В последнее время ночи Ивана стали тяжелы. Он плохо засыпал и всё думал и думал о своей судьбе и о своих детях, и всё это усложнялось невыносимо громким храпом его жены. Очевидно, тяжелее в тот период было ему, нежели Дарье, ведь как известно, счастливые и беззаботные спят спокойно.
«Зачем пришёл? Показать, что за ум взялся? Бред какой-то показал мне, как будто на скорую руку... Чего он хочет то? На что надеется? Я ж бизнес обещал, а не деньги на дурацкие проекты.» - размышлял Иван, лёжа в постели и глядя в приоткрытое окно, из которого в комнату проникал свежий прохладный воздух июля. Мужчина в последнее время примечал за природой то, к чему он раннее был слеп. Он из дельного предпринимателя превращался в тонкого поэта, что было прежде так несвойственно ему. Вот и теперь этот воздух из окна показался ему таким насыщенным и таким сладостным, что захотелось жить по-новому... Но не было ли слишком поздно?
Все сомнения Ивана разрешились в течение следующих пары недель. Он сидел в своём офисе и изучал бумаги. В последнее время мужчина чувствовал себя неважно, но ни с кем не делился проблемами здоровья. Дарья стала понемногу замечать странности в поведении мужа — он всё чаще отказывался от ужина, ложился спать пораньше, даже не посмотрев телевизор, а выходные они теперь проводили в основном дома. Так было уже давно, но тревожные признаки никогда не были настолько явными, как в последние дни.
Ивану позвонили перед обедом. Это был Даниил. Прошло две недели с тех пор, как он приходил в кабинет отца.
− Привет, Дань! Ну что, как бизнес?
− Привет, пап... Да не очень. Денег мы не найдём.
− Ясно... Ну, проект хороший, Дань... Но...
− Да ладно, пап. Проект слабый, я же знаю. Может, к себе возьмёшь? Начну с работы на тебя, освоюсь, денег наберу.
− Ну... Пффф... - задумался Иван. - надо будет посмотреть, куда тебя можно устроить. Ты, кстати, на свадьбу идёшь?
Бракосочетание Саши и Марины должно было состояться уже совсем скоро. В семье Буровых царила неприятная атмосфера — все знали, на чём строились намерения Саши, но никто не решался это обсуждать. И всё же, делать было нечего. Иван всегда был человеком слова, и нужно было смириться с мыслью о том, что бизнес, построенный по кирпичику таким упорным трудом, скоро должен был достаться его беспечному, и как выяснилось жадному до денег сыну. «Может, стоит отдать всё Дане? Он хоть в бизнесе заинтересован...» - думал накануне свадьбы Иван. «А может, он этого и хочет? Чтобы я так подумал.» - тут же пришло ему на ум. В этот момент предприниматель засомневался в правильности своего решения вывести сыновей на чистую воду. Это могло привести к беде.
Накануне свадьбы Дарья всё-таки решилась на этот звонок. Она как-то попросила у Саши номер невесты, чтобы якобы дать ей несколько советов насчёт свадебного меню и организации мероприятия в целом. Она днями и ночами смотрела и смотрела на эти цифры, записанные на клочке бумаги, который висел в коридоре
Празднование свадьбы состоялось в солидном ресторане в отдельном зале. Гостей собралось на мероприятии не так много — все родственники семьи Буровых, пожилая мать Марины, её подруга и несколько друзей жениха. Кто-то курил, кто-то знакомился, а были и те, кто исключительно был сосредоточен на праздничном столе, а точнее — на блюдах в хрустальной посуде. Атмосфера вечера была спокойной, казалось, даже слишком спокойной для свадьбы.
− Там свадьба или похороны? - усмехнулся менеджер одной из своих официанток, шедшей с подносом фруктов в зал.
− Да вроде свадьба. - неуверенно улыбнулась девушка.
− Мда... - сам себе проговорил менеджер, проводив взглядом официантку.
Алексей (так звали менеджера заведения), постояв на одном месте и подумав, решив зайти в зал и пообщаться с женихом.
