Я хотела в воскресенье отдохнуть, в понедельник уже выложить окончание статьей по Драакулю. Увы, реальность оказалась такова, что сил и времени не хватило ни на что задуманное, поэтому заканчиваем с этим сомнительным произведением только сегодня.
Итак,
Остановились мы на том, что гаргульи каменные, поэтому тонут и преследовать Харкера по льду не могут. А Харкер говно он не тонет и сбежал, как положено.
Граф прибыл в Париж в той убогой кибитке, в которой выехал у себя из замка, - кибитка, видимо, как карета мадам Максим из ГП, волшебная, потому что ощущение времени традиционно для современных фильмов резко исчезает, будто граф ехал из Валахии до Парижу всего одну ночь.
За эту ночь, граф успел не только помолодеть обратно - не иначе монашки у него за суперфуд идут, - но и прибарахлиться по современному.
И поперся он первым делом в дурку к Моне, попутно зачем-то раздавая психам деньги и брызгаясь своим конским возбудителем. Оригинал, чо сказать.
Вместо того, чтоб сразу освободить вампирку от цепей и свалить оттуда нафиг, граф зачем-то прямо там скармливает ей мальчика-ассистента.
При этом Моню он все-таки забирает, а мальчика они бросают, хотя тот тоже внепланово отрастил себе зубки.
Паттер Вальц в это время по портрету княгини из книжки – нашел портрет графа. Что в общем-то, было не трудно и не долго, ведь изображение княгини было подписано, а библиотека рядом.
И это возвращает нас к тому, что граф телепортировался их Валахии в Париж таки за одну ночь, причем половину времени потратил на зачарованных монашек.
Доктор Дюмон просит паттера никому не сообщать о бегстве Мони, а заодно описывает блондина, который освободил ее. Ну конечно же первое, что озвучивает паттер – Мина в опасности.
Мина тем временем дремлет у камина, когда к ней заявляется уже принаряженная Моня с пригласительными на празднование.
Мина, на удивление, ведет себя как адекватная девушка и задает вопросы в духе «как же тебя выпустили, ты точно в порядке?».
А вот глядя на Моню вспомнается диалог из «Москва слезам не верит»:
- Вот я, - немного грубовата, правда?
- Ну, есть такое.
- Вот! А у них это называется эксцентрична!
Актриса кривляется как пьяная или укуренная дебилка, но это, судя по всему, должно означать ту самую пикантную эксцентричность. Причем в оригинале, она еще и периодически ржет, как пьяный гусар.
И вот уже Мина и Моня бегмя бегут… в Гранд Отель, где… вероятно, бал? Когда оператор сделал акцент на люстре, я уж невольно начала ждать чего-то в духе «Призрака Оперы», однако поторопилась.
В этом Гранд Отеле происходит какое-то красивое, но очень сомнительное мероприятие, поскольку дамы на нем бродят в вечерних платьях, а господа – не снимают цилиндров.
Жесть.
Забег в отель нужен, чтобы познакомить графа с Миной. При этом – Мина вновь посуровела бровями и не потрудилась причесаться после сна у камина, а граф – даже омоложенный – отвратителен с этим жабьим ртом и рыбьими глазами.
Какая-то плохая пародия на Виктора Авилова в роли графа Монте-Кристо, только граф Авилова был уродлив пугающе, инфернально, а этот просто уродлив и неприятен.
Познакомились, позалипали друг на друга – Моня тащит «подругу» дальше развлекаться.
И в целом, вот хотела бы я сказать, что общие планы развлечения парижан на улице в целом сняты хорошо, смотрибельно и правдоподобно. Особенно мне понравилась электрическая блинница в Париже 1880 века и профессионально разливаемое половником тесто.
Прям так родным «Колобком» повеяло, ммм!
Дамы наклюкиваются, а граф по традиции «Игры Престолов» любуется на уличный кукольный театр, который рассказывает историю вроде как про него. Охренеть, как это свежо и не избито.
И вот ходят Мина и Моня по ярмарке – смотрят на Петрушку, танцовщицу, лам, кидают кокосы в банки, заходят в «цирк уродов» с бородатой женщиной и сиамскими близнецами и русалкой – не настоящими, разумеется. И повсюду за ними, как моль в обмороке таскается граф.
Иногда Мину накрывают мимолетные видения прошлого, как например, когда граф помогал ей стрелять в тире. В конце концов, они наконец-то вернулись в Гранд-Отель, и Моня оставляет уставшую Мину одну.
