Предыдущая часть:
Маша ничего на это не ответила. Старик мудро завершил разговор.
— Ну, в общем, ты хорошенько все обдумай, с плеча не руби. Понимаю, шокировал тебя сейчас. Если что, в Соловьевске есть очень хорошее медицинское училище, и оно всего в паре остановок от моего дома. Да и вообще, город более современный, возможностей побольше. Ты прикинь, все взвесь, а через недельку я позвоню директору приюта и узнаю через него о твоем решении. Договорились?
— Договорились, — согласилась Маша.
Дед передал внучке подарки и ушел.
На протяжении всех семи дней Маша пребывала наедине со своими мыслями. Директор деликатно на нее не давил, предоставив выбрать самостоятельно. Вариант получить двухкомнатную квартиру в большом городе казался крайне заманчивым, но еще больше манила возможность учиться в престижном месте и получить качественное образование. А еще больше Маша нашла в себе силы признаться, возможность снова обрести семью. Она не знала, врал ли дед насчет того, что пытался наладить связь, когда она была маленькой, но ей хотелось верить, что все правда. По крайней мере, глаза у Петра Николаевича были добрые и очень похожие на ее собственные. И в итоге она пришла к директору и сказала, что хочет переехать к деду. Тот улыбнулся.
— Я так и думал, — произнес мужчина. — Ну что ж, сейчас я ему наберу. Надеюсь, с ним ты обретешь душевное тепло. Только прошу тебя, оставайся настороже и голову не теряй.
— О чем это вы, Алексей Петрович? — удивилась Маша. — Думаете, он мошенник и с ним не стоит связываться?
— Да нет. Петр Николаевич выглядит порядочным человеком, с благими намерениями, но ты не забывай, что у него есть семья, дочь и две внучки. Я не уверен, что они обрадуются появлению еще одной наследницы.
— А я как-то об этом не подумала, — растерялась Маша. — И все равно это не повод отказываться от своего счастья. Ты заслужила жить в большом городе и имеешь полное право на наследство, — подытожил директор.
Маша кивнула. Ей теперь оставалось только дождаться дедушку и привыкнуть к тому, что в ее жизни появился родной человек.
Петр Николаевич приехал через пару дней на своей старенькой Ладе. Вещи девушки к тому моменту были уже собраны. Она погрузила их в багажник, обнялась со старыми друзьями и направилась в путь. Волновались и она, и ее пожилой родственник. Но раз решение принято, надо привыкать друг к другу.
В пути девушка затронула деликатную тему здоровья деда. Она впервые решила уточнить, как болезнь сказалась на его состоянии и часто ли у него бывают приступы. Тот поспешил ее заверить, что в целом все нормально, приступов не случается. Только он порой испытывает сильные боли, но в такие моменты на выручку приходят обезболивающие, которые ему прописали врачи. Плюс ко всему он очень слабеет.
— Когда придет мой час, я совсем ослабну и буду не способен даже сам себя обслуживать из-за боли и страданий. Я перееду тогда в хоспис. Это вопрос решенный. Не переживай. Мучиться тебе со мной не придется. Но я надеюсь, что время у нас еще есть, и я доживу хотя бы до твоего совершеннолетия. И еще я верю, что мы обязательно подружимся, — улыбнулся ей старик.
Спустя еще пару часов они приехали в его родной город и стали выгружать вещи. Дом Петра Николаевича действительно располагался в самом центре. Это была старенькая сталинка, но со свежим капитальным ремонтом, поэтому находиться во дворе и в подъезде было приятно, да и сама квартира оказалась в приемлемом состоянии. Машу это удивило. Дедушка понял по ее выражению лица.
— Ну да, не развалюха, как ты могла подумать. Несколько лет назад я сделал здесь косметический ремонт, нанял рабочих. Они обои переклеили, окна поменяли, линолеум постелили. Все простенькое, но свежее. А в твою комнату я купил новую кровать, чтобы тебе было удобно на ней отдыхать, — взволнованно произнес Петр Николаевич, открывая дверь в спальню, приготовленную специально для внучки.
Помещение действительно выглядело уютным. Там стоял запах новой мебели. Маше он нравился. Помимо кровати в комнате был шкаф, письменный стол, стеллаж для книг и стул. Все, что нужно для жизни и учебы. На окне стояли горшки с фиалками.
