Итак, тема стара, как мир…
«У меня проблемы в отношениях с парнем. Я часто на него наезжаю по поводу
замужества. Он говорит зачем тебе нужен брак, что даст печать в
паспорте, что это изменит и тд. Зачем типа вмешивать в отношения
государство?..»
(орфография автора сохранена).
В общем, понятно. Она хочет за него замуж, а он, паразит, не женится.
И
она, что особенно неприятно, никак не может его к этому подтолкнуть,
так сказать. Ибо у нас тут везде феминизм, равноправие полов, женщина
все решает сама, и рядом с нею уже попросту нет ни отца, ни брата,
который мог бы, так сказать, придать некоторый импульс этому процессу…
Помните, как у М.М.Зощенко?
Брат. Вы мне лучше скажите - чего вы к моей сестре так часто в гости заскакиваете? Только, может, ее компроментируете…
Сосед. То есть как же, помилуйте, «часто»?.. За месяц только раз и зашел – успокоить даму…
Брат.
"Успокоить даму"! Мы знаем это спокойствие. Еще врет!.. Он «раз зашел».
Да он, нахал, только на моих глазах третий раз входит!..
Компроментирует… А если она вам нравится, то вы так и скажите. И
возьмите, и женитесь на ней, если нравится… Только быстро, быстро!..
Да.
А у нее самой, говорю, сие как-то плохо получается. Хотя он, нахал,
давно уже входит и выходит, и вообще всячески компрометирует, но загнать
его в ЗАГС у нее никак не получается, несмотря на то, что все
рекомендации на сей счет, подчерпнутые из популярных блогов популярных
психологинь уже, вроде бы, ею перепробованы. И все советы подруг уже
тоже, так сказать, внедрены, и тоже показали свою негодность. И вообще,
как быстро выяснилось, рекомендации популярных психологинь, на поверку,
ничем не отличаются от советов бывалых подруг, и из-за этого как-то
особенно обидно…
И тогда она,
натурально, идет к психологу-мужчине, в последней надежде выяснить для
себя что-то внятное по этому вопросу, ибо, несмотря на ветры феминизма и
сквозняки равноправия, она что-то такое все еще продолжает в себе по
отношению к мужской фигуре чувствовать… Наверное, какой-то перенос. Или
проекцию. Отца и брата, говорю, у нее нету, а тут такой удачный случай –
психолог-мужчина. И она ему говорит – так и так, говорит, что вы, как
мужчина, можете мне по этому поводу рекомендовать?..
Тут
психолог, конечно, поправляет очки, или чего у него там, и во избежание
усиления ее переноса, и углубления ее проекции, рассказывает клиентке
анекдот про лягушку. Знаете анекдот про лягушку?.. Сидит, значит лягушка
на пруду, и на вопрос пробегающего мимо енота «Лягушка, как водичка,
теплая?..» возмущенно отвечает «Я тут, вообще-то, не как градусник, а
как женщина сижу!..»
Я тут, скромно замечает психолог, не как мужчина, а как градусник
как психолог сижу, так что вот из позиции психолога и позвольте мне
прокомментировать вашу историю… Ну ладно, со вздохом соглашается дама,
давайте как градусник. В смысле, как психолог. Тогда, говорит психолог,
давайте и Вы тоже со мною поговорите не как женщина, а как клиент
психолога… Потому что, если я назову мартышкой женщину, даже из роли
психолога, то эта мартышка женщина немедленно на меня
обидится, и будет совершенно права. А вот если я из роли психолога
расскажу клиентке, как работает ее «внутренняя мартышка», то есть ее
собственная инстинктивно-рефлекторная система, которой уже 50 000 лет в
ее нынешнем виде, тогда, конечно, никакой обиды не произойдет, а будет
мир, дружба, жвачка, и вообще полное понимание своего и чужого
поведения.
Ладно, соглашается женщина,
и мартышка внутри нее тоже соглашается, хотя и не так охотно,
подозревая, что все дальнейшее будет сказано именно про нее, после чего
скрываться от женщины, внутри которой она так удачно поселилась 50 000
лет назад, ей уже станет крайне затруднительно, равно как и выдавать
свои собственные обезьяньи инсинуации и мотивы за желания самой женщины…
Итак,
говорит психолог, ваш МЧ, или кто у вас там, говорит вам, дескать,
зачем тебе нужен брак, что тебе даст печать в паспорте, что это изменит,
и т.д. И даже проявляет некоторую политическую близорукость, утверждая,
что не нужно вмешивать в ваши отношения государство. Хотя, еще со
времен советской шутки про трехспальную кровать «Ленин с нами»,
государство в отношениях Ж+М всегда незримо присутствует. Раньше бог
присутствовал, потом, с некоторого времени – государство, а сейчас время
такое, что они оба как-то в одних отношениях уживаются. То есть вы
сперва ведете своего МЧ в ЗАГС, а потом – иногда прямо в этот же
знаменательный свадебный день – еще и в храм божий, чтоб, так сказать,
закрепить свой успех, и чтобы уж из этого двойного капкана ваш муж,
бывший ваш молодой человек, гарантированно не выбрался, без
несовместимого с жизнью ущерба.
