— Вы хотите что? – выдохнула Космо, откинувшись на спинку кресла.
Амбал мотнул лысой башкой, на которой красовалась агрессивная татуировка, и зло выпятил нижнюю губу, не утруждая себя повторением.
Татуировщица кашлянула. Забарабанила пальцами по подлокотникам, нервно соображая. Отказать бывшему атлету-тяжеловесу, а ныне «решателю проблем местного богача» и умереть сейчас или согласиться на невыполнимый заказ, провалить его и трагично скончаться после?
— Господин Кириллов, — здраво рассудив, что смерть «потом» звучит как-то приятнее, Космо аккуратно подбирала слова, комбинируя факты и полную чушь, — ваш заказ весьма… необычен. В силу специфики перековки мне потребуется месяц на подготовку эскиза, несколько недель уйдет на корректировку якорных линий судьбы, а потом придется подождать благоприятного момента… Луны! Да-да, фазы луны, потому что без ее влияния…
Дубовая входная дверь оглушительно хлопнула, и Космо зажмурилась, сдерживая ругань. Она поручила Яши отрегулировать доводчики еще в феврале, а на дворе уже начался купальный сезон. Через пару таких ударов витраж, работа итальянского мастера, к чертям вывалится!
— Привет, босс! – запах цитрусового рафа появился в кабинете раньше рыжей макушки Яши.
Оставляя на темном паркете пыльные следы сорок четвертого размера, помощник, поздоровался с клиентом, поставил утренний кофе перед Космо, отхлебнул из своего стакана и шумно поперхнулся, заметив татуировку гиганта.
— О-о-о-го! Это что, пернатая капибара?
Космо быстро заморгала, знаками призывая заткнуться, но Яши как всегда все понял по-своему.
— Очень смело, — выкрутился парень, уважительно качнув головой.
— Три дня, — рычаще отчеканил амбал, подкрепив ответ демонстрацией трех коротких, но однозначно крепких пальцев, сломавших не одну шею.
После мощного хлопка двери, Космо оперлась щекой о ладонь, невинно уточнив:
— Ты разглядел в наколке медведя с двуглавым орлом пернатую капибару? Да-а-а, ты сделал это.
Яши резко смутился. Сел, поерзал и скривился, почувствовав, как нагрето кресло.
— Русский наш новый заказчик? Чего хотел?
Космо почесала лоб мизинцем:
— Глеб Кириллов требует, чтобы я вшила ему неуязвимость, — девушка прищурилась, вчитываясь в свои же записи. – «Чтоб пули обходили, ножи ломались, а копы дуба давали».
— А ты так можешь? – Яши округлил глаза.
— Возможно, что и да, — Космо вытащила эскизные листы, махнув Яши, — найди все, что сможешь об этом бугае.
***
Несмотря на отсрочку в три дня, эскиз тату готовился за пять часов до встречи. Космо в уме крутила рисунок линий ладоней Кириллова на все лады, ввязывала в узор якоря, но в итоге лишь чертыхалась.
Ничего не выходило. Пока Яши не плюхнул перед лицом пожелтевший, неаккуратно вырванный тетрадный листок.
— Нашел! – помощник трепетно расправил бумажку.
Космо нахмурилась, вчитываясь в крупные неровные каракули на непонятном языке и вопросительно посмотрела на парня.
Не дождавшись вопроса, Яши гордо выдал:
— Воспитательница детского сада!
— Яши, — Космо терпеливо выдохнула, — прости, я никогда не интересовалась, кем ты хотел стать, когда вырастешь.
Помощник проигнорировал пассивную агрессию босса, сбивчиво пояснив:
— Нашел среди вещей Кириллова подарок от воспитательницы. Милая женщина собирала письма и рисунки детей, вручив их на выпускном. Оказывается, наш мистер-ломатель-колен мечтал, как любимый дедушка-пасечник жить в окружении пчел. Вот, посмотри, он даже им имена давал. Как это поможет делу, спросишь ты меня, — Яши поднял указательный палец, не позволяя себя перебить, — никак. Но это самое странное, что мне удалось выяснить. В остальном ничего удивительного: насилие, вымогательство, угрозы жизни и здоровью. Парень зарабатывает, как умеет.
Космо приосанилась. Уставшие глаза блеснули, выдавая присутствие гениальной идеи.
***
Глеб смирно лежал на кушетке. Яши мог бы поклясться, что клиент даже не моргал, пока Космо, сверяясь с эскизом, перековывала его бандитскую судьбу. Несколько часов спустя клиент поднялся, размял затекшие плечи, хмуро глянул в протянутое зеркало. На мощной груди в районе сердца красовались три крохотные пчелки, нарисованные будто цветными карандашами.
— Сработает? – пробасил Глеб тоном «кого на кол посадишь?».
— Господин Кириллов, ваши линии жизни и здоровья вплетены в эскиз, согласно диаметральных секторам эклиптики. Все узоры ладони особым образом перекованы в слияние с шестым и двенадцатым домами, объединяя службу, работу и здоровье с коллективным бессознательным, чтобы… — под немигающим тяжелым взглядом татуировщица говорила все тише, речь замедлялась, завершившись лаконичным, — Ну, в общем-то, отвечая на ваш вопрос: думаю, да.
