Предыдущая часть:
Анна немного обиделась на подругу. Она ожидала, что Катя проникнется её бедой, будет сочувствовать, а та, по сути, отнеслась к её горю равнодушно. Утром голова трещала от боли. Сказывалась бессонная ночь. В аптечке Анна Петровна нашла обезболивающие таблетки, которые ей прописал врач ещё весной, когда она болела гриппом. На фоне плохого самочувствия усилилась раздражительность, поэтому она накричала на дочь, которая с вечера не собрала свой рюкзак:
— София, у тебя всегда так. Как на охоту собираться, так ты собак кормишь.
Девочка в изумлении уставилась на неё:
— Мамочка, у нас же нет собаки.
Женщина в отчаянии топнула ногой:
— Хватит, Соня. Это поговорка такая про детей, которые не знают порядка.
Дочь надула губы и с обидой спросила:
— Зачем ты на меня орёшь.
Вмешался Максим:
— Соня, замолчи, не видишь, у мамы плохое настроение. А отец где? Он уже ушёл.
Последний вопрос сына был адресован матери. Анна пробормотала:
— Да, отец ушёл. Собирайтесь быстрее, а то опоздаем.
Дети учились в той же школе, где работала сама Анна. Это было очень удобно во всех отношениях, включая близость учебного заведения. Взяв за руки своих ребят, Иванова направилась по знакомому пути. Возле школьного крыльца она заметила директора. Василий Ильич, увидев её, с довольной улыбкой заявил:
— Вы, Анна Петровна, всей семьёй выглядите замечательно. А я вас поджидаю.
София с Максимом помчались по ступенькам ко входу в здание, а Анна осталась, ожидая, что скажет начальник. Василий Ильич выдержал паузу, а потом сообщил:
— Я по поводу предстоящего события. Не знаю почему, но к нему особое внимание у вышестоящего руководства. Сегодня ближе к обеду должен прибыть инспектор из департамента образования. Надо показать ему сценарий. Возможно, он захочет узнать, насколько мы готовы.
В голосе директора Анна уловила нотку, которая её встревожила:
— Василий Ильич, вы опасаетесь разочаровать инспектора.
Директор кашлянул:
— Есть некоторые опасения.
Заметив, как помрачнело её лицо, Василий Ильич воскликнул:
— Анна Петровна, я вам полностью доверяю, но вы меня поймите. Если этому инспектору что-то не понравится, меня так отчитают наверху, что мало не покажется.
— Василий Ильич, я постараюсь вас не подвести, — без энтузиазма, но с досадой ответила Иванова.
Чтобы не оплошать, пришлось с утра собирать творческую группу для проведения генеральной репетиции. Учителя неохотно отпускали учеников с занятий, а некоторые открыто выражали Анне своё недовольство:
— Неужели нет другого времени. Срывать детей с уроков — это безрассудство. Надо на педсовете поднять этот вопрос.
Одна учительница высказала мнение, что педагог-организатор, то есть Анна Иванова, мешает учебному процессу:
— Не пойму, зачем ввели в штат эту должность. Раньше мы всё сами организовывали, и выходило не хуже.
Анне хотелось сказать этим надменным дамам, что она по образованию филолог, но вынуждена быть массовиком-затейником. Но ввязываться в спор с учителями грозило неприятностями, и ей пришлось подавить свою гордость. Настроение немного поднялось, когда в актовом зале собрались школьные таланты. Дети серьёзно отнеслись к подготовке и выучили свои роли. Поэтому репетиция шла гладко. Когда осталось отрепетировать заключительную часть, раздался незнакомый мужской голос:
— Анна Петровна, позвольте внести небольшое замечание.
Для экономии электричества во время репетиции в зале свет не включали. Педагог-организатор напрягла зрение, пытаясь разглядеть мужчину, сидевшего в заднем ряду. Заметив интерес к себе, он поднялся:
— Извините, что вмешался. Я сейчас подойду. В целом, всё довольно хорошо.
Сценарий мне понравился, но в заключительной части хотелось бы больше торжественности, ведь соберутся участники со всей области. Анна сразу догадалась, что перед ней тот самый инспектор, о котором упоминал директор. Для чиновника областного уровня он был довольно молод, и женщина с неприязнью подумала: "Выскочка или сын влиятельного папы?" Незнакомец словно уловил её мысли:
— Я всего полгода в чиновниках, а до этого преподавал физику в обычной школе. Но так сложились семейные обстоятельства, что мне пришлось сменить сферу деятельности.
