Чтобы стать генералом, нужно быть внуком генерала. Чтобы стать адмиралом, нужно быть внуком адмирала.
Но не все желающие могут похвастаться соответствующими дедушками, и не у всех адмиралов есть внуки...
И тогда возникает альтернативный социальный лифт - можно жениться... на внучке адмирала!
Александру Даниловичу Меншикову (фельдмаршалу и адмиралу) с мужским полом в семье не повезло - из троих сыновей выжил один, брат умер в юности, внуков не дождался, а племянников и вовсе не народилось. Зато Данилычево женское племя процветало - две дочери, три сестры, племянницы.
Понятно, что из желающих стать генералами и адмиралами за Меншиковских забором выстроилась длинная очередь.
Старшая племянница - Анна Яковлевна, в 1716 году вышла замуж за скромного флотского поручика Александра Ивановича Леонтьева.
Ну как скромного... Леонтьев был родственником царя Петра I. А Меншиков с давних пор лелеял мечту породниться с царствующим домом.
Однако дальнейшие события показали, что не всегда высокопоставленные родственники - от всех бед ответ.
Тем более, если муж - моряк, подолгу отсутствующий...
Анна Яковлевна, вероятно, привлекательная женщина - к сожалению, привлекла не только мужа... но и его коллег.
В июне 1717 года муж и жена обратились к светлейшему за защитой. Александр Леонтьев жаловался на Василия Ржевского и его брата Матвея, что оба они, в его, Леонтьева, отсутствие, «всякими ругательными шутками и досадами» изводили жену, «давая всем знать, что будто бы она многих любила». Кроме того, «князь Николай Гагин (чаю, больше по того же моего злодея наученью), приходя дважды, склонял жену мою, чтобы она ево любила»
Все по-разному получают от жизни свою порцию адреналина. Кто на Пик Коммунизма карабкается. Кто с акулами плавает. Ну а некоторые решили поприставать к племяннице Меншикова. (я бы, конечно, на их месте лучше к акулам поприставала)
Александр Данилович проявил в этом деле несвойственную ему законопослушность. Негодников он не поволок драть плетьми на конюшне - а написал своему приятелю, адмиралу Апраксину - чтобы тот, наконец, разобрался с моральным обликом сотрудников. Провел беседу, пропесочил на партсобрании.
Апраксин же
«Изволил милостиво обещатца больше оное изследовать и учинить в том всякую сатисфакцию».
Но несчастный Леонтьев, то ли от обид, то ли по иной причине, вскоре умер.
Вторым мужем "вдовы Леонтьевой" стал куда более бодрый и жизнестойкий персонаж. Вероятно, с таким мужем никакие Гагины порог больше не переступали.
Захар Данилович Мишуков родился в Суздале, в семье дворянской, но не зажиточной, и не знатной. И, вероятно, так бы и прозябал - если бы не петровские реформы (которые якобы все ненавидели).
Недорослем Мишуков попал в Навигацкую школу - и проявил себя настолько дельным и смышленым, что его узрело и выделило из толпы всевидящее петровское око. Узрело - и определило к своей царственной особе.
Мишуков состоял телохранителем царя в битве при Полтаве, в Прутском походе, и вообще был большим его любимцем.
Настолько, что Мишуков мог говорить при царе свободно. Порой даже слишком свободно...
Петр очень любил и ценил его за знание морского дела и ему первому из русских доверил целый фрегат. Раз — это было ещё до дела царевича Алексея — на пиру в Кронштадте, сидя за столом возле государя, Мишуков, уже порядочно выпивший, задумался и вдруг заплакал. Удивленный государь с участием спросил, что с ним. Мишуков откровенно и во всеуслышание объяснил причину своих слёз: место, где сидят они, новая столица, около него построенная, балтийский флот, множество русских моряков, наконец, сам он, лейтенант Мишуков, командир фрегата, чувствующий, глубоко чувствующий на себе милости государя, — всё это создание его государевых рук; как вспомнил он всё это, да подумал, что здоровье его, государя, всё слабеет, так и не мог удержаться от слёз. «На кого ты нас покинешь?» — добавил он. — Как на кого? — возразил Петр: — у меня есть наследник — царевич. — «Ох, да ведь он глуп, всё расстроит».
