Давным-давно, когда у Генри Роллинза была рок-группа, он очень, ОЧЕНЬ любил играть живые концерты. Они исчислялись сотнями в каждом туре и были одним из основных средств существования. Запросы группы даже в самые жирные времена были невелики, что позволяло организаторам из самых разных уголков планеты приглашать группу на выступления без чрезмерных издержек.
Будучи сам фанатом рок-музыки и посетителем живых концертов с юных лет, Роллинз ощущал ответственность перед зрителями, относился к живым выступлениям крайне серьёзно, того же требовал от остальных музыкантов. Подготовка Rollins Band к гастролям напоминала подготовку к каким-нибудь олимпийским играм: музыканты репетировали по многу часов, часто в закрытых помещениях с недостатком воздуха. Сам Роллинз, известный здоровым образом жизни и любовью к тренировкам, проводил немало времени на пробежках и велотренажёре. С его активностью на сцене и вокальной манерой, требующей напряжения, физическая форма не должна была подводить даже на сто пятидесятом по счёту выступлении – и неважно, где, когда и перед какой аудиторией оно происходило.
Группа должна была быть готова играть при любой погоде, в любых условиях, при любой реакции зала, на любой аппаратуре. «Одна из вещей, которые я до сих пор храню со времен моей работы в Rollins Band, — это убеждение, что если я не могу приехать в ваш город, использовать ваше оборудование, чтобы открыть выступление вашей группы перед вашими друзьями в вашем клубе и заткнуть вас за пояс, то мне нужно остаться дома и больше репетировать» (Крис Хаскетт, гитара). Роллинз всегда был беспощаден в своей критике по отношению к другим артистам, не способным достойно сыграть живьём, и не позволял никакой лажи ни себе, ни группе:
«Все мои музыкальные кумиры были великолепными исполнителями. Когда я присоединился к Black Flag , мне вбили в голову, что живое выступление требует от тебя максимальной отдачи. Мы усердно впахивали в репетиционной комнате, сводя всё воедино, чтобы не было никаких «разминочных» выступлений. Мы выходили и каждый вечер разносили всё вдребезги.
Группа Rollins Band всегда гордилась тем, что является первоклассным коллективом, выступающим вживую. Эндрю, Сим, Крис, Мелвин, Тео отнеслись ко всему этому очень серьезно, и все они великолепно и последовательно выполнили свою работу .
(…)
Подготовка к туру длится около месяца в небольшой комнате без кондиционера. Это закаляет нас, готовя к сильной духоте и жаре, которые характерны для наших обычных залов с низкими потолками. К тому времени, как мы выходим на сцену, мы уже не гадаем, сможем ли мы – мы гадаем, продержитесь ли вы вместе с нами.
На фестивалях и в периодических унылых сборных солянках, раскручиваемых радиостанциями и происходящих под открытым небом, мы выступаем на разогреве у многих хвалёных современных мультиплатиновых групп и постоянно видим одно и то же. Многие из этих групп не могут выдержать живого выступления. Какое оскорбление для публики, которая платит за билеты.
ЖИВОЕ ВЫСТУПЛЕНИЕ – ЭТО ДОКАЗАТЕЛЬСТВО. ЖИВОЙ КОНЦЕРТ – ЕДИНСТВЕННЫЙ СПОСОБ УЗНАТЬ НАВЕРНЯКА».
(Генри Роллинз, из аннотации к концертному альбому “The Only Way To Know For Sure”, 2002 г.).
Действительно - если сравнивать студийную и концертную работу, то это своего рода сравнение кино и театра (работу в кино многие заслуженные театральные актёры считали халтурой, творчеством более низкого уровня). Если в студии есть возможность сделать нужное количество дублей, отложить запись, почистить её, позвать на помощь дополнительный персонал и музыкантов и т.д., то живой концерт - всегда момент истины и проверка на прочность. Тебе даётся ровно один шанс сыграть хорошо, без повторов и отдыха, и играешь ты не в комфортном пространстве среди понимающих людей, а перед настоящей публикой, которая может быть настроена как угодно. В этом смысле с Роллинзом трудно не согласиться - если группа не вытягивает живые выступления, это повод всерьёз задуматься о её состоятельности и профпригодности.
