В высокогорном ауле, приютившемся среди облаков, жила девушка, чья красота затмевала само солнце. Звали её Бэлла. Словно сотканная из горного света и чистоты родников, она была дивным цветком, распустившимся в суровых каменных объятиях ущелий.
Судьба распорядилась так, что путь могущественного князя Даха и его победоносной дружины пролег через её тихое селение. Князь, видавший виды воин, мужчина в самом расцвете сил, был ослепителен и властен. Но ни богатая добыча, ни воинская слава не тронули его сердца так, как мимолётная тень под сенью древней чинары. В этом мгновении он увидел Бэллу.
И нескольких секунд хватило, чтобы в его душе вспыхнул огонь рокового решения. Молчаливый кивок князя — и верные нукеры, подобно хищным птицам, ринулись к девушке. Вмиг её схватили и взметнули на седло коня. Отчаянный крик Бэллы вывел из дома её старого отца. Бросившись на защиту дочери, он пал от меткой пули Даха, прозвучавшей в спину. Последнее, что увидела Бэлла перед тем, как её умчали прочь, был бездыханный взгляд родного человека.
В княжеском доме пленницу окружили неслыханной роскошью. Ей отвели лучшие покои, осыпали шелками и самоцветами, но её сердце, разбитое горем, оставалось глухо ко всему. Когда же сам Дах, появившись на пороге, предложил ей стать его женой, Бэлла встретила его взор, полный ледяной ненависти. Она не могла простить смерти отца. Железная воля сковала её скорбь, выковав из неё тихую, но непреклонную решимость.
Прошло две недели. И вот однажды Бэлла облачилась в подаренное ей изящное платье для верховой езды и велела слугам позвать князя.
Дах вошёл с самодовольной улыбкой, но замер, поражённый. Перед ним предстала не пленница, а гордая княжна, сияющая такой величавой и грозной красотой, что дух захватывало. Медленно приближаясь, он не видел в её глазах ничего, кроме отражения собственного триумфа. Но в тот миг, когда он оказался рядом, Бэлла движением, отточенным как клинок, выхватила из его ножен узорчатый кинжал и вонзила ему прямо в сердце.
Безмолвно рухнув к её ногам, Дах испустил дух. А Бэлла, переступив через тело своего мучителя, вышла во двор. Под восхищёнными и растерянными взорами слуг она легкой поступью подошла к резвому коню князя, вскочила в седло и, подобно ветру, умчалась прочь.
Погоня была быстрой и неумолимой. Вот уже цокот копыт преследователей стал настигать её у самого обрыва. Зажатая между скалой и бездной, Бэлла воздела руки к небу: «О, Всевышний! Я так молода и так хочу жить! Услышь меня и спаси!»
И с небес раздался голос: «Да, ты прекрасна, дитя моё. Ты прекрасна настолько, что не можешь принадлежать одному. Ты будешь жить. Ты будешь жить вечно! Но станешь ты прекрасной горной рекой, и тобой будут восхищаться все, кто узрит твою дивную красу!»
И Бэлла, не раздумывая, направила коня в зияющую пропасть. В месте их падения из-под скал хлынули могучие, пенные потоки, рождённые её отчаянным прыжком и волей небес.
С той поры и называют стремительную реку, несущую свои хрустальные воды меж скал, именем Бэлла. И путники, идущие вдоль её берегов или переходящие её вброд, часто замирают, прислушиваясь. Им чудится, что в мелодичном перекатывании волн, в их шепоте о прибрежные камни звучит нежный, гордый ответ: «Бэлла-я… Бэлла-я…». Это вечно живая душа красавицы рассказывает миру свою печальную и прекрасную историю.