− Саш, а чего музыку то не включаете? С техникой не разобрались?
− Да нет... Пока не хотим музыки.
− Н-ну... - опешил менеджер, - ладно. А ведущий, тамада — ждёте кого-то?
Выражение лица Александра сделалось мрачным, так и читалось на лице мужчины: «Оставь меня в покое.» Но сказал он иное:
− Нет, мы никого не ждём. Нам так нравится.
Он улыбнулся менеджеру во весь рот, что выглядело крайне нарочито, дав понять, что не нуждался в чьих-либо советах. Алексей направился к выходу, но его окликнула одна из официанток, трудившихся над столом. Она задала менеджеру какой-то рабочий вопрос, а он, ответив на него, встретился взглядом с невестой. «Ах вот оно что... Ну тогда всё понятно... Расчёт.» - в уме заключил Алексей. Большинство присутствующих в банкетном зале согласилось бы с такими выводами менеджера ресторана.
Наступил поздний вечер, и, несмотря на то, что это был летний период, уже успело стемнеть. Даниил постоянно выходил покурить, а Саша старался как мог развлечь гостей. Некоторые из них было в лёгком недоумении. «А где музыка? Где развлечения?» - спросил один из друзей жениха. «Мы хотим скромно отметить.» - последовал ответ Александра. Другу оставалось лишь пожать плечами. «Зачем позвал, раз скромно.» - разочарованно подумал искатель и развлечений приключений по любому поводу. Одно лишь радовало его в тот вечер — возможность бесплатно поесть, попить и выпить.
Бывший весь вечер в задумчивости, отец жениха наконец взял слово. Его уже просили пару раз сказать тост молодым, но он дружески отмахивался и давал слово другим.
− Я... Я созрел... - не достаточно громко для того, чтобы его услышали гости, шумно разговаривавшие между с собой в качестве единственного на свадьбе развлечения, произнёс Иван.
− Гости! Уважаемые гости! - прокричала Дарья. - Мой муж тост сказать хочет.
Все обратили своё внимание на мужчину лет шестидесяти, сидевшего со своей супругой в центре стола. Было не сложно догадаться, кем он приходился Александру.
− Саш... Я поздравляю тебя с этим важным событием в твоей жизни... - Иван медленно встал с кресла, и держа бокал вина в руке начал свой тост.
− Я очень рад, что ты нашёл свою любовь, что создаешь семью, это прекрасно... Сын... Я горжусь тобой! И мы с Дарьей теперь очень будем ждать внуков!
Кто-то за столом, не рассчитав, хихикнул так, что смех этот был слышен всем сидящим за столом. Саша мрачно посмотрел на отца и еле выдавил из себя улыбку.
− Я хочу сообщить тебе, Саш — ты станешь наследником моего бизнеса. Я очень надеюсь, что ты будешь так же, как и я, любить своё дело и заниматься им днём и ночью. Это мой тебе подарок на свадьбу.
Спустя несколько минут после тоста Ивана Даниил опять вышел покурить, но уже не вернулся. Когда Дарья спохватилась о нём, уже больше получаса наблюдая за стулом, на котором он сидел, было уже поздно.
− Вань, а ты Даню не видел?
− Я с ним курил около получаса назад.
− И что он сказал? По-моему он ушёл.
− Он? Ничего не сказал. Мы молча стояли и курили.
Даниил умчался с чужого праздника жизни. Ему поначалу было тревожно, а потом жутко неприятно наблюдать за тем, как его брат, ничем почти за тридцать лет не отличившийся, получал от отца такое большое и серьёзное наследство только потому что женился. Для него, как и для родителей было очевидно, что Саша сделал всё с расчётом на то, чтобы завладеть крупным и успешным бизнесом. Тост отца он счёл за личное оскорбление, поэтому не в силах оставаться на торжестве и сдерживать негативные эмоции, Даниил умчался прочь на своём авто к себе домой на автомобиле, проплаченном отцом в квартиру, доставшуюся ему на тридцатилетние от родителей. Этот молодой человек даже и не подумал ни разу о том, было ли с его стороны справедливо претендовать на бизнес отца, когда он так же, как и его непутёвый, но, как оказалось, очень хитрый и бесшабашный младший брат, и пальцем о палец не ударил, чтобы родители увидели в нём серьёзного самостоятельного человека, которому можно было доверить большое дело.
