Света сидела на кухне, просматривая очередное сообщение от банка. "Задолженность по кредиту составляет 847 000 рублей. Просим погасить в течение 5 дней". Она быстро удалила SMS и спрятала телефон в сумку.
За стеной в гостиной гудел телевизор. Денис смотрел футбол, попивая пиво. Третья банка за вечер, хотя было всего семь часов.
— Света! — рявкнул он. — Жрать давай!
— Сейчас, — отозвалась она, доставая из холодильника котлеты.
Денис потерял работу механика восемь месяцев назад. Официально — из-за сокращения, на деле — за пьянство и прогулы. С тех пор он каждый день изображал поиски новой работы, а вечером напивался и винил жену во всех проблемах.
Света разогрела ужин, поставила тарелку перед мужем. Денис недовольно покосился на котлеты.
— Опять эта дрянь из супермаркета?
— Нормальные котлеты.
— Нормальные! — фыркнул он. — Раньше мясо покупала, сама делала.
— Раньше было время.
— Время! А сейчас чем занята? В интернете сидишь?
Света промолчала. Последние полгода она работала в двух местах — официантка в кафе с утра до обеда, уборщица в офисе вечером. Но денег всё равно не хватало.
А Денис об этом не знал. Думал, что жена сидит дома и живёт на его пособие по безработице.
— Сколько сегодня потратила? — спросил он, жуя котлету.
— На что?
— На продукты. На дом.
— Немного.
— Сколько немного? Цифру!
Света достала чек из сумки. Продукты на 2400 рублей.
— Две с половиной тысячи! — взревел Денис. — За что?
— За еду на неделю.
— На неделю! Раньше на тысячу покупали!
— Цены выросли.
— Цены выросли! — передразнил муж. — А доходы упали! Или ты не в курсе?
Света была в курсе. Доходы не просто упали — их не было вообще. Пособие Дениса едва покрывало коммунальные платежи. Остальное приходилось выкручиваться самой.
Первый кредит она взяла в марте. Сто тысяч на полгода под двадцать процентов. Потом ещё один — на погашение первого. Потом третий, четвёртый.
Сейчас общий долг перевалил за три миллиона.
— Надо экономить, — сказал Денис, допивая пиво.
— Экономим.
— Не экономим! Смотри — мясо, колбаса, сыр! Как миллионеры живём!
— Что покупать тогда?
— Макароны, картошку, хлеб. Основное.
— Хорошо.
— И кончай тратить на ерунду! — Он указал на новую сковороду. — На что это купила?
— Старая сломалась.
— Не сломалась! Работала нормально!
— Ручка отвалилась, дно прогорело.
— Можно было починить! А ты сразу новую покупаешь!
Света убрала посуду, начала мыть тарелки. Денис встал, подошёл к холодильнику, достал ещё пиво.
— Знаешь, что меня бесит? — сказал он, открывая банку.
— Что?
— То, что ты не ценишь. Думаешь, деньги сами появляются?
— Не думаю.
— Думаешь! Иначе бы считала каждый рубль!
Света как раз считала каждый рубль. Знала точно, сколько стоит хлеб в трёх ближайших магазинах. Покупала продукты по акциям, экономила на всём.
Но Денис этого не видел.
— Я работаю! — продолжал он. — Каждый день ищу место!
— Знаю.
— А ты что делаешь? Дома сидишь!
— Я тоже ищу работу.
— Где ищешь? — рассмеялся муж. — В интернете?
— Везде ищу.
— Врёшь. Если бы искала, давно нашла бы.
Света не стала говорить, что у неё уже есть работа. Две работы. Что она встаёт в пять утра и возвращается в десять вечера. Денис всё равно не поверит.
Или поверит, но тогда придётся объяснить, куда деваются заработанные деньги.
— Надоело тебя содержать, — буркнул Денис.
— Ты меня не содержишь.
— Не содержу? — взревел он. — А кто квартплату платит?
— Мы оба.
