– Я не могу бросить все и переехать сюда! – почти кричала Ольга. – У меня муж, двое внуков, которые ко мне привязаны!
– А у меня на носу контракт, от которого зависит будущее фирмы! – парировал Игорь. – Если я его провалю, мы все останемся без денег!
– А мне что, одной с ней сидеть? – тихо, но зло сказала Елена. – Я же единственная без семьи, значит, мне и расхлебывать?
За кухонным столом в квартире Марии Ивановны сидели трое ее детей. На столе стыли чашки с чаем, лежала распечатка заключения врача. "Прогрессирующая деменция. Постоянный уход. Одна не справится."
Ольга смотрела в окно, сжав губы. Игорь нервно листал документы. Елена крутила в руках телефон.
– Мы тут три часа спорим, а решения нет, – сказала Ольга. – И не будет, пока каждый думает только о себе.
– А ты не о себе думаешь? – вспыхнул Игорь. – У меня фирма на грани банкротства! Я не могу сейчас отвлекаться на уход за пожилыми родителями!
– Зато можешь тратить время на командировки в Европу!
– Это работа, Оля! Работа, которая всех нас кормит!
Елена подняла главу.
– Тише вы! Мама услышит.
– Мама половину времени не понимает, где находится, – резко сказал Игорь. – После инсульта она...
– Она наша мать! – перебила его Ольга. – Та самая женщина, которая нас воспитала, недоедая, недосыпая!
– Никто этого не забывает. Но жизнь есть жизнь.
Из соседней комнаты донесся слабый кашель. Все трое замолкли на секунду, потом заговорили снова.
– Слушайте, – сказала Ольга, – я предлагаю честно: кто может взять маму к себе?
– Я не могу, – быстро ответил Игорь. – У нас с женой и так проблемы. А тут еще больная мама, которая может ночью встать и уйти неизвестно куда.
– А я могу? – спросила Ольга. – Мы живем в однокомнатной квартире с мужем! Внуки каждые выходные приезжают!
– Зато у тебя есть муж, который поможет, – заметила Елена.
– Лена, ты же знаешь моего Петю. Он своих родителей еле выносит, а тут чужая больная старушка.
– Чужая? – ахнула Елена. – Это твоя мать!
– Ты меня не так поняла...
– Я все правильно поняла. Для всех вас мама стала обузой.
Игорь захлопнул папку с документами.
– Хватит демагогии! Давайте говорить по существу. Есть проблема – нужно решение. Сиделка для пожилого человека стоит тридцать тысяч в месяц. Скидываемся втроем.
– И кто будет контролировать? – спросила Ольга. – Кто будет решать, если что-то случится?
– Тот, кто живет ближе всех.
Все посмотрели на Елену. Она побледнела.
– То есть я, – сказала она. – Как всегда.
– Лена, не начинай, – устало произнесла Ольга.
– Не начинаю, а продолжаю! Всю жизнь так: Оля далеко, Игорь занят, а Лена пусть разбирается. Когда мама сломала ногу, кто с ней в больнице сидел? Когда инсульт случился, кто первым приехал?
– Мы же благодарны...
– Мне не нужна ваша благодарность! Мне нужна справедливость!
Елена встала и подошла к окну. За стеклом серел ноябрьский день. Отношения с престарелыми родителями никогда не были простыми в их семье, но сейчас все зашло в тупик.
– Знаете что, – сказала она, не оборачиваясь, – я всю жизнь была свободной. Нет мужа, нет детей. Вы думаете, мне легко? Думаете, я не мечтала о семье?
– Лена...
– Дайте досказать! Я пожертвовала многим ради своей независимости. А теперь вы хотите, чтобы я пожертвовала еще и ею?
Игорь вздохнул.
– А что предлагаешь?
– Ничего не предлагаю. Просто констатирую факт: долг детей не означает, что один должен тянуть за троих.
Ольга вернулась к столу.
– Хорошо. Тогда давайте по-честному. Я могу приезжать каждые выходные. Игорь может оплачивать лечение и лекарства. А Лена...
– А Лена может взять на себя ежедневный контроль, – закончила Елена. – Как удобно!
– Тогда у тебя есть другие варианты? – резко спросил Игорь.
– Есть. Дом престарелых.
Повисла тишина. Этот вариант все знали, но никто не решался произнести вслух.
– Нет, – твердо сказала Ольга. – Я не отдам маму в дом престарелых.
– Почему? – спросила Елена. – Там профессиональный уход, медицинское наблюдение, общение с людьми.
– Потому что это предательство!
– А заставлять меня похоронить свою жизнь не предательство?
Игорь потер виски.
– Девочки, давайте без эмоций. Дом престарелых это крайний случай. Пока есть возможность ухаживать дома...
– Есть у кого? – перебила Елена. – У тебя? У Оли?
– У нас у всех. Вместе.
– Вместе! – засмеялась Елена горько. – Ты завтра улетаешь в командировку на месяц. Ольга живет в трехстах километрах отсюда. А я должна нести психологическую нагрузку при уходе одна!
Из соседней комнаты донесся стук упавшего предмета, потом тихий плач.
– Мама! – вскочила Ольга.
