Из рассекреченных архивов ФСБ:
«СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО
НАЧАЛЬНИКУ
2 УПРАВЛЕНИЯ НКГБ СССР
тов. ФЕДОТОВУ.
Гор. Москва.
…Начальник Новохоперского РО НКГБ Воронежской области старший лейтенант госбезопасности товарищ Н. выявил, разоблачил и арестовал немецкого агента-парашютиста Г. Б. И., кличка «ВОРОНОВ», в августе месяце окончившего Варшавскую школу немецкой разведки и в ночь на 20 августа 1943 года заброшенного в тыл СССР в районе города Рассказово Тамбовской области. 18 октября 1943 года Г. появился в Новохоперском районе, вскоре женился на своей знакомой по детдому гр-ке Б. З. А., у которой и поселился».
Г. передан в «СМЕРШ» ОРВО.
В связи с тем что начальник Новохоперского райотделения НКГБ товарищ Н. проявил инициативу и бдительность в разоблачении и аресте Г. — просим представить его к награде медалью «За отвагу» (…)
Начальник управления НКГБ по Воронежской области
полковник госбезопасности Прошаков.
Февраль 1944 г.
Гор. Воронеж».
***
"СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО
докладная записка
об агентурно-оперативной работе управления НКГБ
по Воронежской области
за февраль 1944 года
«Воронов» был выброшен на парашюте южнее города Рассказово Тамбовской области в ночь на 20 августа 1943 года. Парашют ему не удалось спрятать, так как опустился он на дерево, чтобы освободиться от парашюта, ему пришлось перерезать стропы
С целью легализовать своё присутствие в Рассказово, «Воронов», одетый в форму старшего лейтенанта Красной армии, переночевав в лесу в 2 километрах от места приземления, утром пошёл в Городской совет, где спросил, не проживает ли в Рассказово его семья, эвакуированная из Воронежа. В Горсовете «Воронову» выдали социальную справку, что в Рассказово его семья не проживает (…)»
Затем немецкий шпион направился в Тамбов, а по пути его чуть не арестовали. В поле он наткнулся на разыскивающих парашютиста красноармейцев и сотрудников НКГБ. Они потребовали у мужчины документы. Шпион спокойно предъявляет поддельное отпускное удостоверение, выданное якобы в связи с ранением на фронте и социальную справку из Рассказово (настоящую). Его отпускают без обыска.
А если бы обыскали, то обнаружили бы при этом человеке:
«…поддельные воинские документы и несколько десятков чистых бланков удостоверений, командировочных предписаний, продовольственных аттестатов, отпускных удостоверений, справок о ранениях, удостоверений о награждении медалями и орденами. Заполненные документы были действительны на настоящее имя «Воронова» — Г. Б. И., уроженца Глубокой Ростовской области, из семьи репрессированного советской властью, члена ВЛКСМ…»
Из протокола допроса:
«…В Тамбове мне следовало разведать, есть ли анилиновая промышленность, если есть, то где она расположена; какую площадь занимают Тамбовские артиллерийские склады, имеются ли подземные погреба; производит ли ремонт бронепоездов Тамбовский вагоно-строительный завод, сколько рабочих, работают ли на заводе китайцы и монголы.
Также по Тамбову было поручено разведать наличие воинских частей и соединений. Собрав такие данные по Тамбову, я обязывался переехать в Мичуринск, где мне поручалось выяснить программ паровозно-ремонтного завода, наличие воинских частей и анилиновой промышленности. Из Мичуринска я должен был следовать в Воронеж, где обязан был выяснить, какая восстанавливается промышленность и какие имеются штабы воинских соединений. Из Воронежа я обязывался переехать в Лиски, где должен был выяснить количество эшелонов, идущих на запад, с каким грузом».
Настоящие имя и фамилия этого шпиона неизвестны, в документах он проходит как "Воронов" или под инициалами Г.Б.И.
"Воронов" - советский гражданин, по происхождению донской казак, родился в посёлке при станице Глубокой Ростовской области в семье военного инженера.
Отец его был осуждён по 58-ой статье в 1933-м – за то, что у него похитили секретные чертежи – заключён в Ветлужские лагеря (Вятский исправительно-трудовой лагерь или ВятЛаг – один из крупнейших исправительно-трудовых лагерей в системе Главного управления лагерей (ГУЛАГ).
В этом лагере, в том же 1933 году отец умирает. Мать "Воронова" умерла еще ранее, когда ему было5 лет. Четыре месяца "Воронов" беспризорничал, затем провёл четыре года в детском доме (уездный город Новохопёрск).
После – училище при заводе имени Коминтерна в Воронеже: до второй половины 1938-го, затем – работа шофёром на сахарном заводе в Рамони.
В 1939-м – призыв в Красную Армию, на советско-финскую войну водителем. В апреле 1940-го – дембель, возвращение в родной ростовский посёлок при станице Глубокая и – головокружительная карьера. Секретарь Райкома комсомола, назначение в Центральную Сберкассу станицы Каменская, «по рекомендации Райкома в целях укрепления финорганов», где укрепляет эти «органы» до 22 июня 1941-го. В тот день – первый день Великой Отечественной войны – "Воронов", советский парень 21 года, добровольцем уходит в ряды Красной Армии.
Его как политически надёжного советского солдата, зачисляют в 16-ю отдельную морскую десантную бригаду и направляют на Балтийский фронт, где вскоре он становится политруком роты. Через пять дней командир роты погибает в бою. И политрук "Воронов" получает его должность. Геройствует, получает в одном из сражений тяжелейшие ранения. После госпиталя его направляют в Ростов – в отдел кадров штаба Северо-Кавказского военного округа (СКВО).