— Я плачу! Из своего пособия! — заорал Денис. — А ты что вносишь?
— Вношу свою долю.
— Какую долю? — рассмеялся муж. — У тебя денег нет!
Света молча вытирала тарелки. У неё действительно не было денег. Всё уходило на погашение процентов по кредитам.
— Отвечай! — рявкнул Денис, подходя ближе. — Откуда у тебя деньги?
— Есть небольшие накопления.
— Какие накопления? Где лежат?
— В банке.
— В каком банке? На каком счёте?
Света замолчала. Не могла же сказать, что её "накопления" — это долги на три миллиона рублей.
— Молчишь? — торжествующе произнёс Денис. — Потому что врёшь!
— Не вру.
— Врёшь! Никаких денег у тебя нет! — Он схватил её за плечо. — Живёшь на мои деньги!
— Денис, ты пьян.
— Не пьян! Трезвее некуда! — сжал крепче. — Надоело содержать паразитку!
— Я не паразитка.
— Паразитка! — заорал муж. — Самая настоящая! Восемь месяцев на моей шее висишь!
— На твоей шее никто не висит.
— Вишь! Ещё спорить смеешь! — Денис толкнул жену к столу. — Кто продукты покупает? Я! Кто за квартиру платит? Я!
— Ты платишь из того, что я тебе даю, — вырвалось у Светы.
Денис замер.
— Что ты сказала?
— Ничего.
— Сказала! Что я плачу из того, что ты даёшь!
— Ничего не говорила.
— Говорила! — взревел он. — Думаешь, я идиот?
— Не думаю.
— Думаешь! Считаешь, что без тебя пропаду!
Денис оглянулся, заметил на подоконнике молоток — недавно вешали картину. Схватил инструмент, повертел в руках.
— Надоело твоё высокомерие, — прорычал он.
— Какое высокомерие?
— Делаешь вид, что содержишь меня! — Денис приблизился, размахивая молотком. — А сама паразитка!
— Денис, положи молоток.
— Не положу! — заорал он. — Будешь знать, как мужа унижать!
— Я никого не унижаю.
— Унижаешь! Говоришь, что даёшь мне деньги! — Молоток описал дугу в воздухе. — Какие деньги?
— Денис, успокойся.
— Не успокоюсь! — Он замахнулся. — Покажи мне эти деньги!
— Каие деньги?
— Которые мне даёшь! — взревел Денис. — Где они?
— В сумке.
— Неси сюда!
Света достала кошелёк. Денис выхватил его, вывалил содержимое на стол. Три тысячи рублей мелкими купюрами.
— Это всё? — рассмеялся он. — Три тысячи?
— Всё.
— Вот и вся твоя помощь! — Денис швырнул пустой кошелёк на пол. — Три жалкие тысячи!
— Больше нет.
— А где остальные деньги? На что живём?
— На твоё пособие.
— На моё пособие! — заорал муж. — То есть я содержу семью!
— Да, содержишь.
— А ты паразитка!
— Да, паразитка.
— Вот теперь правильно говоришь! — Денис опустил молоток. — Запомни это!
Света кивнула. Лучше соглашаться, когда он с оружием в руках.
— Завтра же найдёшь работу! — продолжал Денис. — Нормальную работу!
— Хорошо.
— В офисе! С зарплатой!
— Хорошо.
— И кончай тратить мои деньги на ерунду!
— Не буду тратить.
Денис поставил молоток на стол, подошёл к холодильнику. Света облегчённо выдохнула.
Но муж вдруг развернулся.
— А вообще, — сказал он, — ты мне надоела.
— Что?
— Надоела. Со своими претензиями. — Он снова взял молоток. — Думаешь, без тебя не проживу?
— Не думаю.
— Думаешь! Поэтому так нагло себя ведёшь! — Денис приблизился. — Но ты ошибаешься!
— Денис, не надо.
— Надо! — заорал он. — Надоело терпеть паразитку!
