Второй триместр – время видимых перемен. И каждая мамочка может рассказать свою неповторимую историю. Моя была такой.
Каждый день я смотрела на себя в зеркало и выискивала живот. Мы ведь привыкли к киношному монтажу: вот пара проливает слёзы счастья над двумя полосками, монтаж, вот он уже гладит её по большому пузику и расплывается от умиления, когда чувствует толчки. А в жизни всё не так. Идёт четвёртый месяц, а у меня прям совсем слегка округлился низ живота. И никто не пинается. Тишина. И как тревожная мадам я стала судорожно молиться: «Господи, только пусть всё с ним будет хорошо. Пусть толкнётся. Хоть разочек. Чтоб я только знала, что всё хорошо». Как же я боялась замершей беременности. Каждого УЗИ я ждала с трепетом. Я нервно всхлипывала у кабинета гинеколога, ожидая своей очереди. Спасибо мужу, который был в такие моменты рядом и напоминал мне о том, что нужно дышать. Вдох и выдох. УЗИ. Стук сердечка. Я спокойна, и снова накатывают слёзы, но уже от счастья.
На пятом месяце я переезжаю к сестре, присматривать за её питомцами, пока они с мужем отдыхают на югах. Я остаюсь в тревогах одна в квартире своей сестры. Мужа рядом нет. В животике никто не пинается. И я ловлю волну бессонницы. Огромный ком мыслей я стараюсь заглушить тонной аниме. Смотрю самые слезливые и умилительные истории про первую школьную любовь, про робкие признания и первые попытки взять предмет обожания за руку. Я поглощаю сезон за сезоном, шестая серия, двенадцатая, двадцать четвёртая. Сна ни в одном глазу. Ищу новую историю и встречаю рассвет. В это время я уже сижу на строгой диете из-за желчекаменной болезни. Вот так проходят дни и ночи: минуту за минутой я прислушиваюсь к своему телу в страхе почувствовать острую боль от спазма в желчном и в тревожном ожидании первых шевелений.
И это случилось. Так неожиданно. Я даже сразу не поверила. На 20-ой неделе в моём маленьком животике кое-кто явно сделал кувырок. Никакие бабочки не сравняться с этим ощущением. Теперь у меня появился такой ощутимый метод общения с малышом. По его шевелениям я могла понять, что с ним всё в порядке. С этого момента я стала более спокойной. Я бы даже сказала, что меня поглотило умиротворение. Так явно я осознала, что мне нельзя нервничать. Ради него я должна оставаться спокойной. Я мир для него. И я хотела быть предсказуемым для него миром, который оберегает его хрупкую жизнь.
За пятый месяц я заметно прибавила округлости в районе живота. Походка сменилась на утиную. Я заметила, как по-другому стали смотреть на меня окружающие: кто с умилением, кто с волнением и заботой. Пожалуй, только в это время у меня сложился окончательно пазл – я беременна. Это видно невооружённым глазом. Вот он, пузик. Приложи руку и почувствуй.
Такая округлая я отправилась греть пузико на солнышке у моря. Со мной рядом были муж и родители – все готовые подставить руку, плечо, уберечь от любой напасти. Они берегли меня, а я берегла его (мы уже точно знали, что это будет мальчик, что назовём его Николаем). Я много ходила, плавала, танцевала (насколько получалось), а главное насыщала всё своё существо хорошим настроением и позитивными эмоциями. Мне казалось, что чем больше я порадуюсь, тем счастливее будет мой мальчик. Он обязательно это почувствует.
Сейчас смотрю на своего мальчика с его лучезарной улыбкой в два зуба и думаю, может именно от того, что я так радовалась ему, его толчкам, морю и солнцу, он родился таким улыбчивым. Кто знает...