А ещё Роллинз любил живые концерты издавать. Концертных альбомов, выпущенных за не такой уж большой период существования группы (1986 – 2003), насчитывается 7 штук (и это не считая живых бонусов к различным изданиям номерных альбомов).
Не обошлось без такого альбома (строго говоря, гибридного – студийно-концертного) и на начальном этапе Rollins Band, в 1988 году – автор посчитал, что будет неплохо сходу показать слушателям, как группа звучит живьём (а живые концерты – «это то, для чего всё на самом деле и затевалось» (Роллинз)).
Помимо песен, вошедших в первый альбом “LIFE TIME”, в ту же отведённую для него сессию конца 1987 года были записаны ещё три трека, заслуживающих особого внимания. Все они были кавер-версиями чужих песен, доведённых Роллинзом до характерных для него высот тяжести и безумия.
“DO IT”. Композиция изначально принадлежит британской группе Pink Fairies – героям андеграунда начала 70х. Группа играла блуждающий психоделический рок в духе своего времени, считалась протопанковской и анархической и сделала три альбома (“Never Never Land” (1971) – очень хороший, “Do It” вышла именно на нём; “What a Bunch of Sweetees” (1972) – вполне достойный; “Kings of Oblivion” (1973) – мне не зашёл). Года после 1975 группа уже не показала ничего интересного. В целом же она оставила яркий след в контркультуре. Прославилась в т.ч. провокационными выходками (живые выступления неподалёку от крупных рок-фестивалей с целью отвлечь публику (группа презирала коммерческий рок), выступления в чём мать родила и др.) и наверняка уважалась Роллинзом за смелость и бескомпромиссность.
Pink Fairies, если исходить из их истории, текстов, да хотя бы и обложек, порой любили дунуть и закинуться. Поэтому и дебютный альбом, и конкретно “Do It” сделаны ими отстранённо, воздушно и как бы на расслабоне. Роллинз же, чуждый и расслабленности, и пагубных пристрастий к нехорошим веществам, превратил весёлый полёт розовых фей в работу молота, бьющего по наковальне в быстром темпе. Неистовый вопль Роллинза открывал “LIFE TIME” – таким же воплем открывается и эта пластинка, и снова с первых секунд ясно, что пощады слушателю ждать не приходится. Песня отлично подошла для декларации роллинзовского мировоззрения (если в привычной нам манере, то – «меньше слов – больше дела», «п****ть – не мешки ворочать», «за базар надо отвечать», и т.п.), и он делает это со всей яростью: “DON’T THINK ABOUT IT – DO IT! DON’T TALK ABOUT IT – DO IT! … DON’T SING ABOUT IT IF YOU AIN’T GONNA – DO IT!”.
“MOVE RIGHT IN”. Вещица, изначально принадлежащая перу культовой группы Velvet Underground – написана в далёком 1969 году, но издана лишь в 1986 на альбоме “Another View” (там она называется “I'm Gonna Move Right In”). Маниакально-весёленькая песенка о том, как герой намеревается зайти в бар выпить, а потом пойти с товарищами и кого-нибудь порешить, ранее уже была перепета Роллинзом для альбома “Hot Animal Machine” (1987), но там это было недодумано и сделано сдержанно, близко к оригиналу . Здесь же пьеса превращена в динамичный сплав рэпа, фанка и блюза и доведена до нужного градуса агрессии. Во время живых выступлений песня становилась благодатным полем для джемов, импровизаций, вставок из других песен других групп, шуток, прибауток и т.д., иногда достигая по продолжительности более получаса.