Ну как одну – за спиной тут же появляется граф и они мило беседуют, изредка выдавая такую прелесть, как:
- Мой дом – замок у подножья Карпатских гор. Там лишь вечная зима и одиночество.
Мина выдает, что ее родители живут в деревне и мечтают об Андалузии. Ну, учитывая, что с этими бровями она похожа на Пенелопу Ерус с Али-экспресса…
- Можно вам что-нибудь показать? – интересуется граф и беспалевно ведет ее в спальню.
Там он действительно показывает ей нечто – музыкальную шкатулку из 15го века, ту самую. Они вместе балдят и ловят флешбеки под ее мелодию, а когда Мина немного спохватывается, то ей рассказывают животрепещущую историю о том, как граф скучает по жене. Дескать, когда она его хотела, то заводила эту шкатулку и он знал, что нужно срочно бежать к ней…
А то вдруг устанет ждать и найдет конюха.
После чего, Мина напоминает, что она Мина.
Мина Мюррей, родители которой живут во французской провинции и мечтают об Андалузии, но к черту условности… Никто же не удивляется, почему английский стряпчий Харкер едет в Валахию по поводу парижской недвижимости? Какая в жопу разница, когда у нас фейерверк.
Граф любезно провожает Мину в знаменитом парижском тумане до пансиона, где она снимает комнату. Мина такая – я вся горю…
Бац! Вообще без перехода нарисовался Харкер, паттер и доктор.
Один вопрос:
Да, прямо у нее в гостиной. Прямо на диванчике. Это как-то должно смешить? Интриговать? Чертвозьми КАК И НАХУЯ?!
Харкер у нас телепортирующийся? Или Валахия это вдруг пригород Парижа и оттуда всех бомжей к доброму доктору свозят? Как, ну как оно вообще такое сделалось?!
Да иди ты нахуй Люк Бессон, с такой композицией!
И диалогами:
Паттер вальц: А вы знаете где он был?! В замке!
Какой кошмар, в замках бывать нельзя.
Паттер: А вы знаете в чьем? В замке друга вашей подруге Мони, который заразил ее и многих других.
Сифилисом, ага.
Мина: О, не может быть! Граф само очарование!
Паттер: Вы с ним виделись?
Мина: Он даже проводил меня до дома.
Гусары сдержанно поаплодировали двусмысленному подтексту.
При этом доктор Ватсон на минималках уже побежал ловить графа на улице, а паттер выдает новый перл:
- Как он вас нашел?
Мда, то есть как вы нашли случайного Харкера – вопросов возникать не должно, а вот как граф нашел Мину после того, как о ней распиздел Харкер – у персонажей вопросы возникают. Нет, комедия абсурда имеет право на существование, но не до такой же степени.
И вот садится паттер напротив Мины и рассказывает ей всю подноготную про вампиров, про эликсир-духи… То есть Харкер им-таки много чего рассказал.
Ага, за кадром.
Однако, пока Харкера забирают санитары, Мина не нашла ничего умнее, чем пойти к себе и завести музыкальную шкатулку, ловя очередные приходы.
Разумеется, на звук шкатулки материализуется граф. Далее Мина показывает себя как настоящая женщина, - ах, удите, нет, не прыгайте с моего балкона и вообще не надо вот это вот все, вы мерзавец, сударь.
В ответном спиче графа на мой взгляд заслуживает внимания лишь то, что он был проклят богом, за то, что проклял бога. Тема богоборчества, - она тоже, знаете ли, не нова в вампироведении. После шедевра Копполы особенно. Так что смотрится это тускло, вторично и убогинько даже для комедии.
Однако Мина все-таки проассоциировала себя со своим прежним воплощением и слилась с графом в страстном поцелуе.
И не только. Я тяжело вздохнула, - ну вот опять эти нелепые телодвижения в кадре.
Стоило начаться хотя бы предварительным ласкам, как Мина сразу же вспомнила свою прежнюю ебливую сущность, и принялась умолять Драакуля незамедлительно взять свою жену ибо она очень соскучилась. В общем, уломала покусать ее заодно.
И так они предались страстной страсти, что с потолка на первом этаже ажно штукатурка посыпалась и огонь в камине заморгал.
То есть граф – идиот, поэтому заодно еще и своими духами продолжал благоухать на весь квартал. Одна неувязочка – нынче духи учуяли не озабоченные дамы, а паттер Вальц.
Гусары… в общем, вы и сами знаете, что сказать на этакий финт.