Молоток обрушился на плечо Светы. Она закричала, упала на колени.
— Будешь знать, как спорить! — рявкнул Денис, занося руку для второго удара.
— Пожалуйста, прекрати!
— Не прекращу! — Второй удар пришёлся по спине. — Будешь помнить своё место!
— Помню! Помню своё место!
— Не помнишь! — Третий удар по рукам. — Иначе не препиралась бы!
Света согнулась от боли. В правой руке что-то хрустнуло, пальцы онемели.
— Я паразитка! — закричала она. — Я паразитка! Ты меня содержишь!
— Правильно! — заорал Денис, готовя четвёртый удар. — Наконец-то поняла!
Молоток обрушился на голову. Света потеряла сознание.
Денис постоял над женой, тяжело дыша. Потом бросил молоток, пошёл в спальню спать.
Света очнулась через полчаса. Голова раскалывалась, правая рука не действовала. Она с трудом добралась до телефона, вызвала скорую.
В больнице врачи констатировали сотрясение мозга, перелом лучевой кости, множественные ушибы. Света сказала, что упала с лестницы.
А утром к Денису пришли гости.
Громкий стук в дверь разбудил его в половине девятого. Голова трещала от похмелья, во рту пересохло.
— Кто там? — прохрипел он.
— Откройте. Коллекторы.
Денис нахмурился. Какие коллекторы?
Он накинул халат, открыл дверь. На пороге стояли двое мужчин в тёмных куртках.
— Денис Владимирович Петров? — спросил старший.
— Да.
— Мы из агентства "Возврат долгов". По поводу задолженности Светланы Петровой.
— Какой задолженности?
— Ваша супруга не погашает кредиты. Общая сумма долга — три миллиона двести тысяч рублей.
Денис уставился на мужчин.
— Это ошибка.
— Никакой ошибки. — Старший достал папку с документами. — Вот кредитные договоры. Восемь банков, двенадцать займов.
Денис взял бумаги дрожащими руками. На каждом договоре стояла подпись Светы. Суммы от ста до пятисот тысяч рублей.
— Не может быть, — прошептал он.
— Может. И очень даже может. Ваша жена влезла в долги по уши.
— Но зачем? — Денис пролистывал договоры. — Зачем столько денег?
— А вы спросите у неё, — усмехнулся младший коллектор. — Кстати, где она? Нам с ней поговорить нужно.
— В больнице, — машинально ответил Денис.
— В больнице? Что случилось?
— Упала... с лестницы.
— Понятно. — Старший коллектор сделал пометку в блокноте. — Значит, разговариваем с вами.
— Но я тут ни при чём!
— При чём, при чём. Муж отвечает за долги жены.
— Это её долги! Я не подписывал!
— Но пользовались-то вместе, — сказал младший. — Живёте в одной квартире, едите из одного холодильника.
Денис заметил, что мужчины уже прошли в прихожую.
— Покажите кредитные истории, — потребовал старший.
— Какие истории?
— Банковские справки. Выписки по счетам. На что тратили деньги.
Денис растерянно оглянулся по сторонам. Какие справки? Он даже не знал, что у Светы есть кредиты.
— Где супруга ведёт финансовые документы? — спросил старший коллектор.
— Не знаю.
— Как не знаете? Вы же муж.
— Она... сама всем занимается.
— Понятно. Найдите документы.
Денис прошёл в спальню, открыл шкаф Светы. На полке лежала папка с бумагами. Он достал её дрожащими руками.
Коллекторы разложили документы на столе. Кредитные договоры, справки о доходах, чеки, выписки.
— Так, — протянул старший, изучая бумаги. — Светлана Петрова, 34 года, работает официанткой в кафе "Ромашка" и уборщицей в ООО "Альфа-Консалтинг".
— Что? — переспросил Денис.
— Ваша жена работает в двух местах. По справке доходы — тридцать пять тысяч в месяц.
— Не может быть.
