— Света, а ты помнишь, сколько мама тебе на свадьбу дала? — спросила Таня, листая старую записную книжку покойной матери.
— Причем здесь свадьба? — насторожилась сестра. — Мы же наследство делим, а не старые счеты сводим.
— Да я просто так, интересно стало...
Хочешь узнать человека — дай ему денег.
Хочешь проверить друга — одолжи крупную сумму.
Хочешь испытать родственника — получи с ним наследство.
А хочешь разрушить семью — начни считать, кто кому сколько должен.
Сестры Светлана и Татьяна всегда жили дружно. Разница в возрасте всего три года, обе замужние, обе с детьми. Казалось бы, что может их поссорить?
А поссорило наследство матери.
Анна Федоровна умерла внезапно — сердце не выдержало. Похоронили, поплакали, а потом начали разбирать вещи.
И вот тут-то все и началось.
— Таня, а почему у мамы в шкатулке только одни сережки остались? — поинтересовалась Света, перебирая скудные украшения. — Где кольцо золотое? Где цепочка, которую папа дарил?
— Откуда я знаю? — пожала плечами младшая сестра. — Может, потеряла где-то.
— Или продала. Деньги ей в последнее время были нужны.
— На что ей деньги? Пенсия была, мы помогали...
— Ты помогала? — удивилась Светлана. — А я что-то не помню.
Таня покраснела.
— Ну, не деньгами, так делом. Продукты покупала, к врачу возила...
— Продукты я покупала, — возразила Света. — И к врачу тоже я возила. А ты появлялась раз в месяц, и то если у самой проблем не было.
— Не преувеличивай! Я часто приходила!
— Часто — это сколько? Раз в две недели? В месяц?
Сестры стали вспоминать, кто что делал для матери, и оказалось, что львиную долю забот несла старшая Светлана. Она и продукты покупала, и лекарства, и по врачам таскала, и дома убирала.
— А что я могла делать? — оправдывалась Таня. — У меня работа сложная, муж болел, дети маленькие были...
— А у меня, значит, дети взрослые и муж здоровый? — не согласилась Света. — У меня тоже свои проблемы хватало!
— Ну так ты же старшая! — выпалила Таня. — Твоя обязанность была!
— С каких это пор старшинство стало обязанностью? — возмутилась Светлана.
Первая ссора была небольшой. Сестры быстро помирились и решили делить поровну все, что осталось от матери.
Квартира небольшая — двушка в старом доме. Дача дачей назвать сложно — скорее, домик с участком. Машины у матери не было, сбережений тоже.
— Ладно, — сказала Света, — продадим квартиру и дачу, деньги пополам разделим. Справедливо?
— Справедливо, — согласилась Таня.
Но когда дело дошло до оценки имущества, справедливость закончилась.
— Слушай, а может, квартиру не продавать? — вдруг предложила Таня. — Давай я ее себе возьму, а тебе дачу отдам.
— Зачем тебе квартира? У тебя же своя есть.
— Можно сдавать. Доход будет хороший.
— Тогда и мне доход нужен. Дача что, денег не стоит?
— Стоит, конечно. Но квартира дороже.
Светлана задумалась. Действительно, квартира в городе стоила больше, чем дачный домик.
— А доплатишь разницу? — спросила она.
— Какую разницу? — удивилась Таня. — Мы же договорились поровну делить!
— Поровну — это по стоимости, а не по количеству. Если квартира дороже дачи, значит, ты должна доплатить.
— Откуда у меня такие деньги? — всплеснула руками младшая сестра. — У нас ипотека еще не выплачена!
— Тогда продаем все и делим деньги пополам, как договаривались.
Таня надулась и несколько дней не разговаривала со старшей сестрой. А потом приехала с новым предложением.
— Света, я тут подумала... А давай сделаем так: я беру квартиру, ты дачу, а разницу я тебе буду выплачивать понемногу.
— За сколько лет? — поинтересовалась Светлана.
— Ну... за пять. Или за семь. Как получится.
— Таня, это несерьезно. Кто знает, что через семь лет будет? А если ты не сможешь платить?
— Как это не смогу? Я же сестра тебе, не чужая!
— Сестра сестрой, а деньги деньгами. Давай все-таки продавать и честно делить.
Но Таня не унималась. Каждый день звонила, уговаривала, просила, даже слезы пускала.
— Светочка, ну пойми ты! Нам квартира очень нужна! Можно детей переселить, а свою сдавать! Это же такая возможность!