Он открыто улыбнулся и протянул руку:
— Соколов Дмитрий Владимирович. Мы с Василием Ильичом договорились, что я подойду к обеду, но я освободился раньше и решил не тратить время зря.
Инспектор ещё раз одарил Анну приветливой улыбкой, но тут же перешёл на деловой тон:
— Сценарий не вызывает нареканий. Всё чётко и по существу, но в финале хотелось бы отметить тех, кто возрождал волонтёрское движение и кто помогает ребятам сейчас. Вот у меня список, его нужно просто вставить в заключительную часть, чтобы ведущие пригласили на сцену почётных гостей. Да, ещё один нюанс. Для этих людей следует выделить первый ряд. Это исключит суматоху.
У Анны непроизвольно вырвалось:
— А вы хорошо разбираетесь в организации массовых событий?
Соколов с той же располагающей улыбкой признался:
— Да, у меня есть некоторый опыт. И в школе, и в институте я активно участвовал в самодеятельности и даже пел.
Видимо, он ждал от неё выражения восторга, но Анна равнодушно произнесла:
— Мы обязательно учтём ваши предложения, а корректировки внесём в сценарий.
Инспектор ещё немного постоял и поспешно ушёл из зала. Уже через час Анна забыла о нём.
Несколько следующих дней прошли незаметно. За это время лишь раз Алексей дал о себе знать, но позвонил он не ей, а Максиму. Сын с грустным видом сообщил матери:
— Отец звонил, спрашивал, как мы. Я ему сказал, что у нас всё нормально.
Анна безразлично ответила:
— Ты всё правильно сделал. Отец больше ни о чём не спрашивал?
Максим выразительно вздохнул:
— Нет, мама, а он в командировку уехал?
— Да, сынок.
Анна сознательно обманула сына, потому что не хотела посвящать его в сложности отношений с отцом. Как и обещала Екатерина, душевная боль и обида немного утихли, и она могла уже спокойно размышлять о своём положении. Если он даже вернётся, я ему не прощу и сама проживу. Уже по привычке Анна стала себя накручивать, но в какой-то момент этот процесс показался ей странным. Лёша сказал, что никого у него нет. Просто я ему перестала верить. Почему так? Екатерине Анна больше не звонила, так как была убеждена, что сама разберётся в своих семейных делах. За ночной звонок подруге Анна себя не корила, распустила сопли, как шестнадцатилетняя девчонка. Позор. В день проведения сбора школа с утра наполнилась детским гомоном. У каждой команды была своя форма, поэтому от ярких цветов рябило в глазах. Свою команду Анна Иванова собрала заранее, чтобы ещё раз отшлифовать все детали выступления. Примерно за полчаса до начала в зал стали заходить гости и болельщики. Среди присутствующих, к своему удивлению, Анна заметила Соколова. Дмитрий Владимирович приветственно помахал ей рукой, таким образом пожелав удачи. В голове Ивановой мелькнуло: "Уселся поближе, чтобы проще было найти изъяны. Ему же надо отчитаться перед начальством". Правда, присутствие молодого чиновника её не сильно беспокоило, и она легко переключилась на основную задачу. Программа праздника была рассчитана на два часа, но это время пролетело незаметно, хотя Анна Петровна очень переживала за свою группу.
Напряжение спало лишь после того, как на сцене вспыхнули фонтанчики салюта. Теперь можно было с облегчением выдохнуть. Анна поблагодарила своих ребят за хорошее выступление и стала собираться домой. Но когда она выходила из зала, её окликнул знакомый голос:
— Анна Петровна.
Женщина резко обернулась. Соколов, смущённо улыбаясь, подошёл к ней:
— Я решил выразить вам личную благодарность. Мероприятие прошло на редкость успешно, и, по-моему, все остались довольны.
Она не знала, что ответить. Соколов тоже мялся в нерешительности. Складывалась неловкая ситуация, и Анна понимала, что надо из неё выходить:
— Спасибо, Дмитрий Владимирович, за высокую оценку нашей работы.
Бросив эту стандартную фразу, Иванова направилась к выходу. Соколов опередил её и услужливо открыл дверь:
— Разрешите мне вас немного провести.
— Да я совсем рядом живу.
Анна искоса посмотрела на провожатого и подумала: "Неужели этот франт набивается ко мне в кавалеры. Смешно. Да и только". Некоторое время Соколов шёл молча. Анна чувствовала себя неловко рядом с ним. Ей хотелось поскорее оказаться дома, и она ускорила шаг. Мужчина неожиданно произнес:
— Знаю, что всё это выглядит глупо, но мне бы очень хотелось продолжить общение с вами. От вас веет положительной энергией, и это притягивает.