И в Ростове-на-Дону с ним приключается ЧП. Находясь в Ростовском ресторане, в пьяном виде "Воронов" избил лейтенанта госбезопасности. Затем милиция, военный патруль, задержание.
"В беседе с работником особого отдела Д. в пьяном виде в порядке хвальбы и издёвки над бдительностью политорганов назвал себя шпионом, в связи с чем был арестован Особым отделом НКВД, содержался под стражей с октября 1941 года до половины января 1942 г., был осуждён по ст. 169 УК на 10 лет с посылкой на фронт".
Любопытно, что "Воронова" осудили по статье "Мошенничество", тем самым признав, что про шпионаж он всё наврал.
Оказавшись в 1127-м Волжском полку 337-й Сталинградской дивизии, в районе Барвенково попал в плен и направлен в лагерь в г. Проскуров, где добровольно записался в организуемый оккупантами 5-й северокавказский легион, назвав себя осетином.
Через некоторое время в связи с поступлением на него доноса о том, что он еврей, был направлен обратно в лагерь в Проскуров, откуда с партией военнопленных направлен в Львов, а затем в Ченстохов, где работал вестовым у зондерфюрера Малиса, а потом был привлечён в Варшавскую разведшколу вербовщицей Б. Н. А. Перед вербовкой он написал письмо Геббельсу с жалобой на тяжесть условий содержания в лагерях, представляя себя в этом письме «борцом против ига большевиков»…»
В Варшавской разведшколе "Воронов" проходит трехмесячную подготовку: изучает радиодело, агентурную разведку, организацию Красной армии и психологию командного состава, топографию.
Перед выброской в советский тыл "Воронов" получил в Варшавской школе разведчиков 20 тысяч советских рублей, револьвер «Наган», медаль «За отвагу», набор документов и липовых справок, бланков, "которые сжёг незадолго до ареста".
Во время шпионской деятельности Воронову помогали многочисленные любовницы, которые были уверены, что он раненый командир Красной армии. Еще до войны его любовница и секретарь райкома комсомола станицы Глубокая по фамилии Ш. выписала Воронову по знакомству ложную характеристику … "из рабочих, член ВЛКСМ с 1936 года, активно участвовал в проведении мероприятий партии и правительства, добровольно выполнял комсомольские поручения, морально выдержан и идейно устойчив".
Так и повелось. Знакомая по детдому стала его любовницей, а затем женой. Очередная любовница - секретарша районного отделения НКГБ помогла ему с настоящими документами, когда он усомнился в липовых. Делопроизводитель воинской части Августина Р. была его любовницей и сводила его с "нужными красными командирами и начальниками".
"Воронов" каждый день пил и кутил с офицерами, представляясь "начальником контрразведки СМЕРШ", сорил деньгами, раздавая взятки, и даже получил доступ к секретным документам, пока не попался на глаза старшему лейтенанту госбезопасности Н., начальнику Новохоперского райотделения НКГБ.
В октябре 1943-го года Воронов пришел к нему сам, продемонстрировав "предписание от командующего Северо-Кавказским фронтом о назначении его, "Воронова", начальником городского военкомата в Моздоке. Шпион «Воронов» даже не представлял, а в Варшавской разведшколе ему не объяснили, что в горвоенкомы тогда назначались не "фронтами", а "военными округами". Начальник Новохоперского райотделения НКГБ знал это прекрасно.
Более того, ранее контрразведчик, товарищ Н. лично знал мальчишку Г.Б. И. Ребёнка из семьи репрессированного военного инженера, воспитанника Новохопёрского детдома. И, едва взглянув на его поддельное предписание, вспомнил его, но вида не подал.
А вместо мгновенного разоблачения он предлагает "Воронову" поработать в его отделении, после того, как закончится "его отпуск по ранению". Для этого он подает письменную записку начальнику 3-ей части РВК по фамилии С. подобрать из "отпускных командиров" (тех, что после ранений) для работы в НКГБ двух человек и рекомендует "Воронова". Воронов с радстью соглашается, соблазнившись возможностью попасть в государственную безопасностью, а начальнику НКГБ так сподручнее следить за подозреваемым.
До этого "Воронов" уже втёрся в доверие командованию воинских тыловых частей, устраивал попойки за свой счёт, покупал водку ящиками как "начальник контрразведки СМЕРШ", на допросах рассказал, что за эту водку пускали его и в штаб полка, и в комнату с секретными документами. Называя по фамилиям, должностям и званиям, к кому якобы ходил, кто якобы его пропускал, не проверяя документов. И среди этих названных прозвучал настоящий СМЕРШевский начальник С.
5 февраля 1944-го (едва закончился «отпуск по болезни») Новохопёрская Врачебная гарнизонная комиссия признаёт "Воронова" годным к военной службе, местный военкомат направляет его в Воронеж, в военкомат областной. И в тот же день его арестовывает начальник районного отдела НКГБ тов. Н. Почему не арестовал сразу? Собирал доказательства причастности "Воронова" к абверу.
Первые два дня бывший красноармеец, а ныне шпион "Воронов" пытался врать и изворачиваться, а затем "поплыл" и всё детально рассказал. Затем разоблаченный шпион был переправлен в СМЕРШ Орловского военного округа (был такой, да) и следы его теряются.
От редакции. На нашем канале вышел новый рассказ Андрея Творогова "Расплата" (название кликательно).