— А мне, значит, возможности не нужны? — удивлялась Света.
— Да что тебе с дачей делать? Ты же там и так каждые выходные! Как родная уже!
— Родная-то родная, но не моя. А хочется, чтобы своя была.
— Ну так возьми ее! Я же не против!
— За половину стоимости квартиры? Нет уж, спасибо.
Таня поняла, что по-хорошему не получается, и решила действовать по-другому.
— Знаешь что, Светка? — сказала она как-то вечером. — А ведь не все в наследстве поровну должно делиться.
— Это почему же?
— А потому что я младшая была. Мама меня больше любила.
Светлана опешила от такого заявления.
— С чего ты взяла?
— Да так... Помню, как она мне всегда лучшие куски давала, платья красивее покупала...
— Тебе платья красивее покупала потому, что ты младше была! Мои вещи на тебя не лезли!
— А может, и не поэтому, — многозначительно сказала Таня.
Светлана почувствовала, как внутри все закипает.
— Ты что хочешь сказать?
— Да ничего особенного. Просто мама мне всегда больше доверяла. И на свадьбу денег больше дала.
— Сколько дала?
— Не помню точно... Но больше, чем тебе.
— Врешь! — не выдержала Света. — Мне дала пятьдесят тысяч, и тебе столько же!
— Нет, мне больше. Семьдесят, кажется...
— Покажи расписку!
— Какую расписку? Это же мама была, не банк!
Сестры поссорились всерьез. Светлана поехала домой и стала копаться в маминых бумагах. И действительно нашла записи в старой тетради.
«Светиной свадьбе — 50 тысяч. Танюшкиной свадьбе — 50 тысяч».
Четко, ровным почерком.
А дальше были другие записи:
«Светочке на лечение Максимки — 30 тысяч».
«Танюше на отпуск — 20 тысяч».
«Светочке на ремонт — 40 тысяч».
«Танюше на машину — 35 тысяч».
И так далее, и так далее. Каждая крупная трата была записана.
Светлана сложила суммы и ужаснулась. Оказалось, что за всю жизнь мама дала ей денег на сто тысяч рублей больше, чем Тане.
Но это было справедливо! У Светы было двое детей против одного у сестры, муж часто болел и не работал, денег постоянно не хватало. А у Тани семья была небогатая, но стабильная.
— Вот видишь! — торжествовала Таня, когда Света показала ей записи. — Ты больше получила! Значит, при разделе наследства это нужно учесть!
— Как учесть?
— Очень просто. Ты получила больше при жизни, значит, из наследства должна получить меньше.
— Таня, ты в своем уме? — изумилась старшая сестра. — Мама давала деньги, когда они были нужны! Тебе тоже давала!
— Меньше давала!
— Потому что тебе меньше нужно было! У тебя муж работал, а мой половину времени на больничном сидел!
— Это не мои проблемы! Факт остается фактом — ты получила больше!
— И что ты предлагаешь?
— Предлагаю справедливо разделить. С учетом того, что мама тебе уже дала.
Светлана поняла, что сестра совсем потеряла берега.
— Знаешь что, Таня? Продаем квартиру и дачу, делим пополам, и забываем эту тему навсегда.
— Нет! — упрямо заявила младшая сестра. — Я не согласна! Хочу справедливости!
— Какой справедливости? Ты хочешь квартиру себе забрать, а мне дачу сплавить!
— А что, несправедливо? Ты же и так больше получила!
— При жизни мамы получила! Когда нуждалась!
— А я не нуждалась, что ли?
— Видимо, не так сильно, раз меньше просила!
Таня встала и направилась к выходу.
— Знаешь что, сестричка дорогая? Если ты не хочешь по-хорошему, будем решать через суд!
— Через суд? — опешила Света. — Из-за чего?
— Из-за справедливого раздела наследства! Пусть судья решает, кто прав!
— Таня, одумайся! Мы же сестры! Неужели деньги важнее родственных отношений?
— А ты что, готова от денег отказаться? — ухмыльнулась Таня. — Тогда бери дачу, а квартиру мне отдай!
— Не готова. Но и судиться с сестрой не хочу.
— Тогда договаривайся по-хорошему!
После ухода Тани Светлана долго сидела на маминой кухне и думала, как все дошло до жизни такой. Еще месяц назад они были близкими людьми, а теперь готовы идти в суд друг против друга.
И все из-за денег.
Мама не оставила особого богатства — квартирка в старом доме, дачный домик, несколько тысяч на сберкнижке. На двоих-то делить было не так уж много.