− Ау-у-у... Спишь ещё?
− Ань... Отстань.
Он был по особенному мрачен в то утро, и ещё даже не встав с постели, уже успел нахамить своей девушке, что жила у него в квартире уже целых три недели. У Дани была очередная новая любовь. Он как и младший брат не задерживался в отношениях надолго, и светленькая молоденькая выпускница финансового университета по имени Аня была его очередной музой, на которую молодой человек если и имел какие-то планы, то совсем недалеко идущие.
− Я поговорить хочу. - с обидой в голосе произнесла Аня.
− О чём? - Даня был явно недоволен тем, что его собирались разбудить раньше времени.
Накануне он много пил и курил, и, как ни парадоксально, основное количество алкоголя было употреблено им уже после эмоционального исчезновения со свадьбы младшего брата.
− Ты говорил, обещал кое-что... Мне хотелось уточнить детали.
− Тебе разве не надо к научному руководителю?
− Он принимает с двенадцати.
Почувствовав настойчивость своей девушки, Даниил приподнялся, упёршись локтями в кровать. Он исподлобья посмотрел на Аню и сказал:
− Бизнес отменяется. Так что с тратами пока придётся повременить.
− Как — отменяется?
Даня уже успел легкомысленно пообещать Ане поездку в Сочи и новые туфли, которые она однажды показала ему, рассказав о том, как давно жаждала их приобрести. Мужчина вообще отличался импульсивностью. Он не привык ждать, и если какая-то мысль возникала у него в голове, он тут же пытался воплотить её в реальность. Вот так и получилось с бизнесом отца. Когда старший сын услышал от него, что нужно было обязательно жениться, он понял сразу: «Это не ко мне.» Но вот так легко сдаваться беспардонному Саше, который не соизволил выждать и месяца, чтобы познакомить родных с невестой, не соизволил подобрать себе кого-то помоложе, чтобы его намерения не выглядели так явно, Даниил не собирался. Он решил проявить хитрость в надежде на то, что отец оценит его жест. Но парень ошибался в человеке, которого знал всю жизнь...
Иван почти не пил на праздновании свадьбы сына. Он старался быть вежливым и спокойным. Мужчина почти весь смотрел на понурое лицо своей жены и чувствовал себя немножко виноватым перед нею.
Утром Буровы встали пораньше, чтобы собрать вещи на дачу, куда они ездили почти каждые выходные. Сумки были собраны, и Иван как всегда подошёл к ним, чтобы занести их в багажник автомобиля. Он упёрся кулаками в бока и сделал громкое «фух».
− Устал? - спросила Дарья, зайдя в гостиную за своей новой шляпкой.
− Да есть немного.
Дарья сидела в салоне машины когда перед ней предстало неприятное и тревожное зрелище — её супруг упал с одной из сумок в руках прямо на выходе из дома.
− Ваня! - побежала Даша к мужу. - Что такое? Споткнулся?
− Да... Я... - растерянно ответил Ваня. - Всё хорошо. Иди в машину, я скоро буду.
Дарья повиновалась и села в машину. Она достала мобильный телефон, чтобы отвлечься от внезапного страха за жизнь мужа и стала читать записи полезных рецептов в интернете. В тот момент Ваня ходил туда-сюда с вещами. В общей сложности он принёс пять пакетов вместо двух, заново расфасовав вещи. Если бы его жена видела это, возможно она поняла бы, что Ване стало трудно даваться таскать тяжёлые вещи.
Он стоял около машины и старался отдышаться. «Да, что-то плохи дела со мной.» - грустно улыбнулся предприниматель. Но тут он вспомнил всю прелесть дачной обстановки — свежий воздух, пение птиц и кваканье лягушек по ночам, и откинул грустные мысли в сторону. «Эх, а на даче... а на даче...» - напевая себе похабную песенку Сергея Шнурова под нос, Ваня сел в автомобиль и внезапно поцеловал жену в щёчку.
