Гвинет хмурилась, поднимаясь на гору. У неё не было ни меча, ни доспехов; и то, и другое украл дракон. Было украдено и многое другое, и не только её вещи. Меч её отца, подаренный эльфами, исчез однажды ночью. Минутная стрелка городской часовой башни тоже исчезла, оставив после себя рваный и согнутый обрубок, который всё ещё жалко тикал, отсчитывая время. Флаг короля был разорван пополам, исчезли шлемы стражников, и даже королевская казна лишилась половины своих богатств, по крайней мере, такие ходили слухи. Никто не видел, как дракон забирал что-либо из этого, но не было никаких сомнений, что это сделал именно он. Кто ещё это мог бы быть? Правда, раньше пропадали только драгоценности, и то нечасто. А пару недель назад началось всё это безобразие.
***
— Его нужно остановить, — прошептала мать Гвинет её отцу однажды вечером, когда они сидели на кухне. Предполагалось, что Гвинет уже спит, но она встала, чтобы попить воды, а потому невольно подслушала. — Ты должен поговорить с ним. Ты же единственный, кто может.
Отец хмыкнул, и Гвинет ясно представила, как он покачал головой:
— Гвинет тоже может. А я уже староват для приключений.
— Я не отправлю свою дочь в логово дракона, ей всего пятнадцать! — сказала мать.
— А мужа можешь отправить, значит?
Мать промолчала.
Гвинет кипела от злости. Вот как? Отец никогда не любил её, не мог простить, что фамильный дар достался ей, а не одному из её братьев. Какой из девчонки может выйти переговорщик с драконом? Гвинет знала, что и все остальные горожане думали так же. Ну, она им всем докажет, что достойна дара!
Дождавшись, когда родители уснут, Гвинет пробралась на кухню и собрала немного припасов в дорогу. Затем выскользнула из дома и направилась в сарай, где хранились доспехи, но обнаружила, что они пропали. Она застонала и открыла ящик, где лежал меч, подаренный ей дядей на день рождения. Он тоже пропал. Бормоча проклятия в адрес ненасытного чудовища, она вернулась в дом, взяла нож на кухне и заткнула его за пояс. Оставив родителям записку о том, куда направляется, закинула рюкзак за плечи и вышла за дверь. Ночь была тиха, воздух свеж, дыхание клубилось перед Гвинет. Она подышала на руки, чтобы согреть их, а затем устремила взгляд на возвышающуюся над городом гору.
Там находилось логово дракона, с которым горожане, точнее, тогда ещё селяне, много веков назад заключили договор: драконья защита в обмен на упитанного бычка раз в месяц. С тех пор на месте скромного поселения воздвигли город, куда перенесли столицу королевства. После этого соглашение претерпело небольшие изменения: дракон получил доступ к королевской сокровищнице. Но на этот счёт никто особо не волновался, поскольку было хорошо известно, что абы что дракону не нужно. Только отборные, самые лучшие самоцветы, которых ещё не было в его коллекции.
Для связи с людьми дракон выбрал одну семью, в каждом поколении которой рождался человек, получавший дар понимать дракона. В поколении Гвинет этот дар получила она.
Через час девочка оказалась у подножия горы. Вздохнув, она подтянула лямки рюкзака и начала подниматься по едва заметной тропинке.
Сказать по правде, Гвинет толком не знала, где живёт дракон, но вряд ли будет сложно найти его, такую громадину, как рассказывал отец. Лицо девочки раскраснелось, пряди тёмных волос прилипли ко лбу от пота. Достигнув довольно ровного участка, она уселась на камень, тяжело дыша. Вытащила из рюкзака один из бутербродов и яблоко. Очень хотелось пить, но она забыла взять с собой воду.
Гвинет задумчиво хрустела яблоком, и тут что-то дёрнуло её за пояс. Она глянула вниз. От неё шарахнулся маленький чёрный дракон, размером не больше кошки. Из его пасти торчал её нож.
Гвинет взвизгнула и вскочила. Дракон зашипел, широко раскрыв пасть, и выронил нож. Хвост хлестал по чешуйчатым бокам, хлопали расправленные крылья.
Так они и стояли некоторое время, уставившись друг на друга. Наконец Гвинет вытянула руки ладонями вперёд и глубоко вздохнула.
— Я не хочу причинять тебе боль, — тихонечко сказала она.
— Все так говорят, — послышался у неё в голове писклявый голосок, и дракон снова поднял нож маленькими острыми зубами.
— Я же не все, — немного обиделась Гвинет. — Я переговорщик, а мы не обижаем драконов.
Дракончик моргнул. Его крылья опустились. Он снова выронил нож.
— Ты меня слышишь? — с удивлением спросил он.
Теперь пришёл черёд удивляться Гвинет. Дракон не знает о договоре? И почему он такой маленький? Конечно, она слышала о чудесах, на которые способны эти магические существа. Но всегда, во всех историях они были огромными.
Однако вслух она удивление не стала высказывать и просто объяснила:
— Один человек в каждом поколении нашей семьи может. Я — такой человек в своём поколении.
Янтарные глаза дракона сузились.