— Вот трудовые договоры. — Коллектор показал бумаги. — Подписаны полгода назад.
Денис взял договоры. Действительно, подпись Светы, печати организаций.
— Она мне ничего не говорила.
— Молчала? Интересно. А зачем молчать?
— Не знаю.
Старший коллектор продолжал изучать документы.
— Так, смотрим траты. Первый кредит взят в марте. Сто тысяч рублей. — Он поднял глаза на Дениса. — Помните, на что потратили?
— Не помню.
— А я вам напомню. В марте вы потеряли работу. Денег в семье не стало. Жена взяла кредит, чтобы поддержать прежний уровень жизни.
— Откуда знаете?
— А мы всё знаем. Второй кредит в мае — ещё сто пятьдесят тысяч. Третий в июне — двести тысяч. И так далее.
Младший коллектор нашёл чеки в папке.
— Продуктовый магазин, — читал он. — Две с половиной тысячи за раз. Раз в неделю. Плюс коммунальные, плюс одежда, бензин, лекарства.
— Нормальные расходы семьи, — добавил старший. — Только денег на это у вас не было.
Денис молчал, переваривая информацию. Света работала в двух местах? Полгода назад?
— А вы что делали всё это время? — поинтересовался младший коллектор.
— Работу искал.
— Восемь месяцев искали?
— Да.
— И не нашли?
— Не нашли.
— Понятно. А жена за это время влезла в долги на три миллиона.
Старший коллектор отложил документы.
— Теперь объясню ситуацию. Ваша супруга брала кредиты, чтобы содержать семью. Платить не может — зарплата тридцать пять тысяч, а ежемесячный платёж по долгам — сто двадцать тысяч.
— Сто двадцать тысяч в месяц? — ужаснулся Денис.
— Ага. Одни проценты. Основной долг даже не касается.
— Господи...
— Вот и говорю — господи. Три миллиона долга. Растёт каждый день. Банки подают в суд.
Денис опустился на стул. В голове не укладывалось.
— Что теперь делать?
— Платить, — сказал младший коллектор. — Или продать квартиру.
— Квартира съёмная.
— Тогда продать всё остальное. Машину, бытовую технику, золото.
— У нас нет машины. И золота тоже.
— Тогда остаётся личное банкротство, — сказал старший. — И полная выплата долгов в течение пяти лет.
Денис схватился за голову.
— Я же ничего не знал...
— А надо было знать. Вы муж.
— Она не говорила!
— А вы не спрашивали. Восемь месяцев жили на её деньги и думали, что это ваши.
— Какие её деньги? У неё зарплата тридцать пять тысяч!
— Так точно. А ваши расходы — семьдесят тысяч в месяц. Разницу брала в кредит.
Денис вспомнил вчерашний вечер. Как кричал на Свету за дорогие продукты. Как называл паразиткой. Как бил молотком.
А она всё это время работала в двух местах, чтобы его кормить.
— Мне нужно в больницу, — сказал он.
— Сначала документы подпишите, — остановил его старший коллектор. — Расписку о получении требования.
Денис машинально поставил подпись.
— У вас есть тридцать дней на добровольное погашение, — сказал младший. — Потом начинается принудительное взыскание.
— Какое взыскание?
— Арест счетов, имущества, запрет на выезд за границу.
— У меня нет ни счетов, ни имущества.
— Тогда будете отрабатывать. Обязательные работы.
Коллекторы собрали документы, направились к выходу.
— Подумайте, где взять деньги, — сказал старший на прощание. — Долг не исчезнет сам собой.
Денис проводил их до двери, закрыл замок. Потом сел на пол в прихожей.
Три миллиона долга. За восемь месяцев.
А он думал, что живёт на пособие по безработице.
Света работала официанткой и уборщицей. Вставала в пять утра, приходила в десять вечера. А он лежал на диване и пил пиво.
И называл её паразиткой.
Денис поднялся, прошёл в ванную. В зеркале отразилось лицо спившегося мужика. Красные глаза, дряблые щёки, седая щетина.