Они втроем побежали в спальню. Мария Ивановна сидела на полу рядом с кроватью. Рядом лежал разбитый стакан.
– Мамочка, что случилось? – Ольга помогла ей подняться.
– Я... я хотела попить, – растерянно сказала старушка. – А где стакан? Он же был тут...
– Все хорошо, мам, – тихо сказал Игорь, собирая осколки. – Сейчас принесем новый.
Мария Ивановна посмотрела на детей затуманенными глазами.
– А вы чего все тут? Праздник какой?
– Нет, мама, – мягко ответила Елена. – Просто пришли тебя проведать.
– Хорошо пришли. А то мне скучно одной. Дети совсем не навещают.
Ольга с трудом сдержала слезы. Вот она, деменция у пожилых. Мама их не узнавала.
– Мам, это мы, твои дети, – попробовала она.
– Какие дети? У меня дети маленькие. Оля в первый класс ходит, Игорь в детский сад, а Леночка совсем крошка.
Они помогли ей лечь, укрыли одеялом. Мария Ивановна быстро задремала.
Вернувшись на кухню, долго молчали.
– Видели? – тихо сказала Ольга. – Она нас не узнает.
– Видел, – кивнул Игорь. – И это только начало.
Елена налила себе остывший чай.
– Знаете, о чем я думаю? Она была хорошей матерью. Заботилась о нас, жертвовала собой. А мы...
– А мы что?
– А мы думаем, как бы от нее избавиться с наименьшими потерями.
– Это не так, – возразила Ольга.
– Разве? Ты думаешь о внуках и муже. Игорь о бизнесе. Я о своей свободе. А кто думает о ней?
Игорь отложил телефон, куда все время поглядывал.
– Лена права. Мы ведем себя как эгоисты.
– Но что делать? – спросила Ольга. – Нельзя же разорвать свою жизнь!
– А можно бросить мать?
Снова пауза. За окном начинал накрапывать дождь.
– Слушайте, – сказала Елена, – а что если попробовать по-другому?
– Как?
– Я возьму маму к себе. На время. Месяц-два. Посмотрим, как пойдет.
Ольга и Игорь переглянулись.
– Лена, ты уверена?
– Нет, не уверена. Но кто-то же должен попробовать.
– А твоя работа? Ты же фрилансер, у тебя проекты...
– Как-нибудь приспособлюсь. Буду работать, когда она спит.
Игорь наклонился к сестре.
– А если не справишься?
– Тогда будем решать дальше. Может, найдем сиделку, может, и правда дом престарелых придется рассматривать.
– Но сначала попробуем семейный вариант, – кивнула Ольга.
– Только на условиях, – твердо сказала Елена. – Я беру на себя ежедневный уход, но как разделить обязанности по уходу между нами решаем честно.
– Говори.
– Ольга приезжает каждые выходные. Не на пару часов, а с ночевкой. Чтобы я могла передохнуть.
– Согласна.
– Игорь оплачивает все расходы лечение, лекарства, питание, памперсы. И находит сиделку на подмену, когда мне нужно будет уехать.
– Согласен.
– И еще. Если через три месяца я почувствую, что у меня эмоциональное выгорание, мы ищем другое решение. Без упреков и обвинений.
– Договорились, – сказала Ольга. – Лена, ты спасаешь ситуацию.
– Я ничего не спасаю. Я просто пытаюсь поступить по-человечески.
Игорь встал.
– Мне нужно ехать. Завтра рейс. Но деньги переведу уже сегодня.
– А я помогу тебе перевезти маму, – сказала Ольга. – Нужно будет подготовить твою квартиру.
Елена кивнула. Когда Игорь ушел, сестры остались вдвоем.
– Лена, – тихо сказала Ольга, – ты понимаешь, на что идешь?
– Понимаю. На то, что придется забыть о личной жизни минимум на полгода. На то, что буду вставать по ночам. На то, что моя квартира превратится в больничную палату.
– А зачем тогда соглашаешься?
Елена посмотрела в сторону спальни, откуда доносилось тихое дыхание матери.
– Потому что она меня растила. Когда я болела, сидела у кровати ночами. Когда у меня были проблемы в школе, решала их. Когда мне было плохо, утешала.
– Но ты же всегда была против семейных обязательств...
– Была. И остаюсь. Но это не обязательство. Это... как бы сказать... это долг. Не навязанный, а осознанный.
Ольга обняла сестру.
– Спасибо тебе.
– Не благодари раньше времени. Посмотрим, как получится.
Они еще раз заглянули к матери. Мария Ивановна спала, тихо посапывая. На тумбочке стояла фотография, где она молодая, красивая, держит на руках маленькую Елену.
– Помнишь, – шепнула Ольга, – как она нас укладывала спать? Сказки рассказывала, песни пела...
– Помню. А потом сама засыпала сидя у нашей кровати.
– А мы делали вид, что не замечаем.
Елена поправила одеяло на матери.
– Теперь моя очередь не спать.
Они вышли из комнаты. За окном шел дождь, город готовился к ночи.
– Ладно, – выдохнула Елена. – Пусть пока поживет у меня. Но ненадолго.
– Спасибо, Лена, – прошептала Ольга. – Я знала, что ты не бросишь.
– Не знала. Просто надеялась. Как и я сама.