— Эти цветы очень любила моя Анна, твоя бабушка. В память о ней я и продолжаю их разводить. Ты не против, что они останутся в твоей комнате? — спросил хозяин дома.
— Они очень милые. Я обязательно буду за ними ухаживать. Пусть остаются, — улыбнулась Маша.
Петр Николаевич весь просиял, а на глазах у него выступили слезы.
— Ну ладно, ты тут обживайся, разбирай вещи. Душ я тебе уже показал, а я пока приготовлю нам поесть, — сказал мужчина и ушел на кухню.
— Да не надо, дедушка. Давай я сама, когда вещи разберу, — произнесла Маша и покраснела, поймав себя на мысли, что впервые назвала этого человека дедушкой.
На сердце у нее в этот момент стало тепло-тепло, и она поняла, что они обязательно подружатся.
Она быстро разложила одежду в шкафу, приняла душ, переоделась и прошла на кухню. Петр Николаевич чистил там картошку, руки его дрожали. Девушка забрала у него нож и продолжила сама. Они приготовили пюре, сварили сосиски. Маша накрошила капустный салат, они сели обедать. Все было просто, по-домашнему. Но девушка была готова разрыдаться от этого ощущения тепла и уюта, которого она была лишена целый год. Однако она сдержалась, чтобы деда не расстраивать, и после еды призналась:
— Если честно, я думала, нас встретит твоя дочка, тетя Лена.
— А она работает сегодня. Не смогла, — отозвался Петр Николаевич. — Но я вас обязательно познакомлю и с девочками тоже. Как-никак они твои сестры, хоть и двоюродные.
— А как думаешь, мы подружимся? У них хороший характер? — с волнением поинтересовалась Маша.
— Я надеюсь, — произнес пенсионер, но в голосе его уверенности не было. — Характер у них у всех боевой, скажем так. Лена работает в пожарной части, еще и на руководящей должности, почти военная. Среди мужчин, сама понимаешь, командир. Вика младшая, вся в нее пошла, избалованная девчонка, но я все равно ее обожаю. Аня старшая, она немного другая, поспокойнее, молчит постоянно, очень сдержанная, но она уже будто отошла от семьи, когда замуж засобиралась. Они с женихом живут отдельно, пока квартиру снимают. С ней мы видимся гораздо реже, да и к родителям она тоже почти не приезжает. Выпорхнула пташка из гнезда.
— Ясно, — кивнула Маша. — Ну, надеюсь, все будет хорошо.
— Пока я рядом, все обязательно будет хорошо, — поспешил заверить ее родственник.
И девушка решила пока не забивать себе голову этими заботами. К тому же ей действительно нужно было переключиться на другое. Ей предстояло подать документы в местное медицинское училище. К счастью, время еще было. Абитуриентку приняли без проблем. Экзаменационные баллы у нее были очень достойные. Можно было выдохнуть. Время шло, и Маша постепенно обживалась в новом городе, узнавала его, много гуляла, но друзьями пока не обзаводилась, а общения с ровесниками очень хотелось. Девушка надеялась, что удастся подружиться с сестрами. Однако первая встреча с новыми родственницами показала, что их отношения вряд ли сложатся гладко. Спустя две недели проживания девушки с дедом тетя Лена сказала, что заедет навестить их вместе с Викой. Маша очень волновалась, провела в квартире генеральную уборку, хотела показать, что она хорошая хозяйка, и Петру Николаевичу повезло. Приготовила фирменный салат, который так любила ее мама, — гранатовый браслет, испекла кекс, натерла посуду до блеска. Однако это гостей не впечатлило. Вид у обеих был очень надменный.
— А где неваляшка? Она раньше стояла в серванте, — ледяным тоном спросила тетя Лена, осматривая квартиру.
— А та, у которой один глаз стерся и механизм сломался, так я выкинула ее во время уборки. Подумала, она уже свое отслужила, — виновато ответила Маша.
— А кто тебе дал право распоряжаться в чужой квартире вещами, милочка? — разозлилась гостья. — Это была моя неваляшка. Воспоминания о детстве. Зачем ты ее выбросила?
— Лена, угомонись, — вступил в разговор Петр Николаевич. — Неваляшка и правда на ладан дышала. А если она была тебе так дорога, надо было забрать ее к себе, но ты же, как сама говоришь, не хочешь тащить домой всякий хлам. И да, эта квартира для Маши не чужая. Она здесь живет как хозяйка, на равных со мной правах.
