Однажды, 15 января 1919 года, жители Бостона поняли, что выражение "течет медленно, как патока" — это неправда. В этот день огромный резервуар с 8,7 млн литров черной патоки (мелассы) взорвался, и на район Северного Энда обрушилась 4,5-метровая волна, несущаяся со скоростью 56 километров в час.
И нет, это не сценарий для хоррора. Это реальная история о том, как сладость превратилась в гaдocть.
Как сладкая жизнь обернулась липким кошмаром
День 15 января выдался на удивление теплым — температура поднялась до +4°C. Люди гуляли по набережной, обедали на свежем воздухе, наслаждались редким для января солнышком.
В это время на территории United States Industrial Alcohol Company стоял гигантский стальной танк — высотой с пятиэтажный дом. Внутри плескались свыше 8 млн литров черной патоки - сиропообразной жидкости со специфическим запахом, которая должна была превратиться в этиловый спирт.
Катастрофа произошла за день до ратификации 18-й поправки к Конституции США, вводящей сухой закон. Компания торопилась переработать как можно больше патоки в спирт, пока это ещё было законно. Возможно, это стало причиной перегрузки резервуара.
Анатомия катастрофы: когда физика решает пошутить
Примерно в 12:30 жители района услышали звук, который один из свидетелей описал как "рев проходящего поезда". Только поезда поблизости не было. Это был звук разрушающегося стального танка.
Высоченная волна патоки хлынула на улицы со скоростью гоночной машины. Но это была не обычная жидкость — плотность патоки в полтора раза выше воды, что означало, что эта волна имела кинетическую энергию небольшого поезда.
Представьте себе: вы мирно обедаете на скамейке, и вдруг на вас несется коричневая волна размером с трехэтажный дом.
Близлежащие здания были раздавлены, Бостонская надземная железная дорога серьезно повреждена.
Трагедия в липкой упаковке
Но за абсурдностью ситуации скрывалась настоящая трагедия. 21 человек не выжили, около 150 пострадали. Некоторые - от удара первой волны или от обломков, другие утонули в густой коричневой массе.
Спасательные работы затянулись на четыре дня. Многие из погибших были так покрыты патокой, что их трудно было узнать. Других жертв унесло в Бостонскую гавань, и их находили через три-четыре месяца после катастрофы.
Представьте себе работу спасателей. Обычно говорят: "Время — деньги", но здесь время буквально означало жизнь или смерть. Только вместо того чтобы бороться с водой или огнем, людям приходилось продираться через густую патоку, которая на морозе становилась еще гуще. Спасателям приходилось использовать лопаты и кирки чтобы добраться до людей.
Очистка Бостона от патоки была трудоемким и медленным процессом, который включал в себя тщательное мытье улиц, дома, метро и даже телефонные кабины. А гавань не удавалось очистить до лета.
Теории заговора и реальная правда
Сразу после катастрофы поползли конспирологические теории. Анархисты! Диверсия! Компания United States Industrial Alcohol изо всех сил пыталась свалить вину на неких злодеев. Жаль, хакеров тогда не было, а то на них бы спихнули.
Но реальность оказалась банальнее. Физика и халатность объединились, и родилась авария. Резервуар был построен без должных расчётов, из стали низкого качества, без достаточного содержания марганца. Ответственный за строительство — Артур Джелл — даже не имел инженерного образования.
Кстати, резервуар протекал с самого начала, и местные жители приходили к нему с ведрами, чтобы собирать вытекающую патоку — настолько очевидной была проблема.
А теперь самое интересное: теплая погода сыграла роль катализатора. Патока расширилась, давление внутри резервуара возросло, и конструкция просто не выдержала.
Судебная эпопея
119 жителей подали коллективный иск против United States Industrial Alcohol Company. Это считается важной вехой в истории американского правосудия.
Судебный процесс длился шесть лет.
В итоге компанию признали виновной и заставили выплатить компенсацию на общую сумму 628 тысяч долларов (примерно 10,5 млн долларов по нынешнему курсу). Средства распределялись между пострадавшими семьями и владельцами разрушенного имущества. Сумма по тем временам была приличной, но вряд ли могла компенсировать всю гopeчь ситуации.
Говорят, что запах патоки держался в районе месяцами. И это при том, что зимой в Бостоне не самый теплый климат. Жители района, вероятно, долго не могли спокойно смотреть на пряники и прочие сладости.
Наследие липкого апокалипсиса
Великий потоп мелассы в итоге привел к серьезным изменениям в строительных нормах. Бедствие подтолкнуло штаты к обеспечению безопасного проектирования критически важной инфраструктуры. До этого инженеры могли строить здания и сооружения просто "на глазок", как дачники собирают сарай из того, что нашлось в гараже.
После Великого паточного потопа появились требования к обязательному привлечению лицензированных инженеров, расчетам нагрузок и прочим скучным, но жизненно важным вещам.
На месте танка теперь находится городской рекреационный комплекс с официальным названием Лэнгон-парк. Небольшая мемориальная табличка напоминает о трагедии.
Современные параллели и выводы
История Великого бостонского потопа — это не просто интересный исторический факт. Это напоминание о том, что происходит, когда корпорации экономят на безопасности.
Поэтому в следующий раз, когда услышите про "оптимизацию расходов на безопасность" или "упрощение технических стандартов", вспомните про тот январский день в Бостоне, когда сладкая патока превратилась в массового у-б-и-й-ц-у.