− Ты чего? - Даша с удивлением взглянула на мужа.
− Извини, что тебя это стало удивлять.
− Странный ты какой-то стал, Вань.
Чёрный мерседес умчался прочь по дороге, ведущей за город. В прекрасный летний день супруги Буровы решили отдохнуть душой на своём большом ухоженном участке, засаженном гортензиями, пионами и низенькими яблонями, с которых уже потихоньку начали опадать первые плоды. Дарья собиралась начать делать заготовки на зиму, а Иван — доколачивать и утеплять пристроку.
− Они ж уже давно с нами не ездят. - вздохнула Даша, осматривая низенькие бревенчатые домики одной из проезжих деревень.
− Да... Давненько. Думаю, уже года три как. У них свои интересы. Это нормально.
− Ага. Свои. А матери помочь?
− Чего? Цветочки сажать?
Ваня улыбался, он пребывал в хорошем настроении, сидя за рулём любимого автомобиля, который он давно мог поменять на что-то более современное и практичное.
− Ужас...
Это слово, вдруг вырвавшееся из уст Дарьи дало её мужу понять: «Нет, она не о даче хочет поговорить.» Мучительно было осознавать, что снова придётся говорить, размышлять о самой на тот момент главной и неприятной проблеме. Не так давно он заново открыл для себя личности своих сыновей, и это открытие повергло его в грусть. Надежд на то, что Даня и Саша когда-нибудь остепенятся, станут настоящими мужчинами, отвечающими за свою жизнь и её благополучие, у него почти не осталось.
− Зачем ты всё это сделал? - Даша всё так же смотрела в боковое стекло автомобиля.
− Хотел убедиться.
− В чём, Вань?
− В том, что наши дети всё сделают ради того, чтобы не работать и продолжать развлекаться.
− Но ведь ты отдаёшь бизнес. Нужно будет много работать.
− Пфф... Да-а-аш... Ну о чём ты говоришь? Любой бизнес можно продать. Мой стоит десятки миллионов.
− И что, ты так уверен в том, что Сашка продаст бизнес?
− И бизнес продаст, и с Мариной этой разведётся... К твоему счастью.
− Проклятый бизнес твой! - энергично махнула рукой Даша. - Если так хочешь уйти из дела, продай его и раздели деньги пополам. Ты понимаешь, что рассоришь наших мальчиков?
− Я уже рассорил их.
Иван ценил в своей жене любовь к детям. Её забота о них чувствовалась всегда, её стремление к поддержанию мира внутри семьи вдохновляло и вызывало уважение. Но всё же что-то иное двигало мужчиной, когда он решил предпринять такие странные действия по отношению к своим сыновьям. Он будто был почти точно уверен в том, что ни к чему хорошему не приведёт его объявление о том, как он поступит с бизнесом. Будто Иван хотел просто убедиться в очевидных для себя вещах.
Это был ранний вечер. На участок Буровы пригласили своих соседей и по совместительству старых друзей — Антона и Надю Ковригиных. Антон тоже имел своё дело, у них с женой Надей не было детей, но Долли и Молли, замечательные собаки породы Чау-Чау постоянно бегали по участку, привлекая своей игрой и лаем проходящих мимо ребятишек.
На круглом столике стояло несколько бокалов вина, а на красивой плоской тарелке были аккуратно выложены овощи к шашлыку. Антон стоял напротив Ивана и активно размахивал опахалом. Они оба смеялись над чем-то, а дамы уже уселись за столом, начав свой женский разговор.
Иван вынужден был удалиться — ему кто-то позвонил. Извинившись перед гостями, мужчина медленно направился в сторону дома. Звонил ему Даниил.
− Алло, да, Дань, слушаю.
− Привет. Хотел пообщаться.
− Ну я сейчас на даче.
− Да можно и так, по телефону.
Голос Дани никогда прежде не казался отцу таким обиженным и даже злобным.
