Предыдущая глава 👆
Глава 2. Послание.
Я откинулся в кресле, не отрывая взгляда от проступившего на бумаге рисунка. Простой домик с трубой и дымком. Детский и безобидный. Но в контексте этой стерильной, вылизанной до блеска трагедии он казался зловещим ребусом.
— Гордеев, — сказал я тихо, чтобы не спугнуть хрупкую нить мысли. — Вы осматривали дом снаружи. Увидели бы вы трубу?
Он нахмурился, пытаясь визуализировать.
— Нет… Классическая современная архитектура, плоская кровля, вентиляционные выходы, но никакой печи или камина. Трубы нет.
— Именно. Так что это? Не память о старом доме из детства? Не мечта о будущем? Или… указание.
— Указание на что? — Гордеев смотрел на меня с растущим недоумением.
— На другой дом. — Я ткнул пальцем в инициалы. — В.С. Мы предполагали, что это инициалы человека. А если это аббревиатура? Название места? «Вилла Сомовой»? Но это ее дом. Или… «Верхний Свет»? Бессмыслица.
Я встал и снова подошел к окну, глядя на затухающий в дождливых сумерках поселок. Улицы были пустынны.
— Она оставила нам записку. Не в цифровом виде, не на голосовой почте. Она оставила ее по старинке, на бумаге, спрятав на самом видном месте. Зная, что только тот, кто обратит внимание на нестыковки, найдет ее. Она ждала, что приеду именно я.
— Вы считаете, ее похитили? И она успела оставить ключ?
— Я считаю, что все здесь — ключ. Эта сигаретная пачка, этот выключенный ноутбук, этот рисунок. Она не была похищена в порыве паники. Это было запланировано. Или ею. Или кем-то другим. Но ее исчезновение — лишь первый акт. Второй акт — это наша реакция на него. Наша попытка понять. И мы играем по написанному для нас сценарию.
Мой взгляд упал на приглашение на вернисаж, прилепленное магнитом к холодильнику. Галерея «Аркада». Открытие в семь вечера. Через два дня.
— Гордеев, нужно получить доступ к ее электронной почте, облачным хранилищам. Всему. Ищем все, что связано с инициалами В.С. или с этим рисунком. И еще… — Я обернулся к нему. — Кто кроме подруги имел регулярный доступ в дом?
— Уборщица. Раз в неделю. Приходила как раз в день исчезновения. Мы ее уже опросили. Ничего подозрительного она не заметила. Говорит, все было как всегда.
— Как всегда, — повторил я. — Самая опасная фраза на свете. Она означает, что человек перестал замечать детали. Найдите ее. Мне нужно поговорить с ней лично. Не о том, что было «как всегда». О том, что могло измениться на один миллиметр. Цвет занавесок. Положение вазы. Запах в воздухе. Пыль на раме картины.
Пока Гордеев отдавал распоряжения по телефону, я вернулся в кабинет и снова сел за компьютер. Экран с паролем все так же молчал. Я ввел несколько очевидных комбинаций: ее имя, дату рождения, название галереи — все безрезультатно.
И тогда я посмотрел на рисунок. На домик. И на инициалы: В.С.
Я ввел пароль: DOMIK. Нет.
Ввел: HOUSE. Нет.
Ввел: DYMOK. Нет.
Гордеев закончил звонок.
— Техники едут. Сделают все, что смогут.
— Они не успеют, — пробормотал я, уставившись на экран. Мой палец замер над клавишей Enter. В голове щелкнуло. Не слово. Концепция. Простота.
Я ввел три латинские буквы: V_S_C. Заменяя точку на заглавную английскую S (smoke - дым).
Экран мигнул, и через секунду передо мной открылся рабочий стол. Пароль был — V.S.C. Инициалы, но не ее. Того, кому предназначался рисунок. Или того, кто его нарисовал.
Гордеев ахнул:
— Как вы…?
— Она не пыталась его спрятать. Она пыталась его передать. Тому, кто поймет, — прошептал я, уже кликая на папку «Текущие проекты».
Но вместо счетов и каталогов я увидел всего один-единственный файл. Видеозапись. Название было датой. Датой сегодняшнего дня.
Ледяная дрожь пробежала по моей спине. Это было невозможно.
Я щелкнул по файлу.
Экран почернел, а затем на нем проявилось изображение. Снято на веб-камеру ноутбука. Виктория Сомова сидела в этом самом кресле, в котором сидел сейчас я. Она была бледна, но выглядела собранной. Она смотрела прямо в объектив. И говорила тихим, но четким голосом, отчеканивая каждое слово.
«Если вы это видите, Арсений Краев, значит, я не ошиблась в своих расчетах. Вы нашли мой ключ. И теперь на вас лежит ответственность. Они думают, что все контролируют. Они думают, что я — всего лишь пешка в их игре. Но пешка, дойдя до конца поля, может превратиться в любую фигуру. Даже в королеву. Игру только начинают. И ваша задача — не найти меня. Ваша задача — понять, ради чего все это затеяно. Не верьте никому. Особенно…»
Она замолчала, ее взгляд дрогнул, будто она услышала какой-то звук за кадром. Не страх, а… предвкушение.
«Особенно тем, кто будет пытаться вам помочь. Ищите тень. Ищите пустоту. Они…»
Грохот. Резкий, оглушительный. Не со стороны записи, а здесь, в реальности. С первого этажа. Звук бьющегося стекла.
Гордеев резко обернулся и бросился к выходу из кабинета. Я остался сидеть, вцепившись в подлокотники кресла, пока на экране замерло лицо Виктории Сомовой, обрываясь на полуслове.
Они уже здесь. Игра и правда началась.
ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ 👇…
Подписывайтесь, чтобы не пропустить продолжение ПОДПИСАТЬСЯ