Друзья, хочу поболтать с вами о довольно странном персонаже Андрея Миронова из комедии "Небесные ласточки". Этот герой для меня - настоящая головоломка, от которой мозг закипает, как чайник на плите.
Итак, вспомним, что творил в фильме Селестин.
Жил-был чинный и благородный священник, который учил петь барышень в женском монастыре. Казалось бы, что проще - пастор должен пасти свою паству и не давать им разбежаться по сторонам. Но нет - этот Селестин сам умудрился оказаться "паршивой овечкой": притворяясь днем чванливым священником, вечером он переодевался под кустом, перебирался через забор монастыря и превращался в композитора под псевдонимом Флоридор. Он становился не просто композитором, а еще и любителем повеселиться на полную катушку.
Пересмотрела фильм раз эдак пять, и все равно не могу взять в толк: зачем этому товарищу вся эта катавасия с двойной жизнью? Ведь никто не запрещал ему писать музыку. А вот работа в пансионате его явно тяготила - сидел там как рыба без воды, страдал бедолага. Так почему же наш герой просто-напросто не снял рясу навеки вечные и ушел в музыку с головой? Жил бы в свое удовольствие и горя бы не знал.
Тут, возможно, кто-то припомнит, что автор оперетты (Луи Эрве) в образе Селестина описал самого себя. Он в реальной жизни работал церковным хормейстером, а в тайне писал легенькие оперетки. Но тайная жизнь Эрве понятна - за оперетки ему до поры до времени не платили ни гроша, а церковную работу он не бросал, чтоб хоть как-то сводить концы с концами. Когда же он стал успешным композитором, то тут же бросил работу в церкви.
С Селистином в "Небесных ласточках" все хуже, так как напрочь лишено логики. За его развеселые песенки, судя по всему, ему очень неплохо платили - раз он устраивал шикарные гулянки, одевался щеголем и мог якшаться с дивами вроде мадам Коко. Его совершенно ничего не держало в пансионате при церкви! вот именно поэтому логики в его поведении - ноль!
Создается впечатление, что вся эта двойная жизнь Селестина придумана исключительно ради забавы: чтобы зритель мог похихикать над сценками, где священник через заборы лазит и переодевается впопыхах. Ну и, конечно, чтобы как-то связать между собой пансионат и театр-кабаре. А это какой-то дешевый сценарный ход. мне лично он не по душе.
А у вас как мнение? Может, я чего-то не понимаю в этой истории: зачем Селестину в "Небесных ласточках" нужна была эта двойная жизнь?