− Чего хотел обсудить?
− Твоё решение.
− Ты о каком из?
− Я о решении с бизнесом. Ты понимаешь, что совершаешь ошибку?
Секунд пятнадцать тишины в трубке заставили Даниила подумать, что отец был уже не на связи, но на деле же Иван был не в силах что-либо ответить, он чувствовал боль на сердце, наконец поняв, о чём говорила его жена — мальчишки, которых он любил не меньше Дарьи, стали друг другу настоящими врагами.
− Ты здесь? Алло.
− Я тут, сын. - грустно проговорил Иван.
− Ты понимаешь, что Санёк бедовый? Ему никакой бизнес не нужен. Он потратит эти деньги на баб. На игрушки. Марина — это так... Прикрытие. Это всё нужно было, чтобы ты отдал ему бизнес.
Выждав ещё одну небольшую паузу, набрав как можно больше воздуха в грудь, Иван заговорил мягким и в то же время серьёзным голосом:
− А ты думаешь, я — дурак? Думаешь, я сам, без тебя этого не понимаю?
− В смысле?
− Назови мне хоть одну причину, по которой мне стоит переписать бизнес на тебя, а не на Сашу.
− В смысле?! - повторился Саша, но теперь уже несколько громче и возмущённее.
− Ну так ты можешь ответить на мой вопрос?
− При тут я вообще? Я хоть слово о себе сказал?
− Я понял. Ответ — хитрость. И ум. Но этого слишком мало.
− Да иди ты нахрен со своим бизнесом! И Саша твой тоже! Вы мне не сдались все!
Дальше последовали гудки. В полном разочаровании Иван вернулся к беседке, где его ожидали жена и гости. Он постарался скрыть своё мрачное настроение, но всем было очевидно, что у него только что состоялся неприятный разговор.
Она жила с бабушкой и работала воспитателем продлёнки. Ей было немного за тридцать, она была не замужем и боялась реализовывать себя в качестве учителя, уже несколько лет довольствуясь одной из самых низких должностей в школе. Зоя когда-то очень даже неплохо проявляла себя как преподаватель английского языка — готовила выпускников к экзаменам, учила малышей первым буквам и звукам, да и сама не забывала профессионально развиваться. Её мать бросила девочку, оставила её на бабушку, когда той было всего восемь. Отца же она вовсе не помнила.
Зоя называла бабушку просто Яся, а та всегда приветливо откликалась на своё краткое имя, готовая помочь девочке в любой беде. Пятидесяти семилетняя Яся стала для Зои матерью. Прошло двадцать пять лет, и ничего не изменилось в этой маленькой семье, где вечно царили тишина и взаимопонимание. Вот только Ярослава стала пожилой дамой, а Зоя — взрослой незамужней женщиной.
Ярослава Александровна всё чаще переживала на внучку, надеясь, что та однажды придёт в их скромное убежище с достойным женихом, но годы шли, и этого не случалось.
− Да засиделась ты в своей школе! Зой... Ну почему мужчину нормального не найдёшь?
− Вот именно, Ясь, нор-маль-но-го! - пребывая в бодром расположении духа, проговорила Зоя.
− А что, нормальных нет?
Бабушка стояла с туркой у плиты, её огромный пучок седых волос на голове, худенькое и сгорбленное тельце, большие очки с толстой фиолетовой оправой умиляли Зою, она всегда смотрела на эту женщину с любовью и теплом. Ярослава Александровна в тот день была одета в модный спортивный костюм мятного цвета, который не так давно купила ей внучка. Зоя налюбоваться не могла на свою бабушку в этом наряде.
− Тебе всё-таки так идёт этот костюмчик. - с тёплой улыбкой на губах произнесла Зоя, присев на стульчик, чтобы позавтракать перед работой.
− Ай! Ну тебя! - нервно произнесла Ярослава Александровна. - Вот чего мне этот костюмчик?
− На свадьбу наденешь мою! - Зоя залилась громким смехом, чтобы подбодрить свою бабушку и отвести её от неприятной для себя, но в последнее время очень частой темы разговора.
