Я не любил Серебряный век. От него всегда воняло лозунгами, матросами и гарью горящих церквей. Профессоры преображенские ещё пытались сохранить останки прежнего мира как осколки расхлёстанного зеркала. Но шариковы уже вытирали шторами рты.
Как писала Цветаева:
Мать с дочерью идём – две странницы
Чернь чёрная навстречу чванится.
9 сентября я вписался в челлендж с отроком: перечитываем вместе школьную программу по литературе (потому что одна она читать не хочет). И, возвращаясь в «Отцы и дети», я словно окунулся в свои ощущения, когда читал его в школе.
Базаров меня и в 15 раздражал. Тогда не понимал почему. Но сейчас, читая его презрительные перепалки с Кирсановым — аристократа с «ногтями хоть на выставку неси», — причина раздражения стала ясна.
Это на генетическом уровне.
«Отцы и дети» написаны в 1861 году. Помните, как Базаров лениво бросает:
«Порядочный химик в 20 раз полезнее любого поэта. Это все романтизм, чепуха, гниль, художество».
Пройдет всего 55 лет, наступит 1917, и последователи Базарова будут, хохоча, вешать павлов кирсановых на люстрах их же собственных усадеб.
Базаров — это не герой Тургенева.
Базаров — это его пророчество.