— Но папа... — попыталась перечить отцу Елена, но тот быстро ее осадил.
— Никаких но. Давайте живо к столу. Маша весь день у плиты крутилась, наготовила всего. Давайте пробовать.
Гости с недовольным видом направились на кухню, уселись за стол. Маша замерла в ожидании. Готовила она хорошо. С ранних лет была приучена к этому делу и любила кулинарить. Однако, когда Вика попробовала салат, она сморщилась.
— Фу! Майонезная бомба какая-то, — сказала двоюродная сестра. — Я такое не ем. А есть что-то полезное? Рукола там, брокколи, что-то такое.
— Нет, капуста есть, могу из нее салатик быстро накрошить, — растерянно отозвалась юная хозяйка.
— Не надо, Маша, сиди на месте, — остановил ее дед. — Гранатовый браслет у тебя получился пальчики оближешь. Кому не нравится, тот может не есть. В качестве альтернативы есть вода.
— Но дед, что за дела? — возмутилась Вика. — Ты знаешь, я не ем такое. И вообще, почему она тут хозяйничает?
— Потому что она такая же моя внучка, как и ты или Аня, — отозвался Петр Николаевич. — Я люблю вас всех троих, но капризы ничьи терпеть не буду. Для этого у тебя есть родители, и если они поощряют такое поведение, то я нет. Мы люди простые. Брокколи и лангустины не покупаем. Интересно, давно ли ты заделалась миллионершей?
— Давно, — грубо ответила Вика. — Все с вами ясно. Теперь одна Машенька на уме. Она одна теперь хорошая, остальные плохие. Так?
— Совсем не так, — спокойно произнес Петр Николаевич. — Но если тебе нужно время, чтобы принять появление еще одного члена семьи, то так уж и быть.
— Всё, я пошла, — хлопнув кулаком по столу, заявила Вика.
— Мам, ты со мной? — спросила она у матери.
— Подожди меня, я на машине. Нам с дедушкой еще нужно кое-что обсудить, — спокойно отозвалась Елена, которая даже не сделала дочери замечание за ее поведение.
Вика выбежала из квартиры, демонстративно громко хлопнув дверью. Дочь попросила Машу выйти из кухни, сказав, что ей нужно поговорить с Петром Николаевичем с глазу на глаз, и девушка покорно вышла. Она боялась, что тетя теперь будет уговаривать деда выгнать ее, а он может прислушаться. До нее доносились обрывки фраз. Она слышала слова "мошенница", "махинации", "обман". От этого ей становилось больно, ведь она же совсем не такая. И вообще, это дед ее нашел и позвал к себе, а не наоборот. Но по словам Петра Николаевича она поняла, что тот отстаивает внучку, и успокоилась. И вскоре тетя Лена засобиралась домой, заглянула к Маше, чтобы с ней попрощаться.
— Ну что же, была рада знакомству, еще увидимся, — произнесла она.
Но в ее словах девушке послышалось что-то зловещее.
— Всё нормально? — обеспокоенно спросила она у деда, когда они остались вдвоем.
— Да-да, милая, всё хорошо. Ты ни о чём не переживай, только помоги мне найти таблетки, — отозвался Петр Николаевич, который явно был на взводе после визита гостей.
— Я им не понравилась, да? — уточнила Маша.
— Тут дело не в тебе, а в них, — произнес дед. — Уж такой характер, обе эгоистки. Но родные люди, что поделаешь? Люблю их. Да и хорошего в них много. Просто нужно время, чтобы принять ситуацию. Мы справимся. Не сомневайся в этом.
Маша кивнула, передала деду таблетки и, удостоверившись, что тот вскоре уснул, вышла прогуляться. Ей нужно было развеяться. Она пошла в неизвестном направлении, главное — просто двигаться. Через квартал забрела во двор нового жилого комплекса. Территория была не закрыта. Между домами она обнаружила современную спортивную площадку с тренажерами и решила немного позаниматься. На ней все равно были шорты, футболка и кроссовки. Она достала наушники, включила музыку на телефоне, после чего начала качать руки. Стресс постепенно уходил, и тут неожиданно она заметила, что за ней наблюдает парень на соседнем тренажере.
— Что? — спросила его Маша. Она была явно не в духе после визита гостей.
— Да ничего, — улыбнулся юноша, обескураживая девушку. — Ты просто мне понравилась.
Продолжение: