Шелк платья шептал, касаясь кожи, кружева щекотали, а в ушах звенел звон хрустальных бокалов – день моей свадьбы! Но, разумеется, в этот сказочный день должна была вклиниться капелька абсурда, щепотка драмы, чайная ложечка хаоса! И вот она, во всей красе: наша доблестная охрана, два шкафа с кирпичными лицами, не пропускают… кого? Да, совершенно очевидно, бедную старушку!
Бабулька, конечно, выглядела не ахти – пальто драное, как будто его моль три дня жевала, в глазах тоска вселенская, но улыбка… О, эта улыбка могла растопить айсберг! Подхожу ближе, сердце – дискотека, в голове тысяча вопросов.
"Простите, – говорю, – тут какое-то недоразумение? Может, вы знаете кого-то из гостей?"
И тут старушка, вместо того, чтобы сказать "да, я тетя жениха, просто поздно вышла с сеновала", выдает такое, что у меня, да у меня самой челюсть отвисла до пола!
"Дитя, – шепчет она, – беги! Беги, пока не поздно! Твой ненаглядный… он… он спит с твоим париком!"
Спи-и-ит с мо-и-им па-ри-ком?! Да у меня и парика-то нет! То есть, как нет? У меня же сегодня… накладные пряди! И тут в голове словно лампочка зажглась – вспомнила, пару недель назад жених, Кирилл, очень уж настойчиво интересовался, где я покупала "эти роскошные локоны". А потом… потом я нашла его спящим в обнимку с… коробкой от этих самых прядей!
Это был не просто тревожный звоночек, это была пожарная сирена в голове, ураган в животе и ядерный взрыв в сердце! Спи-ит с моими накладными прядями! Да он их, наверное, на ночь молоком поил и сказки читал!
В общем, без лишних слов, срываю с себя этот тонну атласа и кружев, превращаюсь в бегущую невесту (причем в прямом смысле!), выскакиваю из ресторана, как пробка из шампанского!
За спиной слышу крики, вопли, шум, но мне плевать! Бегу, забыв про каблуки и приличия, потому что жизнь слишком коротка, чтобы выходить замуж за человека, который предпочитает твои волосы твоему телу! Пусть лучше спит с ними кто-нибудь другой! А я… а я пойду куплю себе пиццу и буду смотреть комедии! Ведь жизнь, как говорится, – это не поле боя, а подиум! И сегодня на этом подиуме блистает свободная и счастливая я! И, кстати, надо бы проверить, не спит ли мой кот с моими чулками… на всякий случай!
Пицца оказалась божественной! Каждый кусочек – это гимн свободе и независимости. Сижу я, значит, в спортивных штанах, с пиццей на коленях, залипаю в какую-то дурацкую комедию про говорящих собак, и тут – звонок! Номер незнакомый.
"Алло?" – отвечаю, с набитым ртом. "Это… это Кирилл, – голос у жениха какой-то жалкий, как у побитой собаки. – Ты где? Что случилось?" А что случилось? Да ничего особенного, говорю, просто решила, что мои волосы заслуживают большей любви, чем от тебя! И бросаю трубку. Пусть теперь гадает, на какой помойке я выставила их на продажу!
Следующие несколько дней прошли в режиме "дзен": отключаю телефон, блокирую Кирюшу во всех соцсетях, иду в парикмахерскую и крашусь в ярко-розовый цвет! К черту все эти свадебные стереотипы! Я – сама себе праздник! А розовый цвет – это мой личный фейерверк в ответ на всю эту свадебную вакханалию!
И вот, захожу я в кофейню, заказываю латте с карамелью, и тут… вижу его! Бога, Аполлона, мужчину моей мечты! Стоит у окна, читает книгу и смотрит на меня так, словно я – его персональная кофейная фея! Подхожу, делаю глубокий вдох и говорю: "Простите, а вы случайно не эксперт по волосам? Просто, мне кажется, мои нуждаются в профессиональной оценке!". Он поднимает глаза, улыбается, и мир вокруг замирает. Кажется, я снова влюбилась! И на этот раз – в мужчину, а не в накладные пряди!
И как он улыбнулся! Эта улыбка стоила всех розовых прядей мира! Оказалось, он не эксперт по волосам, а профессор литературы, и его зовут Марк. Литература, дамы и господа! Это же даже звучит эротичнее, чем "финансовый аналитик"! В общем, слово за слово, латте за латте, и вот мы уже обсуждаем Достоевского, параллельно флиртуя так, что искры летят прямо в карамельный сироп. Кирилл, кто? Не знаю такого!
Марк оказался не просто профессором, а настоящим ходячим сборником анекдотов, цитат и комплиментов. Он заставил меня смеяться так, что у меня заболели щеки, и смотреть на мир, как на огромный торт, который только и ждет, чтобы его съели! И знаете что? Кажется, я готова была откусить самый сочный кусочек!
Вечером, после самой романтичной прогулки по парку (где мы подкармливали белок стихами Бродского, честное слово!), Марк галантно проводил меня до дома. И тут, внимание, барабанная дробь! Он поцеловал меня! Не вот это вот "чмок в щечку для приличия", а настоящий, страстный, голливудский поцелуй, от которого в животе заплясали все бабочки, которых я выловила со времен выпускного!
На следующий день я проснулась с улыбкой до ушей и желанием покорить мир. Или хотя бы испечь пирог. Решила начать с пирога, потому что какой же мир без пирога? И тут, звонок! Снова этот злосчастный Кирилл. На этот раз я не стала бросать трубку. Я просто включила на громкую связь «Хава Нагилу» и ушла печь яблочный пирог. Пусть думает, что я вышла замуж за раввина и улетела в Израиль! А я? А я иду за своим счастьем. И оно, кажется, пахнет латте и немного – яблочным пирогом.
Пирог удался на славу! Румяный, ароматный, с корицей, он был просто воплощением dolce vita. Пока он остывал на подоконнике, я строчила Марку сообщение, полное эмодзи-сердечек и восторженных восклицательных знаков. Ответ прилетел мгновенно: "Жду тебя в нашем кафе через час. Будем читать друг другу Ахматову и объедаться круассанами!" Ахматова и круассаны! Разве это не идеальный план на день?
В кафе Марк встретил меня с букетом ромашек и самым озорным блеском в глазах. Мы читали стихи вперемешку с шутками, смеялись до колик и придумывали безумные истории про каждого прохожего. Казалось, что мы знакомы целую вечность, хотя прошло всего два дня. Время летело незаметно, как страницы любимой книги.
Вечером, когда мы прощались у моего подъезда, Марк достал из кармана маленький бархатный футляр. Внутри лежала серебряная подвеска в виде пера. "Чтобы ты всегда могла писать свою историю, какой бы сумасшедшей она ни была", - прошептал он, надевая ее мне на шею. Я чуть не расплакалась от счастья! Это было так мило, так трогательно, так… по-марковски!
Кирилл, конечно, не сдавался. Продолжал слать эсэмэски, звонить, даже однажды подкараулил меня у работы с букетом гвоздик (гвоздик, Карл!). Но я была непреклонна. Моё сердце теперь было занято профессором литературы, ходячим сборником анекдотов и стихов, человеком, который заставил меня снова поверить в любовь. И знаете что? Я ни о чем не жалею! Ведь жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на гвоздики. В ней должно быть место для ромашек, латте и безумных стихов!