Да,
радостно кивает собеседница. Ок, говорит психолог, и что вы ему на этот
его вопрос отвечаете?.. Зачем вам штамп в паспорте?.. Да еще вкупе с
получасовым бормотанием священника, призывающего еще и Самое Главное
Начальство засвидетельствовать ваш брак?..
Ничего не отвечаю, говорит собеседница. А разве это и так не понятно?..
Не-а, говорит психолог.
Ему, вашему МЧ, будущему вашему мужу – непонятно.
И, что самое обидное, даже вам самой непонятно.
Мне
– понятно, и моя задача как раз и состоит в том, чтобы сделать сей
механизм понятным и для вас, после чего вы, скорее всего, сможете
сделать его понятным и для этого вашего нахала, бывшего молодого
человека, всячески уклоняющегося от статуса вашего будущего мужа.
Дело
в том, продолжает психолог, что внутри вас сидит молодая 50 000-летняя
мартышка, для которой – в отличие от вас, хорошо подкованной в вопросах
современной контрацепции женщины, – совершенно очевидно, что вот этот
процесс постоянного входа и выхода, которым ваш МЧ в отношении вас
занят, с высокой степенью вероятности обернется вашей беременностью.
А
это, в свою очередь, гарантированно означает ее, вашей мартышки,
совершенную беспомощность на ближайшие примерно три года – то есть
девять месяцев беременности, плюс два или два с половиной года грудного
вскармливания… И ваша мартышка совершенно справедливо исходит из того,
что ни прокормить саму себя, ни защитить саму себя она в этот период
попросту не сможет.
И, как следствие,
на этот период ей и нужна гарантия безопасности и прокорма как ее самой,
так и ее будущего малыша. И эта гарантия в лице вашего МЧ, собственно,
вроде бы как у вас есть, но при этом она, эта гарантия, то есть он, этот
мужчина, всеми четырьмя копытами отпирается и от бога, и от
государства.
Да, радостно кивает
теперь уже внутренняя мартышка, все именно так и есть, какой нам попался
замечательный дяденька-психолог, так точно определивший все мои страхи и
сомнения… Верю! Верю в своего самца, хотя и сомневаюсь, конечно, и
тревожусь периодически…
А вот наружная
женщина, наоборот, грустнеет, потому что ее вера в бога и в
государство, в отличие от ее внутренней мартышки, попросту на порядок
сильнее, чем ее же собственная вера в своего самца…
Такая вот незадача.
Внутренняя
мартышка этого самца выбрала. Она в него верит, как в будущего отца
совместных детей. И даже предоставляет ему право входить и выходить, что
для нее является высшей степенью доверия к существу противоположного
пола… А все эти ваши противозачаточные средства, вкупе с ЗАГСом и
бормочущим попом, попросту находятся за гранью ее понимания. Он, мой
самец – вот моя гарантия. Не просто главная – но, по сути, единственная.
Он меня и прокормит, и защитит. Ну, или не прокормит, и не защитит… Но
тогда какого рожна я с ним вообще спариваюсь? Раз спариваюсь – значит,
уверена, что и прокормит, и защитит.
А
вот внешняя женщина – она своему самцу не доверяет. Вот государству она
доверяет. И имеет на то все основания, ибо дедушка Ленин – «Ленин с
нами», помните? – аж в 1917 году, впервые в мире, установил своим
декретом оплачиваемый отпуск для женщин по уходу за ребенком.
Фактически, с тех пор все родившие в России женщины за счет Ленина
за счет государства и живут, находясь в «декрете». А если еще и самец
чего-нибудь на жизнь подкидывает, тогда вообще замечательно. Алименты,
там. Или добровольные взносы…
И с
безопасностью то же самое. Безопасность беременной женщины и молодой
мамы, в ее собственных глазах, обеспечивается не ее самцом, а силами
полиции, то есть, тем же самым государством. Окажись под угрозой ее
безопасность в сложный период ее материнства, она доверит ее не тому
самцу, с которым спаривалась ее мартышка, а совершенно другим,
незнакомым ей самцам в погонах, которые быстро приезжают по телефонному
звонку. Ну, или не приезжают, но позвонить-то всегда можно…
Опять
же, суд – тоже государственная структура. Если этот нахал, мой муж,
бывший молодой человек, вдруг заартачится, при попытке получить с него
безопасность и ресурсы, то при наличии штампа в паспорте всегда можно
получить поддержку вот от этого красивого седоватого самца в мантии под
табличкой «Судья А.А.Соломонов». А уж если под табличкой «Судья» сидит
женщина, что во времена царя Соломона было совершенно непредставимо, но в
наблюдаемой ныне реальности встречается все чаще, то тем более. Женщина
женщину ведь всегда поймет…
Короче.