“NEXT TIME”. Изначально исполнена героем ритм-н-блюза 50х – 60х Ричардом Берри (Richard Berry) и вошла на пластинку “Richard Berry & The Dreamers” (1963). Роллинз с огромным пиететом относится к джазу, блюзу и т.п. подобной музыке, на которой он (в том числе) рос, и при случае не упускал возможности обратиться к этим корням на новом витке развития рока, с новой тяжестью и динамикой. На “Hot Animal Machine” имел место другой ритм-н-блюз того же артиста под названием “Crazy Lover”, а здесь – ещё одна подобная по ритмике вещь.
Изначально посвящённая злоключениям некоего персонажа (то он не платит аренду, то он не может улететь самолётом, то предстаёт перед судом и отправляется в тюрьму), песня поётся без изменений текста, высвечивая, однако, не только тяжкую долю героя, но и всё ту же бескомпромиссность Роллинза по жизни: “NEXT TIME?? WHAT DO YOU MEAN “NEXT TIME”?! NO NEXT TIME, NOTHIN! YOU GONNA PAY ME RIGHT NOW!!”.
Три перечисленные пьесы, впоследствии, на раннем этапе жизни Rollins Band часто звучавшие на концертах, и составили первую сторону пластинки. Их концертные версии, встречающиеся на самых разных изданиях, звучат не менее убедительно и показывают, что группа в студии не пыталась пустить пыль в глаза, скрывая недостатки, а стремилась максимально приблизиться к живому звучанию.
На вторую сторону как раз попали номера, записанные живьём в туре 1987 года – материал альбомов “Hot Animal Machine” и “LIFE TIME”. Роллинз намеревался показать всем, чего стоит его группа в момент истины, на сцене - и он таки показал.
На виниловую пластинку вошло 6 треков, на компакт-диск – аж 12 (Роллинз, всегда повёрнутый к поклонникам лицом, старался выпускать максимум материала за те же деньги и, как правило, добивал место на дисках до конца). Здесь нашлось место и динамичным боевикам: живьём они звучат куда убедительнее студийных версий с “Hot Animal Machine” (“Black & White”, “Lost & Found”, “Followed Around”) и не уступают студийным версиям с “Life Time” (“Wreck Age”, “Turned Out”, “1000 Times Blind”). Нашлось место и медленным шаманским композициям, тяга Роллинза к которым обозначилась с первого же сольного альбома (“No One”, “Gun in Mouth Blues”). В перерывах Роллинз порой говорит с залом, давая некоторые разъяснения по поводу предстоящих песен - и даже в таких коротких ремарках чувствуется, что это артист в т.ч. и разговорного жанра и отличный оратор.
В 1999 году при переиздании альбома “LIFE TIME” альбом “DO IT” был раздербанен. 3 студийных трека оттуда ушли в “LIFE TIME”, а бонусы, изначально дополнявшие "LIFE TIME", исчезли. В 2007 году справедливость была восстановлена - оба альбома изданы в первозданном виде. "DO IT" получил обложку, более подходящую для формата CD (изначальная обложка - коллаж из 6 фотографий - в маленьком формате совершенно не смотрелась).
Концертную часть альбома предваряет вступительное слово под названием “Joe Is Everything, Everything Is Joe” (отсылка к Джо Коулу – лучшему другу Роллинза и роуди группы, трагически погибшему в декабре 1991 года). Ведущий, представляя группу, задаёт Роллинзу вопрос о том, ожидать ли «жаркого животного рок-н-ролла» (“hot animalistic rock-n-roll”) – Роллинз отвечает, что всё это не о нём, а о душе, сердце и разуме, лишний раз подтверждая, что эта музыка не только и не столько для угара, сколько для размышления и осознания.
Тем не менее, хмурые умные мысли лидера забиваются в головы слушателей драйвово, динамично и позволяют в том числе угореть и порубиться – атмосфера диска хоть куда, слушается он на одном дыхании и не устаревает с годами. Энергетика этих людей даёт фору и рокерам 70х – 80х, и альтернативщикам 90х – 2000х. Роллинз сотоварищи доказывают, что действительно являются мастерами живых выступлений, и запись заставляет тебя пожалеть о том, что ты не присутствовал на таких концертах. Никакой халтуры, никаких послаблений, никакого обмана. «Не болтай об этом – просто делай!»