− Да вот надену! Надену, Зой! Только ты замуж выйди.
− Ради такого я тебе сегодня жениха найду.
− Ах... - тяжело вздохнула Ярослава Александровна.
Она подошла к внучке с туркой и налила ей свежезаваренного кофе.
− Ммм... Какой аромат. А ты говоришь, зачем нам дорогой кофе. - продолжила Зоя общение с бабушкой.
− Ну не знаю... Кофе как кофе.
Несмотря на то, что денег у этой семьи было не так уж много (пенсия бабушки, скромные сорок тысяч в месяц за продлёнку и ещё какие-то накопления с редких домашних уроков с учениками), Зоя любила побаловать себя и бабушку дорогими удовольствиями вроде экзотической пищи или похода в спа-салон. Ярослава Александровна была недовольна расточительностью внучки, она хотела, чтобы та училась финансовой грамотности и копила деньги на случай непредвиденных ситуаций. Зоя не хотела понимать политику бабушки и всегда говорила бабушке: «Живём один раз.»
Зоя в тот день уже немного опаздывала в школу. Её попросили прийти к первому уроку и провести занятие вместо заболевшей англичанки. Она нашла в буфете кружку-термос и залила туда остатки кофе.
− Ну что, прямо на ходу пить будешь что ли?
− Да, а что?
− Чудно...
Женщина вышла из дому и увидела как собирались на небе густые тучи. Несколько дней назад наступила осень, и вот природа почти по строго по расписанию отключила солнце и тепло, а взамен дала людям хмурые дни и дождь, чтобы можно было немного погрустить, вспомнить былое и просто укутаться в тёплое одеяло в спасение от холода.
Рабочий день у Зои тянулся очень медленно, у неё образовалось большое окно между заменой и основной работой, а потом мальчика по имени Толя долго никто не мог забрать, и в результате за ним приехал незнакомец, представившийся новым водителем семьи. Зоя не решилась передавать ему ребёнка даже, когда отец дал на это добро. До матери она дозвониться не смогла и поэтому сообщила отцу, что будет ждать его лично. Таким образом, Зоя вышла за ворота школы лишь в восьмом часу вечера. Не успела она пройти и ста метров, как к ней подошёл мужчина и попросил помощи. «Да, я сегодня, видимо, не попаду домой.» - иронично заметила Зоя в мыслях.
Женщина посмотрела на незнакомца. Он сидел на лавочку и держался за голову. На вид ему было не меньше шестидесяти.
− Что с вами? Плохо?
− Да... Простите. Простите, что так вышло. Нужно вызвать мне скорую, а у меня телефон пропал.
− Как это — пропал?
− Да вот в сумке моей рабочей беспорядок. Искал и не нашёл. Это выкладывать всё надо... Может, позвоните мне?
− Давайте я лучше скорую просто вызову.
− А телефон то я как найду? Я хоть пойму, он в сумке или нет? Может, он упал куда-то...
Зоя, посчитав всё, что говорил мужчина, странным, всё же позвонила на номер, им продиктованный. Она хотела поскорее вернуться домой.
Они оба услышали шум звонка где-то под лавочкой. Оказалось, что телефон действительно упал.
− А что с вами? Голова кружится?
− Да. У меня так в последнее время часто бывает.
− А чего так? Может, я схожу за водой в магазин?
− Не надо, не стоит. У меня онкология. Не долго мне осталось.
Зоя случайно встретилась взглядом с мужчиной, прежде стараясь особо не смотреть на него. Она так часто делала, когда хотелось побыстрее прекратить общение с человеком. На лице у её собеседника появилась какая-то грустная и виноватая улыбка.
− Да вы не переживайте. Мне не сложно вам помочь. Звоните в скорую, я дождусь, когда вас заберут.
− Да что вы, не стоит.