Ивановой хотелось сказать навязчивому ухажёру что-нибудь такое, от чего у него разом отпала бы охота ухаживать за замужней женщиной, но в голове вспыхнуло: "Дура, это же отличная возможность досадить Лёше". Он думает, что я без него пропаду, а я ему докажу обратное. Глаза Анны Петровны наполнились заманчивым блеском, и она смущённо произнесла:
— Дмитрий Владимирович, я, конечно, не против продолжить приятное общение, но у меня маленькие дети.
Мужчина задумался, но пауза длилась недолго:
— А завтра мы могли бы с вами встретиться, в зависимости от времени. Да, я понимаю, у вас дети, но, к сожалению, я тоже не совсем свободен.
Заметив удивлённый взгляд женщины, Соколов поспешил объяснить:
— Нет, я не женат, к великому сожалению. Так вышло, что у меня на первом месте всегда были другие приоритеты: учёба, стажировка за границей, потом диссертация. Правда, я так и не успел защититься. Отец тяжело заболел, а у него никого нет, кроме меня. Мама умерла, когда я учился в пятом классе, и меня растил один отец. Четыре года назад у него случился инсульт. Врачи буквально спасли его. Некоторые функции вернулись, но всё равно папе нужна помощь. Поэтому после работы я спешу домой.
Анна слушала Дмитрия и думала о том, что судьба несправедлива. Одним даёт всё, а у других отнимает последнее. Ей стало стыдно за то, что она хотела использовать этого человека как инструмент мести. Соколов повторил свою просьбу.
— Анна, как вы смотрите на то, чтобы встретиться завтра после работы.
Разве она могла отказать этому человеку в небольшой просьбе? Тем более новая встреча ни к чему её не обязывала. Анна сама назначила время встречи и на всякий случай дала новому знакомому свой телефон.
Первое свидание с большой натяжкой можно было назвать романтическим. Хотя Соколов пришёл с букетом цветов, он явно чувствовал себя не в своей тарелке. Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, Анна предложила ему посидеть в кафе, где она встречалась с подругами. Дмитрию эта идея понравилась:
— В кафе гораздо удобнее разговаривать, чем на улице.
Но в начале разговор не клеился, и Анна поняла, что у молодого и довольно привлекательного чиновника малый опыт общения с женщинами. Она решила взять инициативу в свои руки и стала рассказывать ему о своих подругах. Поскольку её рассказ сопровождался живой мимикой и жестами, наивная, почти детская улыбка не сходила с лица Соколова. Когда пришло время расставаться, мужчина с благодарностью произнес:
— Анна, вы даже не представляете, что вы сегодня для меня сделали. Моя жизнь похожа на вечный день сурка. Работа, дом, дом, работа.
Иванова осмелела:
— Дмитрий, я вас прекрасно понимаю. Вы очень одиноки, несмотря на насыщенную жизнь. Вам просто нужно жениться.
Мужчина вздохнул:
— Один раз я уже пытался стать счастливым. У нас уже была назначена дата свадьбы, но когда с отцом произошло несчастье, моя невеста просто исчезла. Вот такая история. После этого я больше не решаюсь испытывать судьбу.
Соколов проводил её до подъезда. Прощаясь, он с надеждой посмотрел на неё:
— Надеюсь, мы с вами ещё увидимся.
Она молчала:
— Вы только не подумайте, что я навязываюсь. Просто с вами мне очень комфортно. Такое ощущение, что я вас давно знаю.
О плане мести мужу она уже забыла. Знакомство с Соколовым всё перевернуло в женской душе. Она осознала, что никогда не сможет ради отмщения пойти на измену. Даже с закрытыми глазами у неё не выйдет. Коснувшись руки Соколова, она сказала:
— Дмитрий, не поверите, но вы сегодня тоже очень многое сделали для меня. А с вами мы ещё обязательно встретимся. Если вам удобно, мы сможем видеться в том кафе, где были сегодня.
Дмитрий заверил, что завтра ровно в три будет её ждать. Анна пешком поднялась на четвёртый этаж, и совершенно неожиданно дверь открыл Лёша. Как ни в чём не бывало, он произнес:
— Привет.
Обернувшись в комнату, муж крикнул:
— Дети, вот и мама пришла.