— И чего же ты хочешь? — спросил он.
— Для начала забрать свои вещи, — сказала Гвинет. Она выхватила нож из-под носа дракона. Тот выгнул спину и зашипел. — А потом вещи всех остальных горожан, которые ты украл. О таком ничего не говорится в договоре.
— А кто сказал, что я что-то крал? — насупился дракон.
Гвинет рассматривала маленькое создание. Совсем не этого она ожидала, но по крайней мере это объясняло, как дракону удаётся красть вещи из тесных помещений. Однако его размер явно не соответствовал украденным крупным вещам, таким как доспехи или минутная стрелка гигантских часов.
— Ты молодой дракон? – спросила она. — Я ожидала кого-то покрупнее. Как тебе удалось отломить стрелку?
Дракончик хмыкнул:
— Не стоит недооценивать силу даже только что вылупившегося дракона! Хочешь увидеть мои сокровища?
И не дожидаясь ответа, он взмыл в воздух, расправив крылья. Гвинет последовала за ним по земле, изо всех сил стараясь не ухмыляться. Ей нравился этот энергичный малыш. Наверняка, в драконьем логове обнаружится его мать, с которой она и поговорит от творящихся в городе безобразиях.
Дракончик привёл девочку к пещере в склоне горы, глубокой, но не тёмной. Высоко над головой виднелось отверстие, сквозь которое солнечный свет падал на кучу драконьих сокровищ. Дракончик приземлился на пол пещеры и, неуклюже подпрыгивая, вскоре вскарабкался на свой клад. Гвинет оглядела пещеру, но других драконов тут не было.
Большую часть клада составляли золотые монеты, отмеченные гербом короля. Там же была корона и половина флага, с головой и передними лапами золотого льва. Гвинет увидела меч своего отца, а неподалеку – свой собственный. Минутная стрелка часов торчала из кучи, словно засохшее дерево. Повсюду были разбросаны части доспехов, шлемы стражников лежали среди золота, словно перевернутые жуки.
Дракончик поддел головой шлем — тот выглядел смешно на маленьких завитых рожках.
— Разве не великолепно? — воскликнул дракон.
Гвинет кивнула:
— Очень. Но зачем тебе всё это?
— Как зачем? — удивился дракончик. — Я должен всё это копить, что же ещё мне со всем этим делать?
И тут Гвинет поняла, что он совсем не умеет быть драконом. Но как же такое могло случиться?
— А где твоя мама? — тихонько спросила она.
— Не знаю, — дракончик махнул крыльями, будто пожимая плечами. — Когда я вылупился две недели назад, её не было. Но я помню её тепло. А ещё я подумал, что должен собрать много сокровищ, и тогда мама вернётся.
Ситуация была до абсурда нелепой.
— Так, дай я всё же уточню, — сказала Гвинет, подбирая с пола шлем стражника. — Ты две недели как вылупился, и за это время ты один утащил полгорода, потому что решил, что так надо?
— Ну да! — подтвердил дракончик гордо. — Я очень старался! Особенно сложно было с этой стрелкой. Пришлось повозиться.
В этот момент на вход в пещеру упала тень, которая вскоре обрела форму огромной, величественной драконицы с чешуёй цвета рубина.
— Ой! — пророкотал низкий, бархатный голос у Гвинет в голове. — Ты уже вылупился! Ты же должен был... Неужели я потеряла счёт времени? — Она окинула взглядом пещеру, заваленную явно не отборными самоцветами. — Что это?
Дракончик гордо выступил вперёд:
— Мама! Я собирал сокровища! Чтобы ты порадовалась, когда вернёшься.
Дракониха вздохнула.
— Сокровища? Половина флага? Ржавые шлемы? Стрелка от часов? Это не сокровища, это барахолка! У дракона должен быть утончённый вкус. Мы коллекционируем искусство, редкие магические артефакты, безупречно огранённые драгоценные камни... Это же должно быть у дракона в крови!
Под её взглядом дракончик сник, и Гвинет стало его жаль.
— Прошу прощения, уважаемая, — поклонилась девочка, обращаясь к драконихе. — Ваш сын... очень старался. Он очень хотел вас порадовать. И перестарался.
Дракониха вздохнула и строго посмотрела на сына:
— Первым делом нужно всё это вернуть. Немедленно. И ты поможешь этой храброй леди, которой доставил столько хлопот, оттащить всё это в город. Понял?
Она перевела взгляд на Гвинет, и девочке показалось, что дракониха смущена.
— Могу я попросить об одолжении? Очень бы не хотелось, чтобы об этом... недоразумении пошли слухи. Будет неудобно перед другими драконами.
Гвинет с готовностью кивнула.
— Конечно! Я скажу, что нашла всё это... скажем... что это просто валялось в кустах, а драконы совершенно ни при чём!
***
Гвинет улыбалась, возвращаясь в город. Её первые переговоры с драконом завершились куда успешнее, чем она могла представить. Она не только вернула все украденные вещи, но и получила могущественных друзей. Очень благодарных за сохранение в тайне отсутствие вкуса у наследника одной из самых могущественных драконих мира.