Литагент сказала, что экспертиза займет около двух месяцев, и первой мыслью было: «Набивает себе цену». В самом деле, а чего тянуть-то? Прочитал и ответил.
Серьезно я удивилась, когда через положенный срок получила сообщение, что надо запланировать день и выделить на все-про все часа два. Чтобы сказать «нам все понравилось, и мы готовы сотрудничать» или «все плохо, в топку его (роман)» надо два часа?
Оказалось, все намного сложнее.
Как теперь принято, встреча прошла по видео связи. Сначала литагент кружила вокруг меня, постепенно сужая радиус. Болтала о всякой ерунде вроде, драгоценных камней (я в них кое-что понимаю, и в книге об этом есть). В тот момент я подумала, что пытается наладить неформальный контакт. По прошествии времени меня осенило, что просто оценивала адекватность. И я ее понимаю, люди бывают разные, и критику не все воспринимают позитивно. Надо же быть готовым ко всему и выбирать выражения.
После прелюдии последовали реверансы – и персонажи объемные, и факт-чекинг на высоте, и полезная/интересная информация для расширения горизонтов на лицо. Но хорошее (как обычно) длилось недолго. А потом было «избиение младенцев».
Сначала крупными мазками. Мотивация персонажей. С ней как-то все неоднозначно, нет убедительности, надо доработать. Затем, долготы – куски текста, которые сами по себе, может быть, и прекрасны, но сюжет не двигают: «Читатель может заскучать. Так что, выбрасывайте без сожаления». И так далее, и тому подобное.
Потом пошла более мелкая прорисовка: темп повествования к развязке должен ускоряться, некоторые диалоги излишне затянуты, собака должна «работать» на сюжет, быть функциональной, а не просто присутствовать. Ну и финальные штрихи. Например, «Вы три раза назвали кухню «пищеблоком». Одного раза вполне достаточно».
И вся беседа с распечатанным текстом в руках, а там все исчиркано ручкой для наглядности: «На сто тридцать восьмой странице у вас говорится…»
Всех шероховатостей разного калибра и не упомнить. Я и не пыталась напрягать память, просто записывала. А потом недели три работала над текстом.
И вы думаете, мы после этого ударили по рукам? Ничего подобного. Была повторная экспертиза. А это еще два месяца, а потом встреча с замечаниями и полмесяца на исправления. Вот так вот все небыстро.
Майя Яворская. Сентябрь 2025