Вот кто паразит.
Он оделся, поехал в больницу. Света лежала в палате с забинтованной головой и рукой в гипсе. Увидев мужа, отвернулась к стене.
— Света, — тихо сказал Денис.
— Уходи.
— Мне нужно поговорить с тобой.
— Не о чем говорить.
Денис приблизился к кровати. Света выглядела измученной, под глазами тёмные круги.
— Я всё узнал, — сказал он.
— Что узнал?
— Про кредиты. Про работу. Про всё.
Света медленно повернулась к нему.
— Коллекторы приходили?
— Да. Утром.
— Сколько сказали?
— Три миллиона двести тысяч.
Света закрыла глаза.
— Всё. Теперь ты знаешь, какая я паразитка.
— Ты не паразитка.
— Я разорила семью. Влезла в долги по уши. Не это ли паразитизм?
Денис сел на стул рядом с кроватью.
— Ты работала в двух местах.
— Работала.
— Полгода.
— Восемь месяцев.
— А я не знал.
— Не знал, — согласилась Света. — И знать не хотел.
— Почему не сказала?
— Зачем? Чтобы ты почувствовал себя неудачником? Чтобы твоё самолюбие пострадало?
Денис молчал.
— Я думала, ты найдёшь работу, — продолжала жена. — Месяц-другой протяну на кредитах, а потом всё наладится.
— Но я не нашёл.
— Не нашёл. А я продолжала брать кредиты. Чтобы ты мог есть мясо, пить пиво, чувствовать себя кормильцем семьи.
— Света...
— Не говори ничего. Я сама виновата. Надо было сразу сказать правду.
— А я бы поверил?
— Не поверил бы. Разозлился бы. Начал пить ещё больше.
Денис опустил голову. Она была права. Он действительно не поверил бы.
— Что теперь будет? — спросил он.
— Банкротство. Продажа имущества. Пять лет выплат.
— А мы?
— Какие мы? — Света посмотрела на него. — Ты вчера чуть не убил меня молотком.
— Я был пьян.
— И что? Пьянство оправдывает попытку убийства?
— Не оправдывает.
— Вот и всё. Развод, раздел долгов, новая жизнь врозь.
— Света, дай мне шанс.
— Какой шанс? Исправиться? Бросить пить? Найти работу?
— Да.
— Поздно, Денис. Я восемь месяцев давала тебе шанс. Работала как проклятая, влезла в неподъёмные долги, терпела твои упрёки и пьяные выходки.
— Я не знал...
— Знал! — взорвалась Света. — Прекрасно знал! Видел, что я встаю рано, прихожу поздно, выгляжу уставшей!
— Думал, ты по магазинам ходишь.
— По магазинам! — рассмеялась она. — В пять утра по магазинам!
Денис понял, что оправданий нет.
— Что мне делать?
— Расти над собой. Искать работу по-настоящему. Лечиться от алкоголизма.
— А ты?
— А я буду расхлёбывать то, что наворотила из-за тебя.
В палату вошла медсестра.
— Время посещения закончилось.
Денис поднялся со стула.
— Увидимся ещё?
— Увидимся в суде, — сказала Света. — При разводе.
Денис вышел из больницы и побрёл по улице. На душе было пусто и горько.
Дома он открыл холодильник. Полные полки — мясо, молоко, овощи, фрукты. Всё это купила Света на заёмные деньги.
А он упрекал её в тратах.
Денис достал пиво, хотел открыть, но передумал. Поставил банку обратно.
На столе лежали документы, оставленные коллекторами. Он пролистал кредитные договоры. В каждом указана цель займа: "На неотложные нужды семьи".
На неотложные нужды семьи.
То есть на него.
Три миллиона рублей потратила жена на то, чтобы он мог жить как прежде. Есть, пить, не работать, изображать из себя хозяина дома.
А когда долги навалились, он назвал её паразиткой и отправил в больницу.
