметила, как Николай Петрович вышел из калитки соседки с пакетом в руках.
Вечером она рассказала об этом Андрею.
– Лена, ну что ты выдумываешь? – Он раздраженно покачал головой. – Папа добрый человек, помогает одинокой старушке. И что тут такого?
– А про завещание ты знал?
– Какое завещание? – Андрей нахмурился.
– Ирина говорит, что эта Вера Степановна хочет половину дома твоему отцу оставить.
– Ирина много чего говорит. – Андрей встал и пошел к холодильнику. – Она вообще странная в последнее время. То звонит каждый день, то встречаться хочет. Наверное, переживает, что мы к родителям переедем.
– Может, она права?
– В чем права?
– Что твой отец нас использует.
Андрей резко повернулся:
– Елена, хватит! Папа хочет как лучше. А ты ищешь подвох там, где его нет.
Они поссорились. Андрей ушел курить на балкон, а Елена осталась на кухне, пытаясь разобраться в своих чувствах.
На выходных опять поехали к свекрам. На этот раз Елена присматривалась внимательнее. Николай Петрович действительно несколько раз выходил к соседке. Говорил, что дрова помочь перенести нужно, потом что-то с краном у нее сломалось.
– Николай, опять к этой Вере пошел? – спросила Тамара Ивановна, когда свекор в третий раз собрался выйти.
– Да она же совсем беспомощная, – ответил он. – Кому, как не нам, ей помочь?
– Нам? – Тамара Ивановна поставила тарелки в мойку громче обычного. – Это ты помогаешь, а не мы.
– Тома, что с тобой? Раньше же не возражала.
– Раньше не каждый день туда бегал.
Елена поняла, что напряжение в семье свекров нарастает. И она почему-то была уверена, что дело не только в помощи соседке.
Вечером, когда дети играли во дворе, а мужчины смотрели футбол, Тамара Ивановна позвала Елену помочь с ужином.
– Елена, скажи честно, – начала она, нарезая хлеб, – ты хочешь к нам переезжать?
– Я не знаю, – честно ответила Елена. – С одной стороны, детям здесь лучше будет. С другой стороны...
– Понятно. – Тамара Ивановна помолчала. – А что если я скажу, что тоже не очень хочу?
Елена удивилась такой откровенности.
– Почему?
– Понимаешь, мы с Николаем привыкли жить вдвоем. У нас свой режим, свои привычки. А тут будете вы, дети. Суета, шум.
– Тогда зачем он нас зовет?
Тамара Ивановна долго молчала, потом вздохнула:
– Не знаю. Может, внуков видеть хочет. А может... – она не договорила.
– А может, что?
– Ничего, забудь.
Но Елена видела, что свекровь что-то скрывает.
Через неделю ситуация обострилась окончательно. Хозяин их квартиры прислал уведомление: либо они соглашаются на новую цену, либо съезжают до конца месяца.
– Все, решено, – сказал Андрей вечером. – Завтра звоню папе, говорю, что переезжаем.
– Подожди, – Елена села рядом. – Давай еще раз все обдумаем.
– Что тут думать? Сорок пять тысяч за эту конуру или бесплатно жить в доме. Выбор очевидный.
– А если Ирина права? Если твой отец нас использует?
– Елена! – Андрей повысил голос. – Хватит этой ерунды! Ирина завидует, вот и все.
Дети выглядывали из детской, испуганные родительскими криками.
– Мам, пап, вы ругаетесь? – тихо спросил Максим.
– Нет, солнышко, мы просто обсуждаем, – Елена обняла сына. – Ложитесь спать.
Когда дети угомонились, Андрей сел за стол и набрал номер отца.
– Папа, привет. Мы решили. Переезжаем к вам.
Елена слышала, как радостно отвечал Николай Петрович, что-то говорил про подготовку комнат, про детский сад для Светланы.
– В субботу привезем вещи, – сказал Андрей напоследок.
После разговора он подошел к жене:
– Ну все, решили. Надеюсь, ты не будешь дуться.
Елена пожала плечами. Выбора действительно не было.
В пятницу вечером позвонила Ирина. Голос у нее был взволнованный:
– Андрей, мне нужно с вами поговорить. Срочно.
– Ира, мы завтра переезжаем, некогда.
– Именно поэтому и срочно! Приезжайте, я все объясню.
Они приехали к Ирине поздно вечером, дети остались у соседки Елениной мамы.
– Садитесь, – Ирина была бледной и нервной. – Я сегодня с папой разговаривала. И с Тамарой Ивановной тоже.
– И что?
– Он правда договорился с этой Верой Степановной. Она ему не только половину дома завещала, но и деньги обещала – за уход. По пятнадцать тысяч в месяц.
Андрей нахмурился:
– Откуда у пенсионерки такие деньги?
– У нее квартира в центре сдается. Хорошие деньги приносит. – Ирина достала какие-то бумаги. – Вот, копии договоров. Я их сегодня нашла в папином столе.
Елена взяла листы, пробежала глазами. Действительно, был договор аренды на квартиру в центре города, завещание на половину дома и еще какая-то расписка.
– А Тамара Ивановна знает?
– Теперь знает. – Ирина мрачно усмехнулась. – Я ей сегодня рассказала.
– Ира! – воскликнул Андрей. – Зачем?
– А затем, что она имеет право знать, что происходит в ее доме! – Ирина встала, начала ходить по комнате. – Папа хочет, чтобы Елена за старухой ухаживала как медсестра, а сам деньги получал. Это нечестно!
– И что она сказала?
– Что завтра устроит папе разговор. И что подумает, не пора ли ей к сестре переехать.
Елена почувствовала, как сжимается сердце. Значит, завтра их ждет не радостное новоселье, а семейный скандал.
– Андрей, может, правда не стоит переезжать? – тихо сказала она.
Муж сидел, уставившись в пол, и молчал.
Домой ехали молча. Только у подъезда Елена спросила:
– Что будем делать?
– Не знаю, – честно ответил Андрей. – Утром поговорим с папой.
Но поговорить не удалось. В девять утра позвонил Николай Петрович. Голос у него был усталый и злой.
– Андрей, приезжай один. Нужно поговорить.
– А как же переезд?
– Какой переезд? Приезжай, говорю.
Андрей уехал, а Елена осталась дома с детьми. Максим спрашивал, когда они поедут к дедушке, а Светлана уже сложила свои игрушки в коробку.
Андрей вернулся через три часа. Лицо у него было мрачное.
– Ну что? – спросила Елена.
– Тамара Ивановна собрала чемоданы. Сказала, что не будет жить в доме, который наполовину чужой.
– А отец?
– Папа злится на Ирину. Говорит, что она все разрушила. А на меня злится, что я женился на тебя.
– На меня? – удивилась Елена. – А я-то тут при чем?
– Говорит, что ты Ирину настроила против него.
Елена села на диван, чувствуя, как подкашиваются ноги.
– И что теперь?
– Не знаю. Папа сказал, что пока Тамара Ивановна не успокоится, никого в дом не пустит.
Дети подошли к родителям, почувствовав напряжение.
– Пап, а когда мы переедем? – спросил Максим.
– Не переедем мы, сын. Пока не переедем.
– А почему? – Светлана готова была заплакать.
– Потому что дедушка с бабушкой поссорились, – объяснила Елена. – Им сейчас не до нас.
Вечером Андрей долго звонил то отцу, то Ирине, пытаясь что-то выяснить. Но разговоры ни к чему не приводили. Николай Петрович обвинял дочь в предательстве, Ирина стояла на своем, что поступила правильно.
– А что с Тамарой Ивановной? – спросила Елена.
– Уехала к сестре. Сказала, что вернется, когда папа откажется от этого завещания.
– А он откажется?
– Сомневаюсь. Ты же знаешь папу. Если он что-то решил, то стоит до конца.
На следующий день Елена поехала искать другую квартиру. Денег на сорок пять тысяч у них не было, но и оставаться без жилья тоже нельзя.
Вечером она рассказала Андрею, что нашла вариант за тридцать восемь тысяч, но в другом районе.
– Далеко от школы, – сказал он.
– Зато дешевле. И хозяева адекватные, на детей не жалуются.
Андрей кивнул:
– Давай берем. Все равно выхода нет.
Они переехали через неделю. Николай Петрович помог с машиной, но был мрачным и молчаливым. Тамара Ивановна так и не вернулась.
– Папа, а что с твоим планом? – спросил Андрей, когда они разгружали вещи.
– Какой план? – буркнул отец.
– Ну, с соседкой. С завещанием.
Николай Петрович остановился, поставил коробку на пол:
– Андрей, я хотел как лучше. Для всех. Вера Степановна одинокая, ей помощь нужна. Вам деньги нужны. Детям дом с садом нужен. Я думал, все будут довольны.
– А Тамара Ивановна?
– Тамара... – Отец махнул рукой. – Она обидчивая. Думает, что я ее обманул.
– А ты не обманул?
Николай Петрович посмотрел на сына:
– Я думал рассказать потом. Когда все устроится.
– Папа, так не получается. Люди имеют право знать правду сразу.
Старик вздохнул:
– Может, и имеют. Поздно уже что-то менять.
Через месяц жизнь более-менее наладилась. Квартира оказалась удобной, соседи тихими, дети привыкли к новой школе и садику. Николай Петрович приезжал по выходным, играл с внуками, помогал по хозяйству.
Тамара Ивановна так и жила у сестры. Ирина навещала отца, но отношения у них были натянутые.
Однажды вечером Николай Петрович пришел к ним с серьезным лицом.
– Андрей, Елена, я принял решение, – сказал он, садясь за стол. – Я отказываюсь от завещания Веры Степановны.
– Папа, зачем? – удивился Андрей.
– Затем, что понял: семья дороже денег. – Старик посмотрел на невестку. – Елена, извини меня. Я действительно хотел использовать тебя. Думал, ты будешь за Верой ухаживать, а я деньги получать буду. Это нехорошо было.
Елена кивнула:
– Спасибо, что честно сказали.
– Я нанял ей профессиональную сиделку. За свой счет. А завещание пусть переписывает на кого хочет.
– А Тамара Ивановна?
– Вчера звонил ей. Сказал, что завтра еду к нотариусу отказываться от завещания. Может, простит старого дурака.
Елена улыбнулась. Первый раз за долгое время она почувствовала к свекру симпатию.
– А что с домом? Мы все-таки могли бы переехать, – сказал Андрей.
– Нет, – твердо ответила Елена. – Мы нашли свое место. Пусть у нас тесновато, но это наше.
Николай Петрович одобрительно кивнул:
– Правильно. Молодая семья должна жить отдельно. А мы будем часто видеться. Максим, Светочка, – он обернулся к внукам, – дедушка каждую субботу будет приезжать. Будем в парк ходить, мороженое покупать.
– Ура! – закричали дети.
Тамара Ивановна вернулась домой на следующей неделе. Отношения с мужем у нее восстановились не сразу, но со временем все наладилось. Елене она на семейном ужине сказала:
– Извини, что поначалу к тебе плохо относилась. Думала, ты за нашим добром охотишься.
– Да что вы, – смутилась Елена. – Мы просто хотели жить спокойно.
– Теперь вижу. Андрею повезло с женой.
Ирина тоже помирилась с отцом, хотя и не сразу. Но когда поняла, что наследство ей все-таки достанется, стала приезжать чаще.
А Вера Степановна, узнав, что Николай Петрович отказался от завещания, переписала его на местную церковь. Сиделка, которую он ей нанял, оказалась хорошей женщиной, и старушка была довольна.
Елена сидела на кухне новой квартиры, слушала, как дети играют в соседней комнате, как Андрей смотрит телевизор. За окном шел осенний дождь, но в доме было тепло и уютно.
Она думала о том, что иногда самые правильные решения приходят не сразу. И что семья – это не обязательно общий дом, а общие чувства и доверие друг к другу.
***
Прошло полгода. Елена привыкла к новой квартире и даже полюбила ее уют. Дети подросли, отношения с семьей мужа наладились. Казалось, жизнь вошла в спокойное русло. Но в один октябрьский день, забирая Светлану из садика, она столкнулась с воспитательницей Натальей Викторовной. "Елена Михайловна, нам срочно нужно поговорить," - сказала женщина встревоженным голосом. "Дело касается вашей дочери. То, что она рассказывает детям о своей семье... это очень странно, читать новый рассказ...