Да, больше ни на кого запах нынче не действует.
Ворвались наши охотники на вампиров в спальню к Мине, - а там никого и нет. Огородами, пардон, балконами все же ушли.
Куда? А прямо в Румынию. Именно так. Кучерявенький Харкер стоит в дверях и обещает провести к замку, а доктор мягко напоминает, что нельзя туда идти без подготовки, будто речь идет о гараже в предместьях.
Правда, паттер точно знает, кто им поможет – неудачливый жених Мони и родственник короны Спенсер. Поэтому заглядывают они к англичанину наконец-то вовремя, чтобы снять с него половоактивную и голодную Моню. Моня кинулась на них со звуковой атакой.
«Брукса», - подумал Геральт паттер Вальц и зарядил ей в морду из пистолета.
Брукса, как ей и положено, восприняла этот шаг плохо, но оказалась слабенькой – всего-то принялась паттера душить. А пока она его душила, так Харкер ловко отсек ей голову саблей, снятой с ковра, а потом уж и паттер распятием приложил.
Нифига себе, какие они вдруг ловкие все стали.
Но особенно порадовал дальше верстовой указатель Франция/Румыния…
Слушайте, а мы еще американские комиксы ругаем. Ну в самом деле. Правда. Просто Франция граничит с Румынией и ехать там одну ночку на повозках. Че такова.
Это граф с графинюшкой в одном гробу приехали. Интересно, а гроб по дороге не сотрясался, телегу не раскачивал? А то граф-то еще подошел к слугам по прибытию, а графиня прямо в спальню побежала проторенной дорожкой.
Граф едва с ними расплатиться успел – между прочим, деньгами, по честному, - как графинюшка уже завела шарманку «еби-меня-еби» и истерически хихикает на весь замок.
Ну он и пошел.
А там уж прямо за воротами враги. А еще дальше засели солдаты со штыками – и откель взялись-то? Мы еще Этерну ругали… Но больше всего меня порадовали пушки!
Граф с графиней в спальне – судя по всему собираются умереть красиво.
- Веришь ли ты, что бог простит нас за то, что мы так сильно любили.
- Бог есть любовь. А если не простит – пусть идет нахуй, - выдает графиня.
И в этот момент по замку начинают хуярить из пушек. Да, не смотря на то, что внутрь уже проник ваш же отряд. Причем отряд в составе спец персон, включая родственника королевы… Блядь!! Ну как же это заебало, а! Ну почему вы., уебки киношные используете пушки, как угодно, но только не ВМЕНЯМО?! Выньте кальян с анашой из жопы хоть иногда!
Короче, - пушки стреляют и как положено наносят ущерб замку, графинюшка визжит от испуга. Солдаты пиздятся с гаргульями и всем вот вообще похер на мистику какую, доходят до часовни с гробом. Наряд солдатов расстреливает гроб...
Графа это разумеется не берет, но только потому, что его в гробу нет.
Дальше следует такая вялая и унылая боевка, что я даже не знаю с чем это сравнить. Это даже не пародия, и не цирк шапито, это пиздявичуйкас.
При том, что стоит Драакулю просто махнуть рукой, как все, кроме паттера пошли нафиг и двери захлопнулись. Ну и? Что тебе мешало раньше?
И тут начинается очередное бла-бла-бла. Паттер обращается к Драакулю со словами, «я здесь, чтобы спасти тебя, покайся».
Граф отвлекся на вопли графини в разбомбленной спальне, но и туда приковылял настойчивый паттер, которого почему-то никто убивать даже не собирается.
Граф опять перебил кучу народу перед спальней, облобызал графиню, а потом раскорячился перед дверью, - мол, ладно, спасай наши души, святой отец.
Ну паттер его с молитвой в дверь и вколотил. И так и пошел обратно, бормоча на латыни.
Одновременно ядро попало в окно, засиял свет. Графиня заволокла помирающего графа в спальню, - да, паттер даже не проверил, что и как, - и только у нее на глазах он рассыпался прахом.
На глазах у доктора из замка уходят какие-то серые полуголые мальчики, - эт што за фантазии?!
Прах графа унесся в высь, графиня осознавшая себя по прежнему рыдает.
Паттер удаляется в закат.
Конец фильма.
Блть, Бессон, - не снимай больше, а? Пожалуйста. Иди на пенсию, благо пенсионные накопления у тебя должны быть дай боже. Ну или перед очередным фильмом нужно сначала пройти серьезный детокс. Все, иных вариантов нет.