«Дурак! — заметил Пётр с усмешкой, треснув Мишукова по голове: — этого при всех не говорят».
- Какой способный молодой человек! - наверняка подумал тогда Александр Данилович. - В зятья годится!
Так оно и вышло.
Капитан Мишуков сделал предложение, и оно было принято.
В 13 день, то есть в пяток, пополуночи в 5-м часу его светлость встав, убрався, отслушав всеношное пение, к тому прибыл господин генерал-адмирал граф Апраксин, генерал-маеор Ягушинской, капитан-порутчик Мишуков. По довольных розговорах его светлость со издрядною церемониею пошел в церковь Воскресения Христова к литоргии, где изволил прибыть его царское величество с ее величеством государынею царицею. По отпении литоргии отправя свадьбу помянутого господина Мишукова, которой взял его светлости племянницу, а покойного порутчика Леонтьева жену Анну Леонтьеву, и со изрядною церемониею прибыв все к его светлости, изволили кушать. По кушанье по довольных забавах пополудни в 6-м часу отъехали в дом к нему, господину Мишукову, по довольных забавах розъехалися
(как гласят записи дневника, вернулся домой Меншиков в 11 вечера... А на следующий день опять встал в 4 утра! Меня этот распорядок дня КАЖДЫЙ раз поражает)
В 1721 году Мишуков стал капитаном III ранга. В следующем - по окончанию Северной войны, капитаном I ранга.
Мишуков вел гидрографические работы по составлению подробной карты Финского залива, а в 1724 командовал яхтой "Принцесса Елизавета", на которой в сопровождении Петра I и Меншикова мощи Александра Невского были доставлены в Санкт - Петербург.
После смерти одного покровителя, императора - Мишуков тем не менее не низринулся в пропасть, а на одном (дядюшкином) крыле - взлетал все выше и выше.
Полет был прерван в сентябре 1727, когда был арестован дядюшка Александр Данилович.
Конечно, Мишукова с женой не ждал у порога "черный воронок", но опасаясь репрессий, тот сам благоразумно попросил непосредственного руководителя, Апраксина - отправить его куда-нибудь подальше от внимания Долгоруких.
Такое место нашлось. И в 1727-1730 гг. Мишуков занимал должность начальника Астраханского порта. Апраксин был хорошим начальником и человеком, и даже выдал опальным Мишуковым 500 рублей подъемных.
Императрица Анна Иоанновна, воцарясь, тем временем не только вернула из ссылки детей Меншикова, но и призвала в Петербург всех оставшихся в живых приближенных полудержавного властелина.
Вернулись и Мишуковы. В 1733 году Захар Данилович стал контр-адмиралом, советником Адмиралтейской коллегии, и получил в управление Сестрорецкие заводы, а также многочисленные парусные и кожевенные фабрики.
Дворцовый переворот 1741 года не пошатнул авторитета Захара Даниловича, Елизавета Петровна была рада видеть старого приближенного своего отца и произвела Мишукова в вице-адмиралы.
Но тут-то у него и начались настоящие проблемы.
В 1742 разразилась война со Швецией, и 60летний Захарий Данилович изо всех сил отбивался от чести стать главнокомандующим флотом. Отбиться не удалось. Однако Мишуков преуспел в уклонении от активных действий (видимо, не был уверен что состояние флота позволит вести эти самые активные действия) - что вызвало неудовольствие двора.
Удивительное дело, но за все эти годы достойного преемника ему не нашлось - и в 1757 году (старичку бы уже на пенсию!) его произвели в адмиралы и вновь поставили командовать флотом - уже в Семилетней войне. Задача стояла следующая - не допустить в Балтику английский флот, и блокировать, соответственно, прусский. В 1760 году Мишуков был награжден орденом Андрея Первозванного.
Пенсия для Мишукова нагрянула внезапно - с воцарением Петра III. Император посчитал, что собственно самой пенсии адмирал (который прожил потом только полгода) не достоен. Похоронен Захар Данилович Мишуков в Александро-Невской лавре.
В браке с Анной Яковлевной у него родилось четверо детей.
К реформам Петра I можно относиться по-разному, но бедный суздальский дворянин Захарий Мишуков - прекрасный пример человека, который от реформ только выиграл.