Скорая приехала довольно быстро, и мужчина отпустил Зою, горячо поблагодарив её за помощь. Она проводила взглядом «карету» и медленно направилась в сторону метро. Почему-то этот несчастный оставил у неё некий след в душе, она думала о нём всю неделю. Возможно немного позже мужчина со страшным диагнозом, как и множество других мимолётных персонажей в жизни Зои, растворился в её сознании навсегда, если бы не сообщение, пришедшее на её телефон. Когда она прочитала эти строки, то сразу поняла, что писал ей никто иной, как тот мужчина, которому она пару недель назад помогла со скорой. Он писал: «Зоя, я очень вас прошу встретиться со мной. Это важный разговор. Я не просто так прогуливался рядом с вашей работой. Мне действительно стало плохо тогда, я действительно болен. Но я не сказал вам главного. Кафе «Лотос» в девять вечера завтра. Я очень прошу вас, Зоя. Приходите.» Она не стала отвечать ему, но задумалась: «Может, сходить... Может что-то важное.» И весь оставшийся вечер озадаченная девушка, пока не уснула в своей постели, думала о том, как лучше поступить. Её душевные терзания продолжились на работе, а потом, вроде бы окончательно решив, что не станет встречаться с этим странным человеком, она вышла из школы и машинально, как будто даже бессознательно взяла свой телефон и принялась искать в интернете месторасположение кафе «Лотос». Так же машинально она отправилась в сторону метро, и лишь сев в вагон и поняв, что едет не в направлении дома, Зоя поняла, что не сможет потом спокойно жить, если не встретится с таинственным мужчиной, желавшим видеть её.
Они сидели за столиком в углу зала, на самом затенённом месте кафе. Поздоровавшись друг с другом и пообщавшись с официанткой по поводу меню, Зоя и мужчина сидели молча, и каждый думал, как правильно начать этот неловкий разговор. Зоя в конце концов решила, что так как не она была инициатором встречи, ей нужно было по большей части молчать и по возможности отвечать на вопросы. Наконец сидящий напротив заговорил:
− Меня зовут Иван. Иван Буров. Я... Я твой папа.
Зоя в ответ лишь взглянула ему в глаза. На лице её читалось недовольство и нежелание общаться.
− Зой, я понимаю... Знаю, как ты ко мне относишься...
− Отношусь? Я к вам никак не отношусь. Вы — никто в моей жизни. Ни мама, ни бабушка — никто о вас и словом не обмолвился. А я и не спрашивала с определённых пор. Потому что на мои вопросы они молчали или говорили «не знаю». Лет с шести у меня интерес пропал. А с восьми и к матери.
− К матери? Почему? Что случилось?
− Она бросила меня, как и вы. Но... Знаете, если честно я надеялась, что вы мертвы или что-то там ещё, что хоть вы меня не бросали. Теперь вот поняла, что вы такой же, как и мать.
− Янина... Как же так. Она же вышла замуж за какого-то богача.
− Да. И я ей стала не нужна. Она несколько лет назад из-за границы письмо отправила. И фотографию. Писала, как у неё всё прекрасно и замечательно, что обязательно скоро приедет к нам с бабушкой. Не приехала. Я никого больше не жду.
− Зой. Прости. Я ужасно поступил и всю жизнь теперь расплачиваюсь за это. Мне всегда было не по себе, понимаешь?
− Нет, не понимаю. И понимать не хочу.
− Зоя, я ведь не поболтать пришёл. Я — предприниматель. У меня есть довольно большой бизнес.
− И что? - усмехнулась Зоя. - Отдать мне хотите перед смертью?
− Да.
− У вас что, других детей не появилось?
− В том-то и дело, Зой... - грустно покачал головой Иван.
− Мне от вас ничего не нужно.
− На самом деле я хочу, чтобы ты стала частью нашей семьи. Я готов отдать тебе часть бизнеса... Я на всё готов, Зой, чтобы ты простила меня.
Зоя грустно покачала головой.
− Купить хотите меня? Не продаюсь.
Она встала изо стола, кинула тысячерублёвую купюру за чашечку кофе, стоившую всего триста рублей, и удалилась. «Расточительная какая. Тоже таким был раньше.» - грустно улыбнулся Иван.