Имеем
конфликт между, так сказать, внешней женщиной, искренне уверенной в
родном государстве, а на худой конец, в боге, и ее внутренней мартышкой,
то есть инстинктивно-рефлекторной системой, для которой ее самец, он же
ее половой партнер – и царь, и бог, и воинский начальник, и полиция, и
суд, и безопасность, и ресурсы.
Поэтому
внутренняя мартышка счастлива, и только недоумевает, зачем ее внешняя
женщина горстями глотает все эти таблетки, мешающие ей наконец-то родить
ребенка от этого замечательного мужчины, а внешняя женщина, запивая
очередную таблетку, объясняет своей мартышке, что для этого
ответственного шага у них обеих пока что недостаточно гарантий.
Надо
ЗАГС. Или попа. Первое позволит получить государственную защиту, второе
ничего не позволит получить, хотя, с некоторой степенью вероятности,
создаст у этого вашего нахала, бывшего молодого человека, страх, вину, и
ожидание возмездия свыше, за свое нехорошее поведение по отношению к
вам. Ну, или не создаст – и, в отличие от ситуации с полицией, и
позвонить-то в этом случае некуда…
В
этот месте монолога психолога женщина и мартышка смотрят друг на друга, а
потом поворачиваются к психологу с одним и тем же вопросом «Ну, все
понятно, – а делать-то чего?.. Чего конкретно теперь говорить своему
молодому человеку, самцу, и будущему мужу, в связи с его нежеланием
регистрировать брак – то есть видеть на своем месте государство?..»
Ну,
вот все это и говорить, отвечает психолог. Примерно в этой же
последовательности. Так и так, дескать, молодой нахал, моя внутренняя
мартышка вас любит, и вам полностью доверяет, что подтверждается, в том
числе, и нашей с вами регулярной половой связью. А вот моя внешняя
женщина – в силу целого набора психотравм, вынесенных ею из детства и
юности, – тревожится по поводу вашей способности ее защитить и
прокормить. И вообще, чего-либо ей гарантировать. Ну, вот не было у меня
сильного папы. И брата. И дедушки тоже не было. А была и есть
невротичная мама, которая, в силу отсутствия и у нее самой всего
перечисленного, годами выносила и себе самой, и мне, ее дочери, мозги по
поводу мужчин, которые «не те», или которых вообще нету. Поэтому
мужскую фигуру мне заменяет дедушка Ленин родное
государство, с его декретными выплатами и доблестной полицией. И, в
силу всего этого, моя внешняя женщина вас не очень любит, и вообще вам
не доверяет… И даже поп в церкви, на основе его предполагаемой связи с
Высшим Судом, у нее вызывает большее доверие, нежели вы, мужчина...
«Так и говорить?», ужасается женщина.
Так и говорить, радостно кивает мартышка.
Так и говорить, словно мартышка, кивает психолог.
Ибо это – уже и есть акт доверия.
Тот самый, на который вы, государственная моя, пока что в отношении мужчины не очень способны.
Сказать честно «Я тебе не доверяю», и объяснить, почему, – это и есть доверие.
Сказать,
что твоя травма, в силу которой твоя наружная женщина, в отличие от
твоей внутренней мартышки, верит попу и государству более, нежели
мужчине, с которым она спит, – это и есть сближение, это и есть
построение отношений.
Немедленным
результатом сего – если ваш мужчина и впрямь ощущает себя царем и богом,
– станет принятие вас, вместе с этой вашей травмой, ибо нет для царя и
бога ничего более желанного, чем забота о тех, кто сам о себе
позаботиться не способен… Впрочем, и функция «альфа-самца» в стае
приматов примерно то же самое и подразумевает…
Если
же он царем и богом себя не ощущает, и даже по поводу своей самцовости
не уверен, то вы, вместе с вашей травмой недоверия к мужчинам, скорее
всего, после этого своего каминг-аута будете посланы лесом.
Что,
опять же, пойдет вам на пользу, ибо ближайшие двадцать лет
кортизольного стресса в постели не пойми с кем, только ради штампа в
паспорте, психологического здоровья вам не добавят…
А вашей внутренней мартышке – тем более.
И
что самое обидное, на сей факт повлиять не сможет уже даже государство,
даже во главе с дедушкой Лениным. Не говоря уж про начальство повыше…