Анна была удивлена таким тёплым приёмом, но, словно предугадывая её вопросы, Иванов сказал:
— Мне позвонила твоя мама и сказала, что ты просила её забрать детей, а я решил немного помочь ей, поскольку у меня сегодня как раз свободный день. Преступники затаились, но, думаю, ненадолго. Но я не о том сейчас хотел поговорить. Анька, все эти дни я много думал о нас с тобой и осознал.
Она почувствовала, как сердце сильно забилось в груди, и чуть слышно прошептала:
— Что ты осознал.
Он улыбнулся, и она заметила, что у него под глазами стали заметнее морщинки. Рука непроизвольно коснулась этой части мужского лица. Уткнувшись в плечо мужа, Анна жалобно всхлипнула:
— Лёша, я тоже многое осознала и поняла. Может, я последняя глупая, но ты мне честно скажи, у тебя правда ничего не было с этой Викторией.
Он гладил её по голове, как ребёнка:
— Анька, неужели ты за эти одиннадцать лет так и не поняла, что мне никто кроме тебя не нужен. Ты и дети — это мой тыл. Если вас не будет рядом, я потеряюсь. Ты же всегда мне верила, а я тебе. Что с тобой произошло.
— Наверное, я просто очень устала.
Муж нежно обнял её:
— Давай, проходи на кухню. Мы с Максимом приготовили кулинарный шедевр. Очень хочется тебя удивить.
Из комнаты высунула свою хитрую мордашку София:
— Мама, а что это за дядя тебя провожал. Я его вчера в школе видела.
Анна посмотрела на мужа, но в глазах Лёши не вспыхнуло подозрительного огонька, и он по-прежнему улыбался:
— Наша пострелушка везде поспевает. Так и наша дочь всё замечает и всё знает. Отвечай, мама, на вопрос.
Анна без смущения произнесла:
— Этот дядя — чиновник из департамента образования. Вчера он был на сборе, и ему понравилось мероприятие.
Выждав паузу, женщина с грустью продолжила:
— Это в общем, а по сути это глубоко несчастный человек. Мы с ним сегодня немного посидели в кафе, он мне даже цветы подарил, но я забыла взять букет.
Алексей рассмеялся:
— Это хорошая примета. Значит, в этом кафе тебе придётся ещё не раз побывать.
В этот вечер они ужинали всей семьёй, и Анна снова чувствовала себя счастливой. Ей казалось, что не было нескольких дней разлуки. По выражению лица супруга она догадалась, что он испытывает похожие ощущения. Уже перед сном Алексей сказал:
— Аня, ты прости, если я что-то не то сказал. Я не нарочно, просто ты меня довела. До сих пор не пойму, какая муха тебя укусила. Ты же никогда меня не ревновала. Да и я сам виноват. Зачем взял эту салфетку? Хотел в телефон внести номер Виктории, но батарея села. Вот и пришлось прибегнуть к старому способу. А Виктория для шутки губы отпечатала. Мы в студенческие годы так забавлялись. По следу от губ надо было угадать, кто оставил. Таким простым методом первый опыт набирали. А шутка состояла в том, что парни тоже красили губы помадой, а потом об салфетку.
Анна тихо спросила:
— Лёша, почему ты мне сразу всё не рассказал.
— Так ты же накинулась на меня, слова вставить не дала. Это надо додуматься. Приревновала меня к Надежде. Девчонке девятнадцать лет. Она же мне почти как дочь.
Несколько минут супруги молчали, радуясь восстановлению отношений. Потом Алексей озадаченным тоном поинтересовался:
— Ты говоришь, этот инспектор большая фигура.
— Ну да, заместитель начальника. Дмитрий очень умный, диссертацию готовил, но не успел защитить из-за болезни отца.
Алексей с оптимизмом воскликнул:
— Слушай, Анька, у меня возникла блестящая мысль. Если твоего инспектора познакомить с Викторией, женщина мается от одиночества, практически живёт на работе. Вдруг из двух одиночек выйдет что-то стоящее.
Хотя Анна не видела себя в роли свахи, но она согласилась, что идея мужа достойна рассмотрения. Вскоре подвернулся подходящий повод для знакомства. У отца Анны был юбилей. Родители решили отметить его на даче, и Анна пригласила на праздник Соколова. Алексей пригласил свою бывшую однокурсницу. Всего через три месяца супруги Ивановы были почётными гостями на свадьбе Дмитрия и Виктории. После этого события Анна и Алексей стали ещё ближе, осознав ценность доверия в браке, а их дети радовались восстановлению семейного тепла, что укрепило домашний уют на долгие годы.