Денис сел за стол, взял телефон. Набрал номер знакомого прораба.
— Володя, это Денис Петров. Помнишь, предлагал мне работу на стройке? Предложение ещё в силе?
— Денис? Ты что, решил поработать? — усмехнулся прораб. — Думал, ты принципиально не работаешь.
— Решил. Когда начинать?
— Хоть завтра. Только учти — работа тяжёлая, день длинный, зарплата небольшая.
— Подойдёт.
— Ладно. Завтра к семи утра на объект. Адрес скину сообщением.
Денис положил трубку. Первый шаг сделан.
Потом позвонил в наркологическую клинику.
— Добрый день. Хотел бы записаться на лечение от алкоголизма.
— Амбулаторно или стационарно?
— Как эффективнее?
— Стационарно. Но дороже.
— Сколько стоит?
— Сто тысяч за курс.
Денис посчитал в уме. Если работать на стройке за тридцать тысяч в месяц, накопить эту сумму можно за четыре месяца.
— Запишите меня на май.
— На май? А сейчас что мешает?
— Деньги. Нужно заработать.
— Понятно. Записал.
Денис сходил в душ, побрился, привёл себя в порядок. Потом сел писать письмо Свете.
"Знаю, что прощения не заслуживаю. Знаю, что разрушил нашу жизнь. Но хочу попытаться всё исправить.
Устроился на стройку. Буду отдавать половину зарплаты на погашение твоих долгов. Записался на лечение от алкоголизма.
Не прошу вернуться. Не прошу дать шанс. Просто хочу, чтобы ты знала — я понял, какой был.
И буду исправляться. Не ради тебя. Ради себя.
Прости."
Он отнёс письмо в больницу, передал через медсестру.
А утром в шесть встал, оделся в рабочую одежду и поехал на стройку.
**Эпилог**
Два года спустя Денис работал мастером на той же стройке. Бросил пить, похудел, окреп. Снимал однокомнатную квартиру, ездил на подержанной машине.
Половину зарплаты по-прежнему отдавал на погашение долгов Светы.
Они встретились в банке, куда оба пришли подписывать документы о реструктуризации кредита.
— Привет, — сказал Денис.
— Привет, — ответила Света.
Она выглядела усталой, но спокойной. Работала теперь бухгалтером в небольшой фирме, жила с сестрой.
— Как дела? — спросил он.
— Нормально. Долг уменьшился до полутора миллионов.
— Хорошо. У меня тоже.
Они помолчали, стоя в очереди.
— Слышала, ты мастером стал, — сказала Света.
— Да. Год назад повысили.
— Поздравляю.
— Спасибо.
Ещё одна пауза.
— Денис, — тихо сказала она. — Спасибо за помощь с долгами.
— Это моя обязанность.
— Не обязанность. Мы в разводе.
— Но долги мои тоже. Я тратил эти деньги.
Света кивнула.
— Ты изменился.
— Пришлось.
— Жалеешь о том времени?
Денис подумал.
— Жалею, что понадобился молоток, чтобы я прозрел.
— А я жалею, что молчала. Надо было сразу правду сказать.
— Я бы не выдержал правды.
— Знаю.
Подошла их очередь. Они подписали бумаги, вышли из банка вместе.
— Может, кофе выпьем? — неожиданно предложил Денис. — Как старые знакомые.
— Не думаю, что это хорошая идея.
— Наверное, ты права.
Света пошла к остановке. Денис смотрел ей вслед.
Дома он открыл блокнот, где записывал ежемесячные выплаты по долгам. При нынешнем темпе погашения полностью рассчитаться удастся через три года.
Три года искупления.
Денис закрыл блокнот, включил телевизор. По экрану шли новости, но он не слушал.
Думал о том, что иногда нужно потерять всё, чтобы понять цену того, что имел.
И что самое страшное наказание — не долги и не одиночество.
А осознание того, что сам уничтожил единственного человека, который тебя любил.