Бугай поднялся, кушетка всхлипнула. По звуку – предсмертно. Порывшись в одежде, аккуратно сложенной за ширмой, Глеб продемонстрировал девятимиллиметровый глок.
— Да Господи Боже, — взвыла Космо, попутно воюя с Яши за право героически подставиться под выстрел. — Да. Сработает. Пули обойдут, ножи сломаются, а копы… Копов тоже не будет.
— Проверяй.
— Я… что? – девушка уставилась на протянутую пушку, которую после настойчивого тычка все-таки пришлось взять.
— Стреляй, — Глеб отошел на два шага, сунув руки в карманы. Агрессивно выпятил челюсть, честно предупредив, – если херо-мантика не сработает, пояснишь на месте.
Космо нацелилась бандиту в грудь. Подумала и опустила пистолет:
— Но, позвольте, если она не сработает, то вы об этом узнаете посмертно.
— Правильно, — Яши выхватил глок, щелкнул предохранителем, дернул затвор. – Что по утрам бодрит русских больше – чашка кофе или расколотая чашечка коленного сустава?
С этими словами Яши вскинул пистолет и выстрелил Глебу в ногу.
В ушах бахнуло, а в сердце Космо – ёкнуло. Яши подстрелил клиента? Яши подстрелил клиента!
Сгустившуюся тишину можно было резать кусками и подавать к столу. Яши крутил перед лицом глок, рассматривая его со всех сторон. Заглянул в дуло. Похлопал оружием по ладони:
— Пустой выстрел, похоже.
Бесстрастное лицо господина Кириллова расплылось в жутком оскале. Космо проморгалась, убеждаясь, что клиент действительно улыбается.
Сделав звонок и коротко буркнув: «Добро», клиент знаками сообщил Космо, что оплата переведена, забрал у Яши пистолет, оделся, и не прощаясь ушел решать свои бандитские дела.
Космо перекатилась с пятки на носок, осмысливая ситуацию:
— Как ты узнал, что будет холостой?
В льдисто-серых глазах Яши блеснул азартный огонек. На всякий случай помощник отошел подальше и признался, пародируя жесткий говор клиента:
— Я не знал. Просто верю в твою херо-мантику.
***
Херо-мантика не работала. Глеб равнодушно отметил это, лежа в луже своей же крови, которая не успевала впитываться в рыхлую землю и превратилась в чвакающую кашу.
Место-то какое! Тюльпановое поле пестрит самыми разными красками, ветерок мягко гладит салатовые стебли, а в ближайшем большом бутоне копошится жук. Глеб пригляделся уцелевшим глазом: пчела.
Грубым пинком мужчину перевернули на спину. Стиснув зубы и зажав глубокий порез на боку, Кириллов посмотрел в дуло его же глока и сухо констатировал, что в целом не так уж и плохо провел сорок три года. Хотелось бы, конечно, еще столько же. Глебу и оставалось-то пережить последнее дельце, чтобы, наконец, выйти из бизнеса и начать по новой.
Когда босс вызвал громилу на разговор, чуйка не врала: поручение было с душком. Да с таким, что воняло на весь южный район Чикаго. Глеб согласился, условившись с боссом, что проворачивает такое в последний раз. И по тому, как легко тот согласился, Кириллов понял: надо подстраховаться.
И что теперь? В пору умыться кровью из разбитого всмятку носа и улететь к праотцам, хотя Глеб не был уверен, что его там примут.
Мужчина напротив щелкнул предохранителем. Дернул затвор. И шлепнул себя по шее.
— Дерьмо! – пошарив пальцами, он вытащил из кожи зазубренное жало.
Пошатнулся. Упал на колени. Начал задыхаться, царапая стремительно отекающее горло. Мужчину вырвало. Рвано и хрипло вдохнув, он завалился на бок, потеряв сознание.
Глеб моргнул. Скосил глаза на свою грудь, где под разорванной рубашкой стремительно выцветала одна из трех нарисованных пчелок.
***
Обливаясь потом, Космо настраивала в кабинете маленький вентилятор. И вжала голову в плечи, услышав хлопок двери, сменившийся громким звоном разбитых надежд татуировщицы сохранить итальянский витраж.
— Да твою же мокрую бабушку, Яши! Какого черта?
Космо вылетела в коридор разъяренным вепрем. Раздувая ноздри, девушка представляла, как налетает с кулаками на бестолкового помощника, рассеянно топчущегося на осколках искусства. Но витраж оказался цел, а у ног Яши расползалась липкое пятно.
— Ой, — вякнул помощник. – Как-то из рук вылетела.
— Кто? – все еще раздувая ноздри, но уже намного спокойнее уточнила Космо.
— Банка. Кажется, на две пинты. Оставили под дверью. С запиской.
Космо развернула шершавую бумагу, вчитываясь в крупные каракули.
«Полевой мёд. Свой.
Глеб Кириллов».
Автор: Саша Малетина
Больше рассказов в группе БОЛЬШОЙ ПРОИГРЫВАТЕЛЬ