Но Таня вцепилась в эти деньги мертвой хваткой.
Света позвонила старшему брату матери, дяде Ване.
— Дядь Вань, помоги разобраться. Таня хочет судиться из-за маминого наследства.
— Да что вы там делите-то? — удивился дядя. — Аня же небогатая была.
— Квартиру и дачу. Таня хочет квартиру себе взять, а мне дачу сунуть. Говорит, что это справедливо.
— А почему справедливо?
Светлана рассказала про мамины записи, про то, что она получила при жизни больше денег.
— Танька совсем обнаглела, — покачал головой дядя Ваня. — Аня мне рассказывала, как она тебе помогала. У тебя же муж болел, дети маленькие были. А Танька жила неплохо, помощи особой не требовала.
— Вот и я так думаю. Но она не понимает.
— Понимает она все прекрасно. Просто жадная стала. Деньги людей портят, особенно тех, у кого совести мало.
— А что делать? Она же в суд грозится подавать!
— Пусть подает. Суд справедливо рассудит. Наследство по закону делится поровну, и никого не интересует, кому сколько при жизни давали.
Дядя Ваня оказался прав. Когда дело дошло до суда, судья внимательно выслушал обе стороны и вынес решение: наследство делить строго пополам.
— Но ведь она больше получила при жизни! — возмущалась Таня.
— Это не имеет отношения к наследству, — объяснил судья. — Помощь при жизни и посмертное наследство — разные вещи.
Пришлось продавать и квартиру, и дачу. Деньги разделили поровну.
Но на этом история не закончилась.
Таня не успокоилась и начала везде рассказывать, что сестра ее обманула.
— Представляете, — говорила она знакомым, — Светка всю жизнь у мамы деньги выклянчивала, а теперь еще и наследство пополам требует! Совести никакой!
Слухи дошли до Светланы.
— Таня, зачем ты людям голову морочишь? — спросила она сестру.
— А что, неправда? Ты же действительно больше получила!
— Получила, когда нуждалась! И мама сама давала, я не выклянчивала!
— Это твоя версия. А я помню по-другому.
— Как по-другому?
— Помню, как ты приходила и жаловалась на жизнь. Мама тебя жалела и деньги давала.
— Я не жаловалась! Просто рассказывала о проблемах!
— А в чем разница?
Светлана поняла, что разговаривать с сестрой бесполезно. Таня переписала историю в своей голове так, чтобы оправдать собственную жадность.
— Знаешь что, Таня? Давай просто забудем друг о друге. Живи как хочешь, и меня не трогай.
— А ты что, обиделась? — удивилась младшая сестра. — Из-за денег?
— Не из-за денег. Из-за твоего поведения.
— Какого поведения? Я же по справедливости хотела!
— По справедливости — это когда учитывают интересы всех сторон. А ты хотела только для себя лучше.
— А что в этом плохого? Каждый за себя должен думать!
— Не каждый. Семья — это когда думают друг о друге.
— Семья — это красивые слова. А деньги — это реальность.
Светлана поняла, что сестру она потеряла навсегда. Деньги показали истинное лицо Тани — жадной, эгоистичной женщины, которая готова пожертвовать родственными отношениями ради собственной выгоды.
И действительно, после раздела наследства сестры перестали общаться. Встречались только на похоронах дальних родственников, и то здоровались натянуто.
Дети недоумевали:
— Мама, почему мы не ходим к тете Тане? — спрашивала Светина дочка.
— Потому что у нас с ней разные взгляды на жизнь, — объясняла мать.
— А какие взгляды?
— Она считает, что деньги важнее семьи. А я считаю наоборот.
Танины дети тоже спрашивали у своей матери, почему они не общаются с тетей Светой.
— Потому что она жадная, — объясняла Таня. — Не хотела по справедливости наследство делить.
И так две ветви одной семьи стали чужими людьми.
А началось все с того, что одна из сестер решила взять больше, чем полагалось. И это желание оказалось сильнее родственных чувств.
Деньги, как известно, не пахнут. Но портят они очень сильно. Особенно тех, кто готов ради них предать самых близких людей.
Светлана долго переживала разрыв с сестрой. Все-таки это была часть ее жизни, детства, общих воспоминаний.
Но потом поняла: если человек готов разрушить семью из-за денег, значит, семьи для него и не было. Были только выгода и расчет.
А настоящая семья строится на любви и взаимопомощи. И никакие деньги не должны этого разрушать.