Им пришлось идти довольно долго, прежде чем на горизонте замаячил оазис.
-Это оазис или мираж? — поинтересовалась Лоухи.
-Полагаю, что оазис. Мы почти пришли. - Туони сжал её ладонь, желая приободрить.
-Разве Юмала — не бог грома? — поинтересовалась Лоухи. Сложно представить место менее связанное с дождями и грозами. Раньше ей и в голову не приходило выяснить, где обитают другие боги, чем занимаются. Особенно такие мастодонты как Юмала. Тем удивительнее ей было видеть прекрасный оазис в белой пустыне.
-Верно. Бог грома. Изначально. Но вера людей претерпела изменения, когда гром перестал их пугать, они наделили Юмалу иными силами. Зачем ломать то, что работает? Верно? Если бог грома исправно исполнял их молитвы, отчего бы не поверить, что он поможет и в путешествиях, и в садоводстве, и в любовных делах. Можно сказать, что Юмала, как и Укко, бог всего сущего.
-А Творец? — поинтересовалась Лоухи, к своему стыду осознав, что и о нём она не знает ничего, больше общеизвестного.
-Творец? Он покинул нас, когда понял, что мы в нём больше не нуждаемся. — туманно объяснил Туони, поджав губы. Словно его всё ещё терзала какая-то обида, и он был не готов о ней говорить.
-Ты знал его? Видел? — осторожно спросила Лоухи. Ей было ужасно любопытно, но вместе с тем, она даже не знала, как правильно формулировать свои вопросы, чтобы не показаться смешной в своём невежестве.
-Я, Укко и Юмала были первыми, кого сотворили люди своей верой. Нам Он передал свою мудрость, наделил силой и оставил этот проклятый сампо. Тапио, Пекко и Хонгатар — боги второго поколения. Они появились после нас. Потом царство Богов заселялось уже быстро. — он кинул на неё быстрый хитрый взгляд и лукаво спросил. - Боишься меня теперь?
Лоухи поджала губы и, прищурившись, внимательно осмотрела его с ног до головы.
-Всё равно нет. — с печальным вздохом вынесла она вердикт.
-Ты всегда была излишне дерзкой и никого не боялась. — фыркнул Туони.
-Поэтому ты меня недолюбливал? — поинтересовалась Лоухи. Ведь раньше они всегда ругались. И даже в эту переделку попали, потому что ссорились.
-Недолюбливал? — вскинул бровь Туони. Его губы неудержимо разъехались в широкой улыбке, но сказать что-либо ещё он не успел. Они уже приблизились к оазису, но дорогу им преградил огромный верблюд. Он открыл свою зубастую пасть и издал не похожий ни на что рёв.
Лоухи ахнула и отскочила в сторону, но верблюд всё равно потянулся за ней, намереваясь то ли понюхать волосы, то ли откусить голову. И судя по огромным зубам — второе было куда вероятнее!
-Туони! — запричитала богиня Ветра, пятясь назад, пока не оказалась за широкой спиной.
-Бальтазар! Так ты теперь обращаешься с гостями? Прекрати немедленно! — голос прозвучал слишком лениво, чтобы воззвать к голосу разума прожорливого верблюда, потому Бальтазар и не подумал отвернуться. Напротив, он сделал вперёд ещё шаг, и Туони пришлось упереться рукой ему в лоб, отводя упрямую голову.
-Юмала! Приструни своего верблюда и котись сюда! — потребовал Туони.
В это мгновение Лоухи показалось, что на всю пустыню опустилась тяжёлая, гнетущая тишина. Потом, словно принесённый порывом ветра, перед Туони появился молодой мужчина. Лоухи смотрела на него во все глаза. Её мозг отказывался соотносить Юмалу, одного из старших, древнейших и сильнейших божеств, с тем молодым человеком, что предстал перед ними. С распущенными белыми волосами, лёгкой небритостью, и серыми лучистыми глазами, он больше походил на молодого легкомысленного повесу, чем на всемогущее божество. Распахнутая на груди тонкая хлопковая рубаха придавала ему небрежности. Он не выглядел высшей сущностью, прожившей на свете несколько тысяч лет. На нём совершенно не просматривалась печать времени. Лоухи даже привстала на цыпочки, заглядывая глубже в оазис поверх его головы. Вдруг они ошиблись, и этот человек не имеет никакого отношения к Юмале?!
-Полагаю, богиня Ветра в замешательстве. — рассмеялся Юмала. Лоухи тут же опомнилась и собралась опуститься в поклоне, но Юмала только расхохотался и подхватил её под локоть. - Брось. Мы же не на каком-нибудь Великом Событии в царстве богов. Кроме того, вы напугаете мой караван.
-Ты что, заделался погонщиком? — хохотнул Туони.
-В этом столетии моё увлечение верблюды. Я вожу караваны, провожаю людей через зыбучие пески, — просто пояснил Юмала. - Я познакомлю вас со своей группой. Представлю как заплутавших путников. Только не забудьте, тут меня зовут Онни.
-Серьёзно? - Туони развеселился ещё больше. - Онни? Счастье? Это ты-то?!
Он взял Лоухи за руку, собираясь отправиться вслед за этим шутником, но от Онни этот жест не укрылся, и он присвистнул. Вскинул свои серые глаза, которые, казалось, излучали радость всего мира, сначала на Лоухи, потом на Туони.
-Никак бог Смерти отступился от своих же принципов! — он улыбнулся во все тридцать два белоснежных зуба. Туони же вместо ответа поднял их переплетённые руки и коснулся губами пальцев Лоухи. Онни только рассмеялся. - Погоди, погоди, погоди! Богиня Ветра... Вы же всегда ругались. Выходит, ты давно уже!
Он недоговорил. Свободной рукой Туони отвесил ему оплеуху. Онни снова хохотнул и отскочил от него. Перехватил удивлённый взгляд Лоухи и задорно подмигнул ей.
-Что-то мне подсказывает, — произнёс он, улыбаясь, — что ссылка в мир Людей пошла тебе на пользу! Драться вот научился!
-Ладно, хватит паясничать! — рассердился Туони. - Я не за твоим благословением пришёл. У нас серьёзные проблемы. Где мы можем поговорить?
-Проблемы? У Великого Бога Смерти? - Онни сделался серьёзным, но как будто не по-настоящему. Его то и дело тянуло радостно улыбнуться.
-Поговорим. — твёрдо произнёс Туони.
И Онни всё-таки пошёл вперёд по небольшой дорожки, которая по мере продвижения в оазис всё больше покрывалась зеленью. С двух сторон её теснили кустарники и какие-то деревья, отчего дорожка вскоре сузилась до размера узкой тропинки. Лоухи шагала позади Туони, пытаясь уложить в голове всё, что увидела. Юмала на собраниях, конечно, присутствовал, и всегда это был старик с седой бородой и таким усталым видом, словно держит на себе все три царства. Но, должно быть, ему в тягость были не люди, а наоборот, боги. Потому что сейчас он выглядел по-настоящему счастливым. Она вдруг почувствовала, как её дёрнули за волосы и удивлённо обернулась. Верблюд Бальтазар улыбнулся ей счастливой улыбкой. Что происходит?!
Хорошо, что тропка тут же вывела их на берег небольшого пресного разлива. Бивший из-под земли ключ изливался в каменную чашу, несколько метров в диаметре. От неё изливались мелкие ручейки, питавшие весь оазис.
Тут же рядом раскинулся белоснежный шатёр, под которым стоял складной стол, вокруг которого теснились походные стулья. На столе дымился кальян и стояла большая корзина с фруктами. Под шатром никого не было, но с десяток людей качались в гамаках, развешанных между пальмами и прочими деревьями то тут, то там. Кто-то спал, кто-то потягивал трубку, но тем не менее не меньше десятка глаз с любопытством уставились на гостей.
Взмахом руки Туони накрыл шатёр заклинанием отвода глаз и подвинул Лоухи стул. Она присела, и Онни тут же плюхнулся напротив. Туони вздохнул и остался стоять рядом с Лоухи. Он собрался уже открыть рот, чтобы рассказать Онни всё, что привело их сюда, как шатёр ощутимо тряхнуло.
Онни тут же вскочил.
-Сегодня что, какой-то особенный праздник?!- воскликнул он удивлённо. - Ну уважаемые, это оазис в пустыне, а не проходной двор!
Он направился к пологу, чтобы отбросить его в сторону, но в шатёр сунулась зубастая морда Бальтазара.
-Поди прочь, хулиган. — ласково погладив его по бархатному лбу, Онни оттолкнул верблюда в сторону.
Взметнувшийся было ветер приподнял второй полог шатра, и Лоухи на мгновение показалось, что она увидела за ним силуэт. Полог опустился, Онни вытолкнул верблюда, Лоухи вскочила, снедаемая каким-то странным чувством беспокойства. Туони тоже весь подобрался, шагнул вперёд. Полог снова взлетел вверх. А за ним все присутствующие чётко увидели Укко. Онни, сто́ящий ближе всех, раскинул руки в приветственном жесте и уверенно шагнул к нему навстречу.