Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Darkside.ru

Дэвид Ковердейл о Ричи Блэкморе: «Как только я начал сближаться с группой, я понял, что они все его боятся»

Дэвид Ковердейл вспомнил, как он присоединился к Deep Purple, и поделился своим опытом прослушивания в группу, в том числе о поведении гитариста Ричи Блэкмора. В 1973 году Иэн Гиллан покинул Deep Purple. Группе нужно было найти достойную замену, но вместо того, чтобы, как обычно, нанять кого-то с хорошей репутацией, участники группы решили прослушать относительно неизвестного вокалиста по имени Дэвид Ковердейл. В своём родном городе в Северном Йоркшире Ковердейл пел в нескольких местных группах и не без оснований беспокоился из-за того, как пройдёт прослушивание. Его страх был в немалой степени вызван репутацией гитариста Ричи Блэкмора. В интервью журналу Outlaw magazine Ковердейл рассказал: «Я думаю, что был единственным вокалистом, которого они прослушивали. Сначала они попросили меня прийти в лондонский офис Deep Purple на Ньюман-стрит, 25, где со мной беседовали менеджеры, которые, конечно же, хотели знать, было ли у меня уголовное прошлое, аресты за наркотики или что-либо ещё, что

Дэвид Ковердейл вспомнил, как он присоединился к Deep Purple, и поделился своим опытом прослушивания в группу, в том числе о поведении гитариста Ричи Блэкмора.

В 1973 году Иэн Гиллан покинул Deep Purple. Группе нужно было найти достойную замену, но вместо того, чтобы, как обычно, нанять кого-то с хорошей репутацией, участники группы решили прослушать относительно неизвестного вокалиста по имени Дэвид Ковердейл. В своём родном городе в Северном Йоркшире Ковердейл пел в нескольких местных группах и не без оснований беспокоился из-за того, как пройдёт прослушивание. Его страх был в немалой степени вызван репутацией гитариста Ричи Блэкмора.

В интервью журналу Outlaw magazine Ковердейл рассказал:

«Я думаю, что был единственным вокалистом, которого они прослушивали. Сначала они попросили меня прийти в лондонский офис Deep Purple на Ньюман-стрит, 25, где со мной беседовали менеджеры, которые, конечно же, хотели знать, было ли у меня уголовное прошлое, аресты за наркотики или что-либо ещё, что могло бы вызвать какие-либо потенциальные проблемы».

Что касается участников группы, то у Блэкмора было непроницаемое выражение лица. Джон Лорд, напротив, тепло приветствовал Ковердейла.

«Ричи был сдержанным. Но Джон был просто великолепен. Во время моего прослушивания Джон успокоил меня, и виски Bell тоже помогло.
Очевидно, в тот вечер они решили, что я принят, но не говорили мне об этом целую неделю. Я уже придумывал оправдания, почему не хочу выступать, но как только меня утвердили в качестве нового вокалиста, мне сказали садиться на поезд до Лондона, откуда меня отвезли в дом Ричи в Суррее, который называется Blockhütte.
Это было серьёзным испытанием. Сидя в баре Ричи, оформленном в безумном немецком стиле, и слушая его потрясающие демо на магнитофоне Revox, мы поняли, что у нас сложились очень прочные отношения, позволяющие нам сочинять вместе... и, конечно, выпивать! Мы не прочь были пропустить стаканчик-другой вчетвером.
Я был с этим чертовски потрясающим гитаристом, который уже стал мировой суперзвездой, и даже сочинял с ним музыку! Это могло бы легко обернуться масштабным провалом, но, к счастью, этого не произошло. Для меня это было началом пути».

Ковердейла спросили, не боялся ли он Блэкмора. Он рассмеялся и ответил:

«А кто его не боялся? Как только я начал сближаться с группой, я понял, что они все его боятся. Ричи сразу же взял меня под своё крыло, и я был его послушным учеником. Я многому научился у него и, безусловно, у Джона Лорда, который был для меня ещё одним замечательным наставником и гораздо более общительным, чем Ричи».