Жизнь Анастасии и Тимура текла размеренно и предсказуемо. Оба работали в офисе и ценили тихие вечера в своей уютной двухкомнатной квартире на окраине города.
Их ритм был выверен до минуты: рабочий день, дорога домой, совместный ужин, просмотр сериала или чтение книг на диване.
Их идиллию с завидной регулярностью нарушала младшая сестра Анастасии. Виктория была полной противоположностью своей родственницы.
Шумная и импульсивная девушка жила по принципу "где хочу, там и появляюсь".
Она считала, что ее внезапные визиты — прекрасный сюрприз и проявление теплых сестринских чувств.
Однажды тихий вторничный вечер был прерван резким звонком в дверь. Тимур только что разлил по тарелкам горячий суп. Анастасия сидела за кухонным столом в ожидание ужина.
— Кто бы это мог быть? — удивленно поднял бровь мужчина.
Анастасия подошла к входной двери и, взглянув в глазок, озадаченно вздохнула:
— Это Вика. С пустыми руками и голодным блеском в глазах.
Она открыла дверь. На пороге стояла сияющая сестра в ярком пальто, которая мгновенно влетела в прихожую.
— Привет, зайки! Скучала по вам! У вас так пахнет вкусно, я просто мимо проходила, решила заглянуть! — без тени смущения объявила Вика, снимая ботинки и оставляя их посреди коридора.
— Мимо? — переспросил Тимур, скептически глядя на нее. — Ты живешь в другом районе.
— Ну, так, дела были неподалеку, — отмахнулась Виктория и проследовала на кухню. — О, суп! Я как раз есть хочу. Настя, будь добра, налей и мне тарелочку.
Анастасия молча налила суп. Ужин прошел под монолог младшей сестры. Она рассказывала о работе, о новых знакомых, планах на выходные...
Супруги молча клевали носом, мечтая о диване и тишине. После еды Виктория отодвинула тарелку, удовлетворенно выдохнула и объявила:
— Что-то я устала. Пойду прилягу на диванчике. Может, какой сериальчик посмотрим?
Не дожидаясь ответа, девушка ушла в гостиную, оставив на столе следы крошек, грязную посуду и легкий хаос. Тимур посмотрел на Анастасию усталым взглядом.
— Настя, нам нужно что-то делать. Это уже четвертый раз за две недели. Когда твоя сестра у нас в гостях, я не могу нормально отдохнуть, — пожаловался муж.
— Я знаю, — тихо ответила жена. — Я поговорю с ней.
Но разговор все время откладывался. Анастасия не знала, как подступиться к сестре, она очень сильно боялась обидеть сестру.
А Виктория приходила снова и снова. Девушка не просто ела. Она съедала все запасы йогуртов, оставленные на завтрак, уничтожала запасы сладкого, не оставляя ничего хозяевам.
После ее визитов кухня выглядела как после урагана: крошки на столе, капли соуса на столешнице, гора немытой посуды в раковине.
Сама Виктория в это время располагалась на диване и громко комментировала действия героев фильма.
Однажды чаша терпения Анастасии переполнилась. В пятницу, после тяжелой недели, когда супруги мечтали только о тишине, снова раздался звонок в дверь.
Анастасия подошла к глазку и увидела сестру. На этот раз она не шелохнулась и жестом показала Тимуру, чтобы он молчал.
Звонки стали все настойчивее, один за другим. Затем незваная гостья стала стучать.
— Насть! Тимур! Вы дома? Я вижу, что у вас свет горит! — закричала Виктория.
Анастасия стояла, прижавшись спиной к стене. Ей было стыдно и неловко, но сильнее всего она хотела, чтобы дверь оставалась закрытой.
Виктория побарабанила еще минут пять, потом что-то пробурчала под нос и ушла. В квартире воцарилась гробовая тишина.
— Видимо, поверила, что нас нет дома, — радостно прошептал Тимур.
— Надеюсь, это ее проучит, — облегченно выдохнула супруга.
Но урок не пошел впрок. Через три дня Виктория появилась снова, такая же шумная и голодная.
Она даже не упомянула тот случай, будто его и не было. Девушка влетела на кухню, где Анастасия как раз нарезала салат.
— Привет! А я вчера звонила, вас не было. Зато сегодня я вас застала! Что готовишь? Я обожаю твой салат! — затараторила родственница.
Анастасия опустила нож и посмотрела на сестру. Та беззаботно открыла холодильник в поисках вкусненького.
И в этот момент в женщине что-то щелкнуло. Все накопившееся раздражение, усталость и злость вырвались наружу.
— Вика, хватит! — ледяным голосом произнесла она.
Виктория обернулась, держа в руках банку с маринованными грибами.
— Что хватит? — непонимающе спросила девушка.
— Хватит вот так приходить, без звонка и без предупреждения! Мы устаем после работы, мы хотим отдохнуть, а не развлекать тебя и мыть за тобой гору посуды! — раздраженно проговорила Анастасия.
Младшая сестра замерла с глупой улыбкой на лице.
— Ты что, шутишь? Я же делаю вам приятно, — растерянно произнесла она.
— Нет, Виктория, нам это неприятно! — голос женщины дрогнул, но она продолжила. — Ты приходишь, съедаешь наши продукты, оставляешь после себя грязь и уходишь. Мы не успеваем за тобой убирать. Это не приятный сюрприз, это кошмар!
Улыбка с лица Виктории мгновенно исчезла. Она медленно поставила банку на стол.
— Ты хочешь сказать, что я, твоя сестра, тебе мешаю? — задумчиво произнесла девушка.
— Да, мешаешь! Ты мешаешь нашей с Тимуром жизни! У нас есть свои планы, свои дела. Мы не против тебя видеть, но предупреди хотя бы за час! Или, не знаю, предложи сходить куда-нибудь, а не просто вваливайся к нам на ужин с пустыми руками! — сердито проговорила старшая сестра.
— А, понятно! — лицо Виктории исказилось от обиды. — Дело в еде?! Жаба душит накормить родную сестру! Я думала, у нас семья, а тут, выходит, счетная палата. Не ожидала от тебя такой жадности, Настя, и того, что ты превратишься в истеричку.
— Речь не о жадности! — попыталась объяснить Анастасия, но было уже поздно.
— Ладно, я поняла все. Больше я к вам не приду. Не буду вас обременять, а то разоритесь. Сидите тут в своей затворничестве, два старых ворчуна, — язвительно ответила девушка.
Она схватила свою сумку, натянула пальто и, не попрощавшись, выскочила из квартиры, хлопнув дверью.
Анастасия замерла посреди кухни. Руки задрожали, на душе было муторно и пусто.
Тимур, услышавший ссору, вышел из комнаты и молча обнял ее. На этом общение сестер прекратилось.
Виктория удалила сестру из друзей в социальных сетях и перестала отвечать на звонки.
Через общих знакомых Анастасия узнала, что сестра теперь представляет ее жадной до еды истеричкой, которая выгнала родную сестру за порог, пожалев тарелку супа.
Первое время женщина переживала. Ей было неприятно, что ее считают такой. Она позвонила матери в поисках поддержки.
— Мама, ты же понимаешь, что я права? — взволнованно спросила Анастасия.
Людмила Петровна тяжело вздохнула в трубку:
— Доченька, она же младшая. Она по-другому не умеет. Ну потерпели бы, накормили. Сестра ведь одна...
— Мам, мне тридцать пять, а не пятнадцать. Я не обязана терпеть неуважение к себе и к своему дому, — возмущенно ответила дочь.
— Ну, вы там сами разбирайтесь, — ушла от ответа Людмила Петровна. — Я в ваши отношения лезть не буду.
Прошла неделя, другая, и Анастасия с удивлением заметила, что почувствовала не вину, а облегчение.
Вечера снова стали спокойными и предсказуемыми. После работы они с Тимуром спонтанно отправлялись в кино, не опасаясь, что Виктория нарушит их планы.
Супруги не готовили ужин на троих, переживая, что родственница все съест. В раковине не скапливалась посуда.
Они стали чаще выбираться на природу по выходным. Как-то раз, сидя у костра на берегу лесного озера, Тимур сказал:
— Знаешь, я даже не представляю, чтобы здесь делала Виктория. Наверное, кричала бы, что комар укусил, и требовала бы быстрее вернуться в город.
Анастасия улыбнулась.
— Да. Ей бы здесь было скучно, а мне вот хорошо, — расслабленно ответила она.
Однажды в магазине женщина столкнулась нос к носу с Викторией. Та увидела её, высокомерно повела носом и прошла мимо, сделав вид, что незнакома с ней.
Анастасия поймала себя на мысли, что ей все равно. Никакого желания догонять, объяснять что-то и оправдываться у нее не возникло.
Она больше не злилась на сестру. Женщина просто приняла ее такой, какая она